Скрещенные костями

Я подняла бровь. - Сожалею. Тебе придется сделать больше. Я не читаю по губам.
Он нацарапал яростно. «Льгуния» сказала его бумага.
Я взяла карандаш и написала: "лгунья". После, я вернула ему блокнот и сказала, - Хочешь поспорить?
Он прижал блокнот к груди и зашагал прочь. Он мне нравился. Он напомнил мне меня.
Пятнадцать минут спустя ворвалась его мать - Красный или фиолетовый? - она спросила меня, по-прежнему звуча безумно. - Пойдем со мной.
Сбитая с толку, я пошла за ней по коридору в хозяйскую спальню, где она выложила два платья. - У меня только пять минут, прежде чем я пойду ставить рулеты, - сказала она. - Красный или фиолетовый?
У фиолетового было значительно больше ткани. - Фиолетовый, - сказал я. - У тебя есть обувь, которую я тоже могла бы позаимствовать? Или ты хочешь, чтобы я пошла босиком?
Она одарила меня диким взглядом. - Обувь у меня есть, но не нейлон.
- Эмбер, - сказала я ей. - Для тебя я похожу на высоких каблуках. И даже одену платье. Но у тебя не хватит денег, чтобы заплатить мне и заставить одеть нейлоновые чутки. У меня побритые и загорелые ноги, это все что мне нужно.
- Мы можем заплатить тебе. Сколько ты хочешь?
Я посмотрела, но не могла сказать, шутит она или нет. - Бесплатно, - сказала я ей. - В таком случае я смогу уехать, если все станет слишком страшно.
Она не смеялась. Раньше я была вполне уверена, что у Эмбер есть чувство юмора. Возможно.
- Посмотри, - сказала я ей. - Глубоко вздохни. Найди для меня обувь и пойди, поставь свои рулеты в духовку.
Она сделала глубокий вдох, и это, кажется, помогло.
Когда я вернулась в свою комнату, Чад снова был там со своим блокнотом. Он уставился на посох на моей кровати. Я не брала его с собой, но он появился так или иначе. Мне было жаль, что я не могла спросить у него, чего он от меня хочет.
Я подняла его и подождала, пока Чад не взглянул на меня, чтобы смог прочесть по моим губам. - Этим я пользуюсь, чтобы избивать проблемных детей.
Он схватился за блокнот крепче, так что я угадала, он прекрасно читал по губам. Я положила посох на кровать. - Чего ты хочешь?
Он перевернул свой блокнот и показал мне газетную статью, которая была вырезана и приклеена на одну из страниц блокнота. - "Подружка Альфа-оборотня убивает нападавшего" - гласил заголовок. На картинке я выглядела избитой и ошеломленной. Я не помню когда был сделан этот снимок, но были большие куски в ту ночь, которые ускользали из памяти.
- Да, - сказала я, и внутри внезапно что-то болезненно сжалось. - Старые новости.
Он перевернул страницу, и я увидела у него было еще одно наблюдение для меня. - Там не било вампиров. - Я догадалась, правописание не было его сильной стороной. Даже в десять, я была в состоянии написать "было".
- Хорошо,спасибо, - сказала я. - Полезно знать. Пожалуй, я уеду домой завтра.
Он опустил руки по швам, блокнот раскачивался с раздражением, как хвост кошки. Он узнал, сарказм, когда услышал это, даже если и читал по губам.
- Не волнуйся, малыш. - сказала я ему смягчившись. - Я не стану частью заговора, отправляющего тебя в тюрьму для детей. Если я ничего не вижу, это не значит, что нет ничего. Именно так я и скажу твоему отцу.
Он яростно заморгал глазами, снова обняв свою записную книжку . Он поднял подбородок-уменьшенная, более молодая версия его упрямой матери. И он ушел.
Эмбер рысью пронеслась по лестнице и махнула мне, когда проходила мимо. Я услышала ее стук, затем, как открылась дверь. - Ты должен умыться, также, - сказала она своему сыну. - Тебе не придется есть с нами, в микроволновке есть тарелка, но я не хочу чтобы ты крутился вокруг стараясь казаться невидимым. Ты прекрасно знаешь, как раздражает это твоего отца. Так что расчеши волосы, вымой руки и лицо - Я сняла свою одежду и надела фиолетовое платье. Оно подошло просто великолепно, было лишь немного тесновато в плечах и более обтягивающее в бедрах, чем предпочла бы я, но когда посмотрела на него в зеркало в полный рост, оно выглядело очень хорошо.
 
Эмбер, Чар, и я были в состоянии поменяться одеждой друг с другом.
Каблуки выше, чем нужно для удобства, но пока мы оставались в доме, должно быть все в порядке. Нога Чара была меньше, чем Эмбер и моя. Я расчесала волосы снова, а после заплела на манер французских косичек. Легкая помада, карандаш для глаз, и я была готова выходить.
Я хотела, чтобы это был Адам, с кем мне предстояло ужинать, вместо Эмбер, ее дерганного мужа, и некоего важного клиента. Этого было достаточно, чтобы вынудить меня желать, также иметь тарелку в микроволновой печи.
 Глава 6 
  
Ни один из двух мужчин, вошедших в дом, не был красив. Тот, что пониже был лысеющим, с пухлыми руками, на которых было три массивных золотых кольца. Его костюм не был сшит на заказ, но куплен в дорогом магазине. Глаза были бледно-бледно-синими, почти такие же светлые, как глаза волка Сэмюэля.
Сходство заставило меня захотеть понравиться. Он стоял почти застенчиво, когда другой мужчина обнял Эмбер.
- Привет, конфетка, - сказал муж Эмбер и, к моему удивлению, его голос звучал открыто и искренне.
- Спасибо за организацию ужина для нас в такой короткий срок.
Корбан Вортан был поразителен, а не красив. Его нос был слишком длинным для широкого лица. Глаза были темными, широко расставленными и улыбчивыми. Было что-то твердое и обнадеживающее в нем. Он имел вид человека, которого бы вы хотели видеть рядом в зале суда. Когда он посмотрел на меня, то кратко нахмурился, словно пытаясь разобраться, кем я была.
- Вы должно быть Мерседес Томпсон, - сказал он, протягивая мне руку.
У него было хорошее рукопожатие, рукопожатие политика - твердое и сухое.
- Зови меня Мерси, - сказала я. - Все так делают.
Он кивнул. - Мерси, это - мой друг и клиент Джим Блэквуд. Джим - Мерси Томпсон, подруга моей жены, которая решила нас навестить на этой неделе
Джим разговаривал с Эмбер и заняло лишь мгновение, чтобы он обратил свое внимание обратно на Корбана и меня.
Джим Блэквуд. Джеймс Блэквуд. Сколько Джеймсов Блэквудов было в Спокане, задалась я вопросом в немой панике. Пять или шесть? Но я знала, хотя сильный одеколон, который он носил, препятствовал мне чуять вампира - Я знала, что вряд ли мне сегодня повезет.
Он должен подумать, что я пахну так, словно у меня есть собаки, Бран заверил меня. И даже если он этого не сделает, даже если он знает то, кто я - я просто гостья. Он не может обижаться на это, правильно?
Я хорошо знала. Вампиры могли обидеться на все, что угодно.
- Мистер Блеквуд, - я поприветствовала его, когда он отвернулся от Эмбер. Пусть все будет просто. Я не знаю, могут ли вампиры чувствовать ложь, как волки, но я не собиралась говорить, - Очень приятно с вами познакомиться, - или нечто подобное, когда хотела быть за сотни миль отсюда.
Я сделала все возможное, чтобы сохранить на лице социальную улыбку в то время, как глупые мысли начали накапливаться. Как он собирается поесть с нами? Вампиры не едят. Не то, чтобы я когда-либо видела. Каковы были возможности разоблачения вампира, и не был ли это очередной заговор Марсилии?
Блэквуд не походил на вампира, который выполнит чьи-либо указания.
- Зови меня Джим, - сказал он мне,с ноткой британского акцента в голосе. - Мне жаль вторгаться в твой визит, но у нас были неотложные дела во второй половине дня, а Корбан настоял на том, чтобы привести меня в дом.
Его круглое лицо было веселым, а в рукопожатии чувствовалось гораздо больше практики, чем у Корбана. Если бы у меня не состоялся небольшой разговор с Браном, я бы никогда и не догадалась, кем он был.
- Теперь пойдем ужинать? - предложила Эмбер, в спокойствии и под контролем сейчас, когда приготовления были завершены.
- Все готово, и не станет лучше, если будет стоять без дела. Боюсь, он получился простым.