Концессия. Дилогия (СИ)
– Не, – помотал я головой. – И через это я имел чрезвычайно «приятную» беседу с шефом Мюрреем!
– Ну, не съел же он тебя!
– Зато понадкусал! В психологическом плане! – предвосхитил я следующий Вовин вопрос. – Знаешь, сколько я с ним нервов вымотал? Больше, чем с траком и остальным барахлом вместе взятыми!
– Проф, мне кажется, или ты преувеличиваешь?
– Если и преувеличиваю, то совсем чуть‑чуть! И ладно бы только шефом обошлось!..
– А что ещё?.. – заинтересованно вскинулся Вова.
– Да всплыли тут некие… обстоятельства, – начал я, но напарник меня прервал:
– Нет, не говори! Дай угадаю… снова те два придурка нарисовались?
– Не‑а.
– А что тогда?! Или… да ладно!
– Вов, не ломай комедию, так и скажи, что не знаешь.
– Есть у меня предположение… ты что‑то нашёл в траке? Нычку с наркотой? Груз «мускуса» в тайнике? Кучу бабла?!
– Ну‑у‑у…
– Угадал, угадал, да? Бабло?!
– Возможно, – скрипнул я зубами. – Хотя скорее карту сокровищ.
– Чего?! – У Вовы в буквальном смысле глаза полезли на лоб. – Проф, ну ты скажешь тоже! Даже у меня на такое фантазии не хватило! Или… да ладно?!
– Угу, – со вздохом извлёк я из кармана злополучный артефакт. – Узнаёшь?
Вова выхватил у меня карту и впился в неё жадным взглядом. И даже – о чудо! – глубоко задумался на пару минут, забыв про пиво. А вот я, наоборот, воздал пенному напитку должное.
– Узнать‑то узнаю, – выдохнул Вова, когда я уже почти прикончил кружку, – вот только ума не приложу, с чего ты решил, что это карта? Из‑за розы ветров? Или из‑за крестика? Не могут же эти линии означать дороги?
– Конечно, не могут, – подтвердил я. – Потому что это не дороги, это высоты. Над уровнем моря, если быть совсем точным. Это карта рельефа, Вов. То, что изображено на этом куске пластика – холм где‑то в окрестностях Мэйнпорта. И я даже примерно представляю, в какой стороне искать.
– То есть ты хочешь сказать, что тот жмур вовсе не поссать отошёл, когда наша Инес кошаков спугнула? – уточнил Вова.
– А ты бы пошёл ссать с картой в руке? – задал я встречный вопрос.
– Ну, если бы решил всё сделать по фэншую, с ориентацией по сторонам света…
– Вов, не плоди сущности.
– Чего?!
– Не увиливай, говорю. Более чем вероятно, что наш съеденный приятель ориентировался на местности в момент нападения бегунов.
– Но и поссать при этом тоже вполне мог! – не пожелал сдаться Вова.
– Мог, – не стал я спорить. – Попутно. В основном же… ну, ты понял.
– Но ведь это же вкорне меняет дело! – просиял мой напарник. – Только не говори, Проф, что ты ещё не нашёл место!
– Даже не пытался, – незамедлительно отпёрся я. – Нахрена, а главное зачем? Ты реально думаешь, что там что‑то ценное?
– Да запросто! Что‑то мне подсказывает, что «недоторнады» должны были как раз там с кем‑то встретиться. И либо принять груз, либо, наоборот, что‑то передать. В последнем случае для нас облом.
– А почему не в первом? С чего ты решил, что жмур к моменту смерти ещё не побывал у нычки?
– Ну, ты же сам сказал, что в траке ничего нет.
– Да там полно всякого!
– Ничего особенного нет, Проф, – уточнил Вова. – И я достаточно тебя изучил, чтобы понять: ты скрываешь ещё что‑то.
– И вовсе не скрываю! Просто не дошёл до этого места в истории!
– Ну, давай, удиви меня, – ухмыльнулся напарник.
– Карту кто‑то ищет, Вов.
– Кто‑то? – вопросительно приподнял бровь тот.
– Конкретно вот эти двое, – протянул я напарнику смарт с открытой фотогалереей. – Узнаёшь?
– Не‑а, – буркнул Вова, внимательно рассмотрев снимки. – Кого‑то напоминают, но именно этих впервые вижу.
– Ну, попытаться всё равно стоило, – пожал я плечами.
– А как ты вообще понял, что они именно карту искали? – вернулся к конкретике напарник.
– Да они сами мне сказали!
– Вот с этого места подробнее, Проф.
– Сейчас… только давай ещё пивка. И скажи, пусть сразу пару тащат!
– Задрал ты уже, Профессор.
– Хочешь слушать насухую?
– Вот ещё! – Вова щёлкнул пальцами, подозвав официанта, и принялся диктовать заказ, не забывая краем глаза контролировать, чтобы я куда‑нибудь не свалил. Получив же желаемое, от души приложился к кружке и непререкаемым тоном велел: – Рассказывай!
– Да что тут особо рассказывать… в общем, позавчера дело было…
Слушал Вова с абсолютно непробиваемым видом, разве что в особо напряжённых местах головой покачивал с лёгким неодобрением. Я так и не понял, на кого оно было направлено: на бестолкового меня или на самоуверенных пришельцев.
– Что, прямо так и спросили: «где карта, Билли»? – уточнил он, когда я замолк.
– Угу. Только без «Билли». Ты слишком хорошего о них мнения.
– А ты, стало быть, не раскололся?
– Как видишь.
– А ты уверен, что они именно её искали? – покосился он на так и валявшуюся на столе «рубашкой» вверх карту.
– Уверен. Там больше ничего даже отдалённо похожего на какую‑то схему не было. И никаких электронных приблуд. Кстати, я думаю, у жмура и смарт был, и короткоствол. Можно будет поискать в саванне. Но потом.
– Ладно, – заключил Вова, – будем исходить из того, что ты прав. А кто такие, узнал?
– Нет.
– Проф, ну как так‑то?! – возмутился мой напарник. – Ты что, их вырубил и спокойно пошёл домой?!
– Нет, я их предварительно через запасные ворота на улицу выпихнул, – хмуро признался я, только сейчас осознав, до какой степени сглупил.
– Поправь меня, Профессор, если я неправ: два каких‑то хмыря неведомо как проникают к вам в закрытый ангар, безошибочно находят интересующий их объект, шмонают его, пытаются наехать на тебя, то есть по всем признакам действуют осознанно и со знанием дела… и ты их не допросил?! – вытаращился на меня Вова.
– Ну‑у‑у… да, – развёл я руками. И попытался вяло отгавкнуться: – А чего ты от меня ожидал?! Что я их свяжу и пытать стану?! На каком основании?! Да меня бы эсбэшники со свету сжили за такое!
– Да эсбэшникам на тебя плевать, Проф!
– Ты это шефу Мюррею расскажи! Он мне, между прочим, уже втрое предупреждение сделал! Причём лично!
– Н‑да, хотел бы возразить, да нечего, – признал Вова. – А что тогда этих типов в СБ не сдал? Хотя нет, не говори, я уже сам догадался… знаешь, Олег, иногда твои рефлексы не совсем в тему. Вернее, совсем не в тему.
– А что, надо было сначала самому люлей словить?! – возмутился я.
– Почему нет? – пожал плечами Вова. – Иногда полезнее бывает подставиться под удар. Подумаешь, фингал под глазом! Или юшка из носа… зато была бы железная отмазка. А так уже тебе пришлось извращаться.
– Шеф Мюррей с тобой бы согласился, Вов.
– Что, он тоже так говорил?
– Почти. Он сказал, что от моих разборок больше неприятностей, чем от пальбы или поножовщины. Там хоть можно разобраться, кто прав, а кто виноват.
– Шеф Мюррей мудрый человек.
– Ото ж…
– Ладно, замяли, – стукнул Вова кружкой по столешнице. Слегка, чтобы не привлекать внимания окружающих излишним шумом, но достаточно чувствительно, чтобы продемонстрировать разочарование тупым мной. – Но потом‑то ты хоть народ поспрашивал? Кто, зачем? Может, разузнал, кто их пропустил?
– Разузнал, – вздохнул я, – да хрен ли толку…
– Ну‑ка, ну‑ка!.. – снова оживился Вова. – Что на этот раз пошло не так?
– Да практически всё.
А чего отрицать очевидное? Тем более, сам виноват. Хотя вчера с утреца пораньше я целое расследование учинил…
… первой мыслью, когда я явился на работу, было показать фотки вчерашних обломов охране на проходной, но я вовремя опомнился. Во‑первых, сегодня уже другая смена дежурит, во‑вторых, это в целом предельно глупо. И подозрительно настолько, что у парней из СБ моментально сработают профессиональные рефлексы. А это штука такая, что даже лень не спасёт. Которая, как известно, двигатель прогресса. И которая подсказала мне, что искать тех придурков по всей промке пустая затея. Вот на проходной поспрашивать нормальная тема с точки зрения рационального построения процесса поиска, но зато стрёмная во всех остальных отношениях. И что у нас ещё остается? Столовка? Так там столько лиц мелькает, что обслуга их даже не пытается запоминать. По другим цехам и лабам ходить? Да кто бы мне позволил, в рабочее‑то время? Поэтому по зрелому размышлению я решил немного облегчить себе задачу. Напали на меня где? Правильно, в нашем запертом ангаре, доступ в который есть у крайне ограниченного круга лиц. А значит что? Значит, сообщник кто‑то из наших. И список тут предельно короткий: Игараси‑сама (сразу нет!), бригадир Хесус, техник Люпе и химик Игнасио. И у двоих последних на меня как раз зуб имеется, особенно у несдержанного Люпе, который меня изначально невзлюбил, а потом ещё и обвинил в смерти своего дружбана Серхио. И почему же при мысли об этом мелком пакостнике у меня рука сама собой потянулась к пистолету, которого, на моё счастье, пока ещё нет? Вот и я не понимаю, хе‑хе.