Магия объединяет (ЛП)

— Понял. — Голос Джима звучал почти беззаботно.
Я выбежала за дверь. Позади меня появился Кэрран с ключами в руке. Джули следовала за ним, Дерек за ней в спортивных штанах Стаи, натягивая белую футболку.
Мы забрались в машину, и Кэрран рванул с места, словно улица позади нас была в огне.
Дерьмо. Я оставила Эрру. Поздно вспомнила.
За окном проносился город. Спидометр показывал, что мы мчались по полуразрушенным дорогам со скоростью почти шестьдесят миль в час. Еще немного быстрее, и мы перевернемся, хотя казалось, что мы ползем.
— Почему? — спросила Джули с заднего сиденья. — Что ему сделала малышка Би?
— Ничего, — сказала я. — Она — якорь.
— Что за якорь?
Я заставила себя говорить полными предложениями.
— Сиенна говорит, что будущее изменчиво. Она видит его вспышки, поворотные моменты, во время которых будущее может измениться. Она называет их якорями. То, что я сдала голову старой леди полиции, было якорем. Как и дракон Чернобога. Либо Роланд, либо его оракулы тоже могут заглядывать в будущее. Они видят якоря и пытаются изменить их, чтобы навязать свою версию будущего.
— Что произойдет, если мы не доберемся туда вовремя? — спросила Джули.
— Мы доберемся туда, — сказал Кэрран, его взгляд был сосредоточен на дороге. — К настоящему времени Крепость закрыта. Ни один посторонний не приблизится к этому ребенку.
— Я беспокоюсь не о посторонних, — сказала я ему. Людям Роланда уже удавалось свергнуть волчьего альфу, лидера самого многочисленного клана в Стае. Невозможно было сказать, кто еще был у него в загашнике. Если что-то случится с малышкой Би…
— Что произойдет, если мы не сможем закрепить якорь? — спросил Дерек.
— Атланта сгорит, куча людей умрет, Роланд убьет Кэррана и нашего сына.
Ой. Дерьмо. Дерьмо. Разве убило бы меня, если бы я подумала, прежде чем открыть рот? Может, он слушал невнимательно.
— Нашего сына? — сказал Кэрран, его голос был очень спокоен. Его лицо скользнуло в маску Царя Зверей. — Внучатого племянника Эрры.
Какая же я тупая.
— Да.
— Ты беременна?
— Пока нет, но скоро буду.
— Как умирает наш сын?
— Роланд пронзает его копьем.
— Как давно ты это знаешь?
— Что он умрет? С тех пор, как я ходила к пифиям.
— Что у нас будет сын.
— Джинн показал мне его.
Сейчас он разогнался до почти семидесяти миль в час. Мы были близки к краху.
— Кейт, — сказал он. Я знала этот тон голоса. Он им проводил линию на песке. — Что случилось с Эррой? Ты воскресила свою тетю?
— Не совсем. Технически она не живая.
Он взглянул на меня, его глаза тонули в жидком золоте. Его не интересовало «технически». Его голос прозвучал низко, почти демонически.
— Зачем?
— Потому что я отчаянно нуждаюсь в помощи. Со мной происходят вещи, которые я не могу объяснить и не понимаю. Я знаю, что отец нападет, и очень скоро. Когда он это сделает, я должна защитить нас, а я не могу. У меня есть сила, но я не знаю, как ее использовать, и, используя ее, я повлияю на жизни каждого существа и растения на моих землях. Я боюсь, что совершу ошибку и убью всех в Атланте. Я должна получить руководство. Она единственная, у кого есть знания, которые мне нужны.
— Она пыталась убить нас, — выдавил Кэрран.
— Я знаю. Но она принцесса Шинара. Единственное, что она ценит превыше всего — это семья. Да, она бы убила меня, если бы была жива, и я бросила ей вызов, но сейчас все по-другому. Я показала ей бабушку. Это привело ее в ярость. Я показала ей все свои воспоминания и нашего сына. Она собирается нам помочь.
— Ты не можешь доверять ей, — сказал Кэрран.
— Нет, могу. Она делает это не для тебя или для меня. Она делает это ради выживания своей родословной. То, что делает мой отец — это отклонение от нормы. Членам нашей семьи не суждено было жить вечно. Нам было предназначено иметь семьи и детей. Пока жив мой отец, ни один другой представитель нашей родословной не выживет. Даже она. Она знает о сахану.
— Что такое сахану? — спросил Кэрран.
Сегодня я генератор по открытию секретов.
— Он боялся ее и поэтому создал религиозную секту, призванную убить ее. Теперь я их следующая цель. Я сразилась с одной из них в Мишмаре, женщиной. Ее было трудно убить.
 
— Так вот почему ты в синяках и пахнешь кровью? — спросил Дерек с заднего сиденья.
— Да. И отчасти это из-за Эрры. Ее пришлось немного убедить.
— Но она собирается нам помочь? — спросила Джули.
— Она уже сделала это, — сказала я.
Кэрран смотрел прямо перед собой. Его руки сжимали руль.
— Ты сейчас согнешь его, — сказала я ему.
Он ударил меня взглядом альфы и продолжил движение.
— Ты в порядке? — спросила я. У нас все в порядке, Кэрран?
— Ему сейчас не до разговоров, — сказала Джули.
— Тихо, — сказал ей Дерек.
— Ты хочешь мне еще что-нибудь рассказать? — спросил Кэрран.
— Нет. — Сейчас было не лучшее время заводить разговор об Адоре. — А ты ничего не хочешь мне рассказать?
— В одной из комнат замка было существо, — сказал Кэрран.
— Что за существо?
— Большой кот, — сказал Кэрран. — Она светился.
— Что случилось с большим светящимся котом? — Почему у меня было чувство, что мне не понравится ответ?
— Я убил его, — сказал Кэрран.
— Вот. — Сначала я сломала Мишмар, затем Кэрран выкрал Саймана и убил светящегося кота моего отца. Возможно, голова Роланда взорвется.
— Это был саблезубый тигр, — сказала Джули. — Он светился серебром.
Серебро означало божественную магию. Никто не мог сказать, что это был за саблезубый тигр, и где мой отец его раздобыл.
— Стукачка, — сказал Дерек.
Она отмахнулась от него.
— Он убил его, а затем съел.
Я посмотрела на Кэррана.
— Ты убил бога-зверя, а затем съел его?
— Возможно, — сказал Кэрран.
— Что значит «возможно»?
— Я сомневаюсь, что это был бог.
— Он светился серебром, — сказала Джули. — Ему определенно поклонялись.
О боже.
Кэрран свернул, чтобы избежать лежачего полицейского, образованного корнями деревьев, выступающими из-под асфальта.
— Я мог бы поклоняться лампе. Это не делает ее богом.
— Зачем ты его съел? — спросила я тихим голосом.
— В то время это казалось правильным.
— Он проглотил его, — сказала Джули. — Полностью. С костями.
Если это было какое-то божественное животное, и он съел его, никто не мог сказать, что плоть или магия сделают с ним. Будут последствия. Последствия были всегда.
— Ты чувствуешь какие-нибудь побочные эффекты?
— Я не хочу говорить об этом с детьми в машине.
О боже.
Мы проехали мимо сгоревшего остова «Дома Бесконечности», последнего известного небоскреба, построенного до Сдвига. Оставалось недолго.
Держись, малышка Би. Мы приближаемся.
***
МЫ СВЕРНУЛИ НА узкую боковую дорогу, ведущую к Крепости. Кэрран поднажал, и машина ускорилась. Из кустарника появились волки, бегущие параллельно автомобилю. Лес закончился, и мы вылетели на открытое пространство длиной в милю между деревьями и башней Крепости. Тяжелые металлические ворота были закрыты.
Кэрран резко затормозил. Машину занесло, и она остановилась в двух футах от серой стены. Я ко всем чертям выбралась из машины. Волки обнюхали меня, стена меха и зубов отделяла меня от ворот. Ведущая волчица подняла голову и завыла.
Ворота открылись достаточно, чтобы пройти, и мы вчетвером прошли внутрь. Роберт, один из альф клана крыс и начальник службы безопасности Стаи, вышел из главного входа, ожидая нас.
— Слышно что-нибудь? — спросил Кэрран.
Роберт покачал головой.
— Ни шепота. Никаких признаков нападения, никакого необычного движения, ничего.
Мы поспешили по коридорам Крепости к медицинскому отделению, проходя через пару за парой часовых.
— Магия не действует, — сказал Роберт. — Если произойдет атака, это будет через агента. Сейчас в Крепости ровно шесть посторонних: два погонщика, которые доставили посылку, и вы четверо.