Апокалипсис 2 (СИ)

«А что я такого сделал-то?» — Написал я.
Я решил, что Лера сейчас спит, что было бы логично, и что ответит она часов в двенадцать или в десять, но явно не сейчас. Посему я зашёл в наш универский чат и предельно ахуел. Во-первых, там была дикая активность сегодня ночью, но, как я понял, большинство сообщений были стёрты. Всё, что я смог застать, это
«А что случилось-то, собственно, народ?» — От Жени.
  
«Да уж, жестоко как-то…» — От Маши.
«Лучший Новый год в моей жизни. Спасибо, Макс!» — От Артёма.
«Что. Блять. Происходит?» — Подумал я, понимая, что меня охватывает паника. И хуже мне стало, когда я увидел выше в чате, что Алёна Апалькова покинула беседу.
Что я такого сделал⁈
Я скорее побежал искать наш чат с Алёной, но не смог его найти, и понял, что девка его удалила. Все наши сообщения, всё, что мы писали. И тогда меня стало ещё больше трясти. Я дрожащими руками уже собирался звонить моей девушке, но мне не позволило это сделать новое сообщение от Леры, которой почему-то не спалось в такую рань.
«А ты сам не знаешь, типа?»
«Лер, я вчера налакался, как сука. Я должен был скинуть решение задачи номер 410 в чат и всё. Я не знаю, что я пьяный учудил. Расскажи, будь так добра!»
«Пиздос, Макс. Ты скинул голую фотку Алёны в группу. Вот, что ты сделал. Даже не знаю, как ты теперь будешь вымаливать у неё прощение…»
Голую фотку? Алёны? ЧЕГО, БЛЯТЬ⁈
Я тут же побежал в медиафайлы, открыл папку и увидел, что последняя у меня фотка действительно с нюдсами Алёны. А следом за ней идёт ебаная фотка задачи.
«БЛЯТЬ, ТЫ МУДАК!» — Закричал некий голос в моей голове.
— Макс, ты такой бледный, словно, снова блеванёшь. Или снова обосрался… — Заметил Лёха.
— Да, друг мой. Я обосрался. Я, ПИЗДЕЦ, КАК ОБОСРАЛСЯ, НАХУЙ!!! — Заорал я в истерике на весь салон.
И тут внезапно позади нас послышался недовольный женский голос:
— Господи, это похоже, тот придурок из кофейни.
 Глава 13 
 Часть 1. Моя меланхолия 
Посвящается суке, которая убила во мне часть души и веру во что-либо хорошее.
1 Января
Я, наверное, раз в десятый набирал номер Алёны и в десятый раз убеждался, что он недоступен. Скорее всего, она меня заблочила, что было вполне логично после такого поступка. Я написал девке в телеге, но она мне не ответила.
Честно говоря, я сейчас был на взводе, как карлик-онанист на выставке картин с женскими гениталиями. Я знал, что я должен что-то сделать. И тот факт, что Алёна обрубила мне все связи, лишь значил, что я сейчас как никогда обязан найти путь, чтобы извиниться, сказать, какой я мудак, и что Лёхина бородка уж явно выглядит хуже, чем вся эта ситуация.
На часах было одиннадцать часов, когда я набрал Герарта. Уебан не взял трубку, но я позвонил ещё раз, и тогда этот обмудок всё же соизволил мне ответить.
— Да, Макс? Хочешь рассказать мне, как весело встретил Новый год? — Спросил весело тот.
— Нет, хочу рассказать, как в моей жопе побывал огурец, но это в другой раз. Сейчас есть более важная причина, по которой я тебе звоню. Можешь, пожалуйста, дать номер Лии?
— А зачем? — Удивился воин.
— Хочу, блять, у неё спросить, какой формы страпоны больше всего нравятся её сестре. Дружище, тут ситуация — полный аншлаг, и если я сейчас не выебу клоунов, то клоуны выебут меня! Говори номер, блять!
— Это как-то связано с Алёной? — Догадался Герарт.
— Естественно, это как-то связано с Алёной, иначе я бы не просил номер Лии! Братан, не тяни время, умоляю, я тебе клянусь отбивными, которыми сейчас завтракает Лёха, что потом всё расскажу.
Герарт тяжело вздохнул, но номер Лии мне продиктовал. И тогда пришла пора звонить сестре Алёны.
Честно говоря, Лие я боялся звонить ещё больше, чем Алёне, ибо мне казалось, что эта бойкая и весёлая девка сейчас выльет на меня всё говно и назовёт конченным. И это, в принципе, было бы заслуженно.
Но Лия меня удивила.
— А, это наш порнорежиссёр звонит! — Догадалась она, стоило мне только её набрать.
Ну, да, это как бы логично, что если Алёна оборвёт связи, то я буду звонить её сестре.
— Молодец, угадала. Хотя, честно говоря, такая профессия мне не понравилась, и я хочу бросить это грязное дело.
— Ха-ха! Ну, Макс, рассказывай, сколько лайков уже собрала твоя первая работа с моделью, совершенно не подозревающей о своей популярности?
— Ох… Боюсь даже представить, честно говоря. Скажи мне лучше, как там Алёна.
— Ну, вчера она рвала и метала. Сейчас проснулась, вроде спокойная. Но ей моча в голову в любой момент может ебануть, так что не радуйся.
— Она заблокировала мой номер. И в телеге молчит.
— Ну, а ты чего ожидаешь от девки, прелести которой выставили на всеобщее обозрение? Или ты хотел, чтобы она тебе ещё парочку фоток прислала?
— Не хочу я фоток. Хочу, чтобы она меня выслушала.
— А что ты ей хочешь сказать?
— То что хочу ей сказать, хочу сказать лично.
— Ну, ладно… — Хмыкнула в трубке Лия. — Тогда дай девке отойти. Она вчера ещё имела большую популярность. Дай ей в простые люди вернуться хотя бы.
— Блять, я понимаю, что она сейчас очень злая, но я сам на нервах. Я просто не знаю… Если не поговорю с ней, то сдохну, нахуй!
— Какого цвета тебе гроб подогнать? — Усмехнулась Лия. — Слушай, открою тебе очень интересный секрет об Алёне, о котором мало кто знает. Она очень злопамятная. И всей вашей порноистории поможет только одно — время. Я серьёзно. Подожди недельку. Возможно, она оттает.
— А возможно…?
— А возможно, — Лия тяжело вздохнула, прежде, чем ответить, — вычеркнет тебя навсегда из своей жизни.
— Пиздец. Но так же нельзя! Это неправильно!
— Макс, я тебе просто сказала, как есть, по-дружески. В этом вся Алёна, и её уже не исправить. Знаешь, если бы я была твоей девушкой, то я бы тебя за такое просто побила бы очень сильно, а потом простила. Но Алёна не такая. Она очень долго помнит зло, и я не ебу, как её исправить. В любом случае, сейчас нужно подождать, хочешь ты этого или нет. Когда девка отойдёт от злости, то может, примет правильное решение.
— Очень надеюсь на это. Пиздец… И всё же, как это всё тупо получилось. Я просто мастер по попаданию в ебанутые ситуации!
— Радуйся, мастер, теперь в ебанутую ситуацию ты попал не один. Ладно, я пошла, удачных каникул, Макс, постарайся не умереть от тоски!
— Спасибо, Лия, постараюсь.
Завершив вызов, я бросил телефон на кровать и схватился руками за голову. Так я стоял, наверное, минут десять, пока не заебало. Потом я начал быстро ходить по комнате, соображая, что же такого сделать, чтобы вымолить прощение у Алёны. Я не мог ждать, как сказала Лия. Я должен был как можно скорее связаться с Алёной. Но все пути были обрублены. Пиздец…
Пока я ходил по комнате, у меня в голове всплывали всякие разные воспоминания, но они были очень расплывчатыми и непонятными. Я вспомнил, как, кажется, пел какую-то песню, уже будучи в дичайшее говнище. Вспомнил, как засунул руку в аквариум и пытался поймать Стасика (я чуть опять не блеванул), и я вспомнил, как какая-то девка смачно целует меня в засос своими горячими губами.
  
— Сука… да что же было-то этой ночью… — Выдохнул я.
«Неужели, помимо слива нюдсов Алёны я ей ещё и изменил?» — От такой мысли мне стало настолько неизбежно хреново, что я вспомнил ту Виолетту и то, как она пыталась ко мне клеиться.
Теряя голову от невероятно огромного количества погибших мёртвых клеток, я набрал Андрея, который не ответил мне. Я позвонил ещё раз. И ещё. И ещё. И Андрей так и не взял трубу, блять! Тогда я дрожащими руками написал архангелу сообщение в ВК.