Неангелы (СИ)
- Крылья – не гарантия святости, - ответила я, вспоминая одного уже отрастившего крылья типа. Интересно, где он? Может, позвонить ему и извиниться за моё вчерашнее состояние? Нет, говорить с Наставником нужно в здравом уме и трезвой памяти, а у меня сейчас ни того, ни другого.
Ммм. Я отпила немного бульона. Вкусный. Теплая жидкость приятно пролетела куда-то в сторону желудка, усмирять разразившуюся там третью мировую. Стало легче. Но до идеального состояния еще отпаиваться и отпаиваться целебным бульончиком.
- Пока ничего не ешь, кроме бульона. Мало ли, - посоветовал мне Коля, наполняя термос этой «живой водой». Видимо на случай, если Лера решит еще поваляться.
Наблюдая за нехитрыми манипуляциями Комарова, я невольно вспоминала вчерашний вечер. Рассказ Жанны пришелся сейчас как раз кстати. Так все её мучения вот из-за этого парня? Доброго и уютного Коли Комарова? Кто бы мог подумать. Припасть к её ногам рвется добрая половина знакомых мне мужчин и бесконечное количество незнакомых, а она сереет на глазах из-за этого нескладного парня с термосом. Ирония судьбы.
- Ты бы хоть мысли прикрыла или это неловкая попытка начать разговор на щекотливую тему? – он обернулся, и что-то изменилось. Неуловимо. Мгновенно. Передо мной стоял всё тот же несуразный Комар с термосом, но в этот раз и его выражение лица, и взгляд, и движения – всё это было другим. Он напрягся, как струна, на которой мне не хотелось играть, но выбора не было. Я уже взяла в руки гитару и подвела Жанну.
- Прости, это не моё дело. Лера очень переживала и мы вчера, в общем, - врать было теперь бессмысленно, пришлось рассказывать. Может, хоть так я спасу ситуацию и Жанну, - попытались её разговорить. Поэтому и напились. Она не хотела нам рассказывать, правда…
- Не проблема, пусть говорит, кому хочет. Всё равно, это пустая затея. Ничего не выйдет, - он отмахнулся от моих оправданий, как от назойливых мух.
Да что ж такое, даже это у меня не получается! На что я вообще гожусь? Чтобы скрыть разочарование и не ляпнуть больше ничего лишнего, я вспомнила очередную назойливую песню и уткнулась в чашку с бульоном. Нет, так нельзя. Долго молчать нельзя. Сидим, как два идиота, друг напротив друга и молчим. А я кожей чувствую, как он закипает и всё это выльется на Жанну, у которой сегодня, уверена, тоже не лучший день.
- Коль, прошу. Пожалуйста. Она не виновата. И вообще, чем ты недоволен? Тебе досталась самая красивая девушка в Ассоциации! Ты, считай, джэк-пот сорвал, - я не понимала его траурных настроений. Отличная девушка, красивая, талантливая, разумная. Чем не подходящая партия?
- Знаешь, я говорил об этом с Главой и он ответил мне слово в слово то же, что и ты. Забавное совпадение, не находишь? – умеет же укусить, комарище. Я едва не огрызнулась на него, но вовремя набрала полный рот бульона. Это спасло ситуацию. – В любом случае, она не в моем вкусе. – он слегка подался вперед и пристально посмотрел на меня, - Я бы предпочел, чтобы Творец выбрал тебя.
Я поперхнулась и расплескала бульон по всему столу. Но этого никто не заметил, потому что в тоже время произошло еще одно, более важное событие. Скрипнула дверь кухни.
- Так, значит, между нами девочками, Арина? – Жанна, облаченная в серый свитер на несколько размеров больше, стояла в дверях. Сегодня вся она была какая-то серая. Блеклая кожа, волосы небрежно собраны в хвост. Леггинсы тоже какого-то мышиного цвета. Самая красивая серость, что мне доводилось видеть. Правда. Ей всё еще удавалось быть эффектной. – Какие интересные новости с самого утра.
- Я просто привел пример, не обостряй, - отмахнулся от неё Коля, хватая своевременно попавшийся под руку термос.- Пойду отнесу сестре. Ты, - он выразительно взглянул на Жанну, - на плите еще осталось немного бульона. Пей.
Мне стало легче, если это действительно был просто неудачный пример, то всё хорошо. Или это отмазка для Жанны? Очень кривая попытка спасти меня от праведной мести? В любом случае, этот номер не пройдет. Она уже услышала и запомнила. В мире «между нами девочками» - это конец. Я подняла вверх обе руки, сигнализируя, что сдаюсь. Может, так она меня выслушает?
***Расписал план. Отчитался отцу. Получил восторженное одобрение. Обалдел. Нет, правда, впервые в жизни отец был мной доволен на все сто процентов, радостно воспринял идею и почти всё утвердил. Исключая одно условие, Арину должен был учить я. По его словам, доверять из всей команды он может только мне. Знал бы наш Глава, как сильно ошибается.
Пытаясь оттянуть неизбежное, я закончил работу, убрался в комнате, постирал вещи и даже приготовил обед. Команда наблюдала за мной с плохо скрываемым удивлением, но всё же рискнула попробовать мой фирменный борщ. Единственный суп, который я умел готовить.
Рано или поздно даже самым нудным делам приходит конец, вот и сейчас. Пора…
- Кир, подожди меня! – сел мне на хвост Эдгар. Углядел все-таки. Слишком наблюдательные друзья – моё проклятье.
- Поговорим? – войдя следом за мной в комнату, он плотнее захлопнул дверь, отрезав все пути к отступлению. К этому моменту я и так созрел, чтобы с кем-то поделиться и насевший на меня Эдгар был лучшим выбором из возможных.
- Пообещай мне одну вещь, - идея пришла в голову внезапно, - если что-то пойдет не так, ты доведешь этих ребят до выпуска. Изолируешь меня от Арины и не пустишь к ней, даже если придется привязать мня веревками к собственной кровати.
- Так ведь не поможет, Кир. Если я вижу то, что вижу и если я прав – не поможет. Расскажи всё подробно. Мне нужно знать больше.
Я пересказал ему события вчерашнего дня, вечера и ночи. Заострив внимание на невероятном обмене. Друг тем временем мерил шагами комнату, от двери в ванную до шкафа и обратно. Туда-сюда, туда-сюда. Временами мне казалось, что он не слушал, но я ошибался.
- Не удержу. Ни я, ни Ассоциация, ни ты сам. Никто не удержит, - Эдгар открыл окно и посмотрел в сторону псарни. – Против вас играет сама материя. Та, что окружает нас и позволяет материализовать мысли. Мы ведь, хочешь-не хочешь, рабы своих желаний не меньше, а может даже больше, чем люди. Возможно, сейчас, впервые в жизни, ты можешь понять меня и Соню. Понять, что на самом деле произошло в тот день в метро и после этого. И, если вдруг поймешь до конца, поделись со мной. Я бьюсь над этой загадкой больше года. Многое мне удалось узнать, но далеко не все.
- Хочешь сказать, всё это время между тобой и Соней происходило нечто подобное?
Я всегда считал своего друга немного сумасшедшим романтиком-однолюбом. Однажды, давным-давно, когда мы были еще подростками, он увидел Соню. И пропал. Когда мы с Климом ходили воровать яблоки из человеческой деревни у подножья горы, он сидел с Соней и читал вслух её любимые книги. Когда мы ночью сбегали из деревни, чтобы полетать, он шел с нами до её дома и кидал мелкие камни в окно, выращивал огромные светящиеся цветы и прятал записки в коре дерева, растущего в её дворе. Когда мы завели первые «серьезные» отношения с девушками, он, нервничая и смущаясь, пригласил Соню на первое свидание и носил её на руках вокруг Старой деревни до тех пор, пока она не согласилась придти. Первые лет пять мы считали их чокнутыми, потом привыкли, что они друг без друга даже дышат с трудом. Если Соня болела – Эдгар не ел, не спал и сутками околачивался либо в её комнате, либо под её дверью. Если он влипал в неприятности, по большей части из-за нас с Климом, она оббивала пороги всех возможных инстанций, чтобы вытащить его. Когда он получил первое ранение, она еще не была квалифицированным Целителем и чуть не погибла от потери крови, не рассчитав силы. Так вот, значит, что двигало этими двумя сумасшедшими? Всё просто. Они не могли иначе.
- Не уверен, я же не могу почувствовать тебя, - он усмехнулся, возвращаясь из своих мыслей на грешную землю. – Зато Соню я чувствую до сих пор, чего нельзя сказать о ней.