Магия объединяет (ЛП)

Я махнула «Сарратом». Страж чумы упорхнул, словно сотканный из воздуха.
Кровавая броня на моих руках почернела. От нее начали откалываться кусочки.
Я вонзила «Саррат» в грудь стража чумы и отступила. С лезвия стекала мерзкая слизь. Существо выглядело ничуть не хуже. Я нанесла недостаточно урона.
Кэрран приземлился на стража чумы и сомкнул руки на плечах существа. Страж чумы взвизгнул. Руки Кэррана покрылись волдырями. Он взревел и разорвал существо пополам. Куски тела чумного разлетелись в стороны.
Первый труп восстанавливался.
— Кэрран! — закричала я, указывая мечом.
Он развернулся. Первый страж чумы поднимался, как зомби из фильма ужасов.
Белая тигрица приземлилась рядом с нами. Дали открыла пасть и зарычала. От нее исходила магия, окатывая меня, как ледяная струя чистой воды. Куски стражей чумы поднялись вверх, тая, словно их поглотил сам воздух.
Она очистила их. Ого!
Я упала на землю рядом с Мэхоном. Медведь превратился в человека. Кожа на его торсе отсутствовала. Его руки и лицо были покрыты нарывами. О Боже. О Боже мой.
Кэрран, все еще в форме воина, опустился на колени и баюкал умирающего.
Мэхон увидел его. Его губы дрожали. Он пытался что-то сказать.
— Лучший… сын. Лучший… который когда-либо мог быть.
— Заткнись, — сказал ему Кэрран. — Ты не умираешь.
— Лучший… — прошептал Мэхон.
Насрин опустилась на колени рядом с Мэхоном, повторяя заклинание.
Кэрран поднялся. Его взгляд остановился на колеснице моего отца.
Отец должен был умереть.
— Мы его прикончим! — закричала я ему.
Он уставился на меня своими глазами цвета чистого золота.
— Я на своей земле. Здесь я самая сильная. Мы можем покончить с этим сейчас!
Бледный свет скользнул по его телу. Он упал на четвереньки, становясь все больше. Все следы человечности исчезли. Остался только лев, самый большой лев, которого я когда-либо видела, сотканный из кости, плоти и магии. Он не был человеком. Он не был животным. Он был силой, существом, чем-то, что было за пределами понимания человеческих пасынков природы.
Я схватила Кэррана за гриву и запрыгнула ему на спину. Он даже не заметил. Он помчался через поле боя к колеснице и моему отцу в ней. Мы ворвались в рукопашную схватку, как пушечное ядро. Он рвал и кусал. Я рубила и кромсала, и мы прокладывали себе путь сквозь тела, сквозь плоть и кровь, все ближе и ближе к моему отцу.
Тот обернулся.
Он увидел, как мы приближаемся.
Наши взгляды встретились.
Кэрран прыгнул, проносясь над толпой людей. Я подняла «Саррат». Мы закончим это здесь.
Отец увидел обещание смерти в моих глазах. В тот мимолетный миг он понял, что я знала, что мы связаны, и мне было все равно.
Мы приземлились в пустую колесницу. Отец исчез.
Кэрран взревел. Я зажала уши руками, когда колесница подо мной затряслась.
Он спрыгнул с колесницы и помчался по полю боя, и я бушевала вместе с ним, пока не осталось никого, кого можно было бы убить.
  
ЭПИЛОГ
 
— ЧТО В этой цветочной короне? — Фиона понюхала воздух.
— Странно пахнет, не так ли? — сказала Андреа.
— Хорошие вещи, — ответила ей Евдокия.
— Она поблагодарит нас позже. — Сиенна подмигнула мне.
Я стояла в огромном шатре, установленном в лесу площадью пятьсот акров, пока Фиона, Андреа и Джули наносили последние штрихи на мой свадебный наряд. Опустилась ночь, магия была в самом разгаре, и шатер освещали яркие золотые шары, которые где-то раздобыл и установил Роман. Свет был теплым и жизнерадостным, в шатре пахло жимолостью, и все мои друзья были здесь. По какой-то странной причине я чувствовала полный ужас.
Три пифии пришли, чтобы принести цветочную корону, сплетенную из прекрасных белых цветов, похожих на крошечные тюльпаны с заостренными лепестками, и так и остались. Дали пришла за чем-то и тоже не ушла. Десандра принесла фрукты и устроилась в углу. Адора тихо сидела у входа. У меня было ощущение, что она решила охранять. Мартина, мать Асканио, жевала пирожные рядом с ней.
Полог шатра открылся, и вошла Марта, а за ней Джордж.
 
Позади нее взревел голос Мэхона.
— Я буду сидр, если мне будет чертовски угодно.
Марта вздохнула.
— Мужчина в инвалидном кресле. Он похудел вдвое. Он лысый, как бильярдный шар, и все, что ему нужно — это сидр.
— Пусть папа выпьет сидр, — сказала Джордж. — Он это заслужил.
— Сегодня вечером ему будет плохо, попомни мои слова.
Джордж ухмыльнулась.
— Вот, Кейт, мы принесли тебе бокал вина. Для храбрости.
С момента битвы прошло всего три дня. Я предлагала отложить свадьбу, но Кэрран настоял.
Марта подошла ко мне и погладила по щеке.
— Ты прекрасно выглядишь. Мальчик понятия не имеет, как ему повезло.
— Простите. Нам следовало подождать.
— Нет. — Что-то горячее и злое мелькнуло в глазах пожилой женщины. — Не смей сожалеть. Этот человек, возможно, чуть не отнял у меня мужа, но он не лишит радости свадьбу моего сына. Мы празднуем. Этого хочет Мэхон, и этого хочу я.
В шатре воцарилась тишина.
— Ладно! — сказала Джордж. — Теперь, когда мама перестала пугать, держи твое вино.
— Красное вино? — Фиона покосилась на бокал. — Кейт, если ты прольешь вино на себя, тебя похоронят в этом платье.
— Возможно, вино — не самая лучшая идея, — сказала Джордж.
Это была отличная идея. Я приняла вино и осушила бокал.
Дамы захихикали. Ровена проскользнула в палатку и улыбнулась мне.
Джули промокнула мне рот салфеткой.
— Теперь нам нужно заново накрасить губы.
— Вы все прекратите? — прорычала я.
— Заткнись, — сказала Андреа. — Мы еще не закончили тебя приукрашивать.
— Я и так достаточно хорошенькая.
— Да, да, это так. Ты самая красивая. Теперь стой спокойно, чтобы я могла подправить твою помаду.
— Постарайся не упасть в обморок, — сказала Десандра. — Я чуть не упала в обморок на своей свадьбе. Правда, это была отвратительная свадьба, но все же.
— Что будет, если он появится? — спросила Джули.
В шатре воцарилась тишина.
— Он этого не сделает, — сказала я. — Но если он это сделает, я с этим разберусь.
— Вот так. — Андреа отступила. — Идеально.
— У нее есть все необходимое? — спросила Джордж. — Что-нибудь старое, что-нибудь новое…
— Платье новое, — сказала Фиона.
— Что-то голубое. — Сиенна указала на одинокий голубой цветок в моей короне.
— Что-то старое. — Я дотронулась до кулона у себя на шее. Марта улыбнулась мне.
— Что-то позаимствованное? — Андреа огляделась.
Ровена отстегнула от своего платья маленькую янтарную брошь и протянула ее мне.
— Вот, можешь одолжить ее.
— Тук-тук, — сказал Асканио снаружи шатра. — Все одеты?
— Да, — сказала ему Мартина.
— Это позор. — Он просунул голову внутрь. — О, привет, мам.
Она закатила глаза.
— Все готовы. Также Кэрран говорит, что если ты хочешь сбежать, время еще есть.
— Она не хочет сбегать! — сказала Фиона. — Она хочет продемонстрировать свое платье.
— Роман говорит, чтобы вы вышли и заняли свои места.
— Хорошо, хорошо, мы идем. — Десандра встала. — Скажи ему, чтобы не снимал свои черные трусики.
Асканио покосился на меня.
— Альфа, ты великолепна.
— Уходи, — сказала ему Мартина.
Все вышли из шатра одна за другой. Остались только пифии.
— Мальчик прав, — сказала тетя рядом со мной. — Из тебя получилась сносная невеста. Чудо из чудес.
— Спасибо.
Три ведьмы уставились на Эрру, стоявшую рядом со мной. Я отвела ее к ним после битвы. Мы немного поговорили. Были составлены планы. Кэррану бы они не понравились, но иногда самым трудным выбором был правильный.
— Мы поговорили с нашими людьми, — сказала Евдокия.
— То, что ты предположила, возможно, — сказала Сиенна.
— Нам понадобится проводник, — добавила Мария.
— Тогда найдите такого, — сказала Эрра. — Она и так делает достаточно.