Скрещенные костями

- Я этого не делала, - я ответила ей. - Это Блэквуд.
Она пахнула странно, но корица препятствовала мне точно определить запах.
- Глупый, - она повторила. - Почему он сделал бы это?
Ее волосы выглядели так, будто она не расчесывала их с прошлого раза, когда я видела ее, и ее полосатая рубашка была застегнута не на все пуговицы.
- Я не знаю, - ответила ей.
Но она уже сменила тему. - У меня готов обед. Ты должна присоединиться к нам за обедом.
- К нам?
Она рассмеялась, но не было никакой улыбки в ее глазах, просто пойманное в ловушку животное, с растущим разочарованием: - Корбан, Чад и Джим, конечно же.
Она повернулась, чтобы идти впереди, и я заметила, что она сильно хромала.
- Тебе больно? - я спросила ее.
- Нет, почему ты спрашиваешь?
- Не бери в голову, - сказала я осторожно, потому что заметила кое-что еще. - Не беспокойся об этом.
Она не дышала.
Здесь и сейчас, я сама себе советовала. Ни страха, ни ярости. Просто наблюдение: знай своего врага. Гниль. Вот чем пахло: это первый намек на то, что бифштекс был в холодильнике слишком долго.
Она была мертва и двигалась, но она не призрак. Слово, которое возникло у меня было зомби.
Вампиры, Стефан говорил мне когда-то, имеют разные таланты. Он и Марсилия могут исчезнуть и появиться где захотят. Были вампиры, которые могли перемещать предметы, не касаясь их.
У этого была власть над мертвыми. Призраки, которые повиновались ему. Никто не убежит, он сказал мне. Даже после смерти.
Я последовала за Эмбер вверх по длинной лестнице на первый этаж дома. Мы пришли в довольно большую комнату, которая была одновременно и столовой, и кухней, и гостиной. Комнату освещал дневной свет … было утро, возможно десять часов или около этого. Но это был обед, который был накрыт на стол. Жареный поросенок, мой нос запоздало сказал мне - лежал, блестяще украшенный жареной морковью и картофелем. На столе так же были кувшин воды со льдом, бутылка вина и нарезной домашний свежевыпеченный хлеб.
Стол был достаточно большим, на восемь персон, но там было только пять стульев. Корбан и Чад сидели напротив друг друга. Остальные три кресла были явно из одного и того же набора, но один, тот что рядом с Корбаном и Чадом и стоял во главе стола, был с мягкой спинкой и подлокотниками.
Я села рядом с Чадом.
- Но, Мерси, это - мое место, - возразила Эмбер.
Я посмотрела на заплаканное лицо мальчика и пустое Корбана … Он, по крайней мере, еще дышал. - Эй, ты знаешь, я люблю детей, - сказала я ей. - Ты итак с ним все время.
Блэквуд еще не пришел. - Джим не знает Амслен? - спросила я Эмбер.
Ее лицо потемнело. - Я не могу ответить ни на какие вопросы о Джиме. Тебе придется спросить у него. - Она моргнула пару раз, потом улыбнулась кому-то позади меня.
- Нет, не знаю, - сказал Блэквуд.
- Ты не говоришь на языке жестов? - Я посмотрела через плечо, не давая, кстати, Чаду увидеть мои губы. - Я тоже. Это была одна из тех вещей, которым я всегда хотела научиться.
- Воистину. - Кажется, я забавляла его.
Он сел в кресло и жестом указал Эмбер занять другое.
- Она умерла, - сказала я ему. - Ты сломал ее.
Он замер. - Она служит мне все равно.
- Она? Больше походит на марионетку. Держу пари, что с ней мертвой больше взаимодействия и проблем, чем с живой.
Бедная Эмбер. Но я не могу позволить ему увидеть мое горе. Сосредоточится на комнате и выжить.
- Так почему ты держишь ее рядом, когда она не работает?
Не давая ему времени ответить, я склонила голову и тихим голосом начала читать молитву… и обратилась за помощью и мудростью, на то время пока я была у него. Я не получила ответа, но у меня было чувство, что кто-то меня слушает и я надеялась, что это не просто призрак.
Вампир смотрел на меня, когда я закончила.
- Дурные манеры, я знаю, - сказала я, взяв ломтик хлеба и масло. Пахло вкусно, поэтому я положила и Чаду в тарелку и показала знаком, что все хорошо. - Но Чад не может молиться вслух для остальных. Эмбер мертва, а Корбан… - я склонила голову, чтобы посмотреть на отца Чада, который так и не сдвинулся пор как я вошла в комнату, за исключением, того как поднимается и опускается его грудь. - Корбан не в той форме, чтобы молиться, а ты-вампир. Бог не собирается слушать все, что ты хочешь сказать.
 
Я взяла второй кусок хлеба и намазала его маслом.
Неожиданно, вампир откинул голову и рассмеялся, его клыки … острые и заостренные. Я старалась не думать о них в моей шее.
Оказалось совсем не так жутко, как Эмбер смеется вместе с ним. Холодная рука коснулась моей шеи, лишь на мгновенье и кто-то прошептал мне в ухо: "Осторожнее". Я ненавидела, когда призраки подкрадывались ко мне со спины.
Чад схватил меня за колено, его глаза были раскрыты в ужасе. Он видел призрака? Я покачала ему головой, в то время как Блэквуд вытер свои сухие глаза салфеткой.
- Ты всегда была кем-то вроде безобразницы, не так ли? - сказал Блэквуд. - Скажи мне, неужели Таг и не обнаружил, кто именно украл все его шнурки?
Его слова скользнули в меня, как нож, и я сделала все от меня зависящее, чтобы не реагировать.
Таг был волком из стаи Брана. Он никогда бы не оставил Монтану, и только он и я знали об инциденте со шнурками. Он нашел меня, скрывающуюся от гнева Брана - я не помню, что я сделала - и когда я не пошла самостоятельно, он снял свои шнурки и сделал ошейник и поводок из них для койота - меня. Потом он протащил меня через дом Брана, чтобы проучить.
Он знал, кто украл его шнурки все в порядке. И пока я не уехала в Портленд, я дарила ему шнурки на каждый праздник - и он смеялся.
Невозможно, чтобы кто-то из волков Брана шпионил в пользу вампиров.
Я спрятала свои мысли пару раз забив рот хлебом. Когда я смогла сглотнуть то, сказала, - Превосходный хлеб, Эмбер. Ты сама его сделала? - Ничего, что я могла сказать о шнурках, не принесло бы пользы. Так что я сменила тему к еде. С Эмбер можно было всегда рассчитывать на разговор о правильном питании. Смерть не изменит.
- Да, - сказала она мне. - Все из цельного зерна. Джим взял меня за своего повара и домработницу. Если только я не разрушу это за него. - Да, бедный Джим. Амбер вынудила его убить ее - значит, он не получит нового повара.
- Тише, - сказал Блэквуд.
Я повернула свою голову и посмотрела на Блэквуда. - Да, сказал я. - Но это не будет длится долго. Даже человеческий нос через несколько дней учует запах гниющей плоти. Это не то, что ты хочешь в поваре. Это не то, что нужно от повара. - я откусила кусок хлеба.
- Итак, сколько времени ты наблюдал за мной? - спросила я.
- Я уже отчаялся когда-нибудь найти другого ходячего, - сказал он мне. - Представь мою радость, когда я услышал, кого Маррок взял под свое крыло.
- Да, отлично, - сказала я. - Для тебя было бы плохо. если бы я осталась с ним.
Призраки, подумала я. Он использовал призраков, чтобы следить за мной.
- Я не волнуюсь по поводу оборотней, - сказал Блэквуд. - Корбан или Эмбер говорили тебе, каков мой бизнес?
- Нет. Твое имя никогда не соскальзывало с их губ, как только ты ушел. - Это была правда, но я видела, что его рот напрягся. Ему это не понравилось. Не любил, когда его домашние животные не оказывали ему внимание. Это был первый признак слабости, который я видела. Я не уверена, будет это полезно или нет. Но я запоминала все, что удавалось узнать.
Знай своего врага.
- Я имею дело с боеприпасами … специальными, - сказал он, глядя на меня прищуренными глазами. - Большинство из них совершенно секретные материалы правительства. Я, например, очень успешно разрабатываю различные боеприпасы, предназначенные для убийства оборотней. У меня, между прочим, есть серебряная версия старого Черного Когтя. Серебро - паршивый металл для патронов; оно не расширяется. Вместо этого, быстро распространяется, единственное, что раскрывается, как цветок.
Он развел руки и стал похож на морскую звезду.