Чайная госпожи Тельмы

Еще здесь подробно описывалась классификация инквизиторов, точнее, их деление на белых, серых и черных, а также древний ритуал, которого современные инквизиторы не придерживались.
А жаль.
Раньше душегубца легко вычисляли из толпы по чернильным линиям на его запястье. Чем больше линий на руке, тем больше ведьм он отдал пламени, но до нынешних времен эта традиция не сохранилась.
  
Потому что ведьмы приходили мстить за своих сестер. Приходили тогда, когда инквизитор уже отслужил свой десятилетний срок и отправился на покой, чтобы строить семью и быт, а значит, становился уязвимым.
Отложив первый талмуд, я пробежалась по оглавлению второго. Здесь отметили судьбы самых выдающихся инквизиторов современности. Эта информация никакой ценности для меня не представляла, но ровно до тех пор, пока я краем глаза ни заметила знакомое имя рода.
«Глава 12. Лорд Эльмут Страйкс» – виднелась на бумаге надпись, нанесенная темно-синими чернилами.
Раскрыв книгу на сто пятьдесят шестой странице, я впилась взглядом в неровные строчки. Необъятная сила, количество сожженных ведьм и заслуги господина черного инквизитора Эльмута меня не волновали нисколько, но вот что интересовало, так это причина его смерти.
Великий инквизитор, повелевающий огнем, сгорел в пожаре.
Судя по записям, последним его делом перед уходом на отдых значилась поимка злобной ведьмы Жозефины. Я слышала о ней от своей мамы, но ничего хорошего о той старой карге она никогда не говорила. Заклинания, которые черная ведьма использовала, были по-настоящему ужасными и потрясали все ведьмовское сообщество своей жестокостью.
Среди нас, как и среди людей, попадались те, кто выбирал себе темную тропу, но прославило Жозефину совсем не это.
Среди ведьм и людей она стала известна тем, что сотворила практически невозможное – вырвалась из плена тюремных казематов. А еще она до основания сожгла дом, в котором жила семья того самого инквизитора, пленившего ее.
Теперь же я читала дополнение к той истории. В беспощадном пожаре, устроенном безумной Жозефиной, как оказалось, погибли все, кроме маленького мальчика – Робиана Страйкса. Его отец успел выкинуть в сугроб прямо через окно, чем и спас своему единственному наследнику жизнь.
Дальнейшая судьба мальчишки сложилась в стенах Святой инквизиции, которая взяла на себя заботы о его воспитании.
Закрыв книгу, я долго смотрела в окно невидящим взором. Наверное, если бы вся моя семья погибла из-за безжалостной сумасшедшей ведьмы, я бы тоже обозлилась на весь ведьмовской род, так что господина Робиана Страйкса с его ярым желанием доказать, что я ведьма, я даже немного понимала.
Именно немного. Потому что лично я злобной ведьмой все же не являлась и ничего плохого в своей жизни не делала. Ведьмы в принципе считались хранителями жизней, оттого и оберегали тех, кто их окружал, будь то гномы, люди или, например, феи.
Однажды, после ужина подслушав разговор родителей, я даже узнала о том, как одна ведьма буквально спасла инквизитора. Он тогда шел за ней, преследовал несколько дней, считывая следы в лесу, и угодил прямиком в болото. И вот пройти бы ей мимо да дать лесным духам забрать законную добычу, но не смогла она такой грех на душу взять. Вытащила, вылечила и выставила за порог своего домика, а он потом все никак уходить не хотел. Цветы таскал, замуж звал, но мы, ведьмы, – народ свободолюбивый, так что с первого раза замуж идти никогда не соглашаемся.
Открыв третью книгу, я опять решила схитрить и заглянула сразу в оглавление. Здесь информация давалась уже интересная. Описывался быт инквизиторов, их одежда, оружие, ритуалы, тайные слова и знаки, даже предпочтительная еда.
Заглянув в первую главу, я погрузилась в чтение с головой. Итак, одежды они носили преимущественно черные. Сюда относились и различные ткани, используемые в быту, вроде полотенец, постельного белья или самых обыкновенных штор. Обуславливалось это тем, что ведьмовские наговоры, цеплялки и заклинания очень хорошо отыскивались именно на темных полотнах.
Откинувшись на спинку стула, я тихо рассмеялась. Ну и придумают же! Кто в своем уме будет заговаривать постельное белье инквизитора? Это же сначала к нему в дом как-то попасть нужно! И чем заговаривать? Заклинанием чесотки? Да и воздействие своих чар мы давно научились прятать.
Взять вот, например, мой чай. Разбери инквизитор его на составляющие – и никогда не отыщет ни единого следа волшебства, даже если я заговорю его двадцать два раза. А все почему? Да потому, что чайные листья лучше любых других растений впитывают в себя магию, при этом полностью скрывая ее наличие.
Так и во всем остальном. Нынешние ведьмы прекрасно знали, где, когда и на чем можно магичить, а что лучше обойти стороной, чтобы лишний раз не подставляться. Мы умели приспосабливаться к новым реалиям, потому что по-другому выжить в этом мире теперь не представлялось возможным.
Пролистав все остальные страницы, я насмеялась вдоволь. В этой книге говорилось, будто мясо – это еда инквизиторов. Автор писания полагал, что все ведьмы живут исключительно на растительной пище, дабы сохранить свои лживые красоту и молодость как можно дольше, чтобы иметь возможность одурманивать мужчин.
Но он был в корне не прав в своих суждениях.
Если бы он увидел, с каким аппетитом я уплетаю жареное мясо по ночам, а иногда и пирожки с фаршем, то точно изменил бы свое мнение. Впрочем, как раз вот этой информацией я и могла бы воспользоваться, пригласив господина Страйкса к себе на ужин или обед. Чем не повод убедить его, что я не ведьма?
Отложив бесполезную книжку в стопку других таких же, я открыла последнюю, что куда больше из-за своей толщины походила на тетрадь. Здесь описывалась та самая огненная магия инквизиторов. Считалось, будто природа специально наделила их этой силой, чтобы они легко выжигали скверну по всей земле, но и тут я нашла бы, о чем поспорить с автором.
Если бы огненная магия появлялась у всех, кого приняли в инквизиторы, то тогда можно заподозрить какое-то влияние извне и тайный смысл. Но нет. Все происходило как раз наоборот. В инквизиторы принимали только тех, кто изначально являлся обладателем огненного дара и прошел специальное обучение в застенках Святой инквизиции.
Разочарованно собрав все книги в стопку, я вновь взглянула за окно. Дождь лил не переставая. Горожане старались не задерживаться долго на улице, но один размытый силуэт, что жался к фонарю под старым зонтиком, почему-то никуда не спешил.
Разгадав в куске платья и маленькой ручке Мару, я поспешила на выход из библиотеки. Эникен как раз пил чай с моими булочками, когда я вновь появилась у его стойки.
– На-на-на-нашли что-нибудь полезное, госпожа Тельма? – поинтересовался он, спешно привстав со своего кресла.
– Кое-что нашла. Спасибо, – кивнула я, оставляя книги с краю.
– Так вот на-на-на-насчет постановки…
– Да-да, потом обязательно расскажете, – оборвала я его речь и быстро пересекла небольшой холл.
Массивная дверь поддалась не без труда, но еще через миг я уже стояла рядом с Марошкой, чье нарядное бордовое платье по краям давно отяжелело от воды.
– И чего ты здесь мерзнешь стоишь? Давно бабушка Ефросия у меня отвар от простуды не покупала? – вместо приветствия заговорила я с девочкой строго.
Поправив ее плащ, я накинула ей на голову капюшон и плотно завязала тесемки.
– Руки в карманы спрячь, – отобрала я у нее серый зонтик.
– Да спрятала, спрятала, – пробурчала она с тяжелым вздохом и зашагала рядом со мной. – А Дифенс где?
  
– Так ты из-за кота меня караулила? – удивилась я и одновременно умилилась.
В отличие от других моих гостей, Мара часто приходила в мою чайную именно к моему фамильяру. Причем он сразу делал страшные глаза и пытался спрятаться под стойкой у Бьянки, но я-то видела, как ему нравилось, когда девчонка ему за ушком чесала и всячески гладила.
Он даже розовый бантик себе на шею однажды позволил повязать. Конечно, потом, как всякий порядочный фамильяр, ходил и ругался, бантик в клочья разорвал, но ведь сам позволил.