Концессия. Дилогия (СИ)
— Что, надо было им кости переломать?! — совсем растерялся я.
— Бокс, — буркнул Игараси, пропустив мои слова мимо ушей. — Спорт круглоглазых варваров. Даёт результат здесь и сейчас, но не позволяет достичь истинного мастерства.
— Не понимаю.
— Только постижение пути ведёт к мастерству. Путь к цели важнее самой цели.
— Что-то вы загнули, Игараси-сама, — поддержал меня Галлахер. — Я тоже упустил нить ваших рассуждений. А уж я-то вас прекрасно знаю. В том числе и вашу цель.
— И какова же она? — с интересом глянул на коллегу Игараси.
— Процветание корпорации, что же ещё? — пожал плечами Мик.
— Протяжённый во времени процесс не может быть конечной целью, господа мои. А процветание — именно он и есть. Разновидность постижения пути, если хотите.
— Оригинальная жизненная философия…
— Именно так, Генри-кун. Помогает оставаться собой. Знаешь, какая самая большая проблема колонии?
— Анархия? — предположил я. — Наплевательство на законы? Культ силы?
— Как ни странно, но нет, — улыбнулся Игараси-сама. — Ничего из тобой перечисленного. Просто в колонии крайне мало людей, способных сосредоточить усилия на главном. Все слишком распыляются на сиюминутное, и радостно поддаются самым низменным позывам, благо на не слишком серьёзные нарушения окружающие смотрят сквозь пальцы. Такова особенность жизни на Роксане, мой юный друг, и никуда от неё не денешься. Здесь ты можешь сорваться на кого угодно, и если этого кого угодно не убьёшь, то и проблем не будет. Просто потому, что этот кто угодно сам может оказаться в такой же ситуации. Словесные оскорбления и даже побои — без увечий, конечно — у нас не являются поводом для возбуждения уголовного преследования. Максимум, что тебе может грозить — люди Мюррея-сана догонят, хорошенько поваляют в пыли, возможно, даже дубинками рёбра пощекочут, но после профилактической беседы отпустят восвояси. Ну, штраф, конечно. Или недопуск на работу на следующий день. Не более того. Обычно пары-тройки подобных приключений новичку хватает, чтобы тот задумался о каком-нибудь более мирном методе сублимации негативных эмоций. Но всё равно конфликты в быту и на рабочем месте неизбежны. Я бы даже сказал, они неотвратимы. Поэтому важным качеством любого руководителя является умение их разрешать. Я знаю, в бизнес-школах рукоприкладству не учат, там вообще убеждены, что если руководитель опускается до физического воздействия на подчиненного, то он профнепригоден. Это верно везде, но не на Роксане. Здесь умение настоять на своём и принудить кого-то силой является очень важной составляющей успеха. А ещё пресечение встречной агрессии физическими методами очень сложное в психическом плане действие. Далеко не каждый способен просто ударить другого человека, не говоря уж о чём-то большем. Но ты, в принципе, подобное умение продемонстрировал. Разве что грубовато исполнено чисто в техническом плане. Ты мог бы лучше, но, видимо, не умеешь действовать тонко. Чем занимался, Генри-кун? Кроме бокса, конечно?
— Ударные виды в основном.
— Заметно, — подмигнул мне Галлахер. — Удар у тебя неплохо поставлен. Ты контр-панчер?
— Да, предпочитаю именно эту манеру ведения боя, сэр.
— Я это понял ещё вчера в додзё, — снова вернулся в беседу Игараси-сама. — У тебя отличная реакция и великолепное чувство дистанции. Но реализуешь ты эти качества очень топорно.
— Один мой тренер по боксу называл это «рациональностью», — огрызнулся я.
Мы ушли уже довольно далеко от мастерской, но шаг не замедляли и нигде надолго не задерживались — петляли между мусором и останками техники, то и дело меняя направление движения. К чему это всё — убейте, не пойму.
— Возможно, — не стал спорить Игараси. — Но рациональность не равна истинному мастерству. Я бы предложил тебе присоединиться к клубу, но… кэндо тебе не подойдёт. Пожалуй, я не против позаниматься с тобой индивидуально, Генри-кун. С ударной техникой у тебя полный порядок, но бросково-болевую нужно подтянуть. В наших специфических условиях болевые зачастую эффективней оплеух. И следов не оставляют, если, конечно, потерпевший вовремя осознал свои заблуждения.
— Было бы что подтягивать, — вздохнул я. — Базы вообще ноль.
— Тем лучше! — объявил Игараси. — Не придётся переучивать. Заодно и с психикой твоей поработаем.
— А что с ней не так? — вскинулся я. — С психикой, в смысле?
— В том-то и дело, что пока всё очень хорошо, — вздохнул мой босс. — Но опыт мне подсказывает, что ситуацию на самотёк пускать не следует. Человек существо по сути своей хаотическое, а главная характеристика хаоса есть что? Правильно! Энтропия. Движение от лучшего к худшему, но никак не наоборот. И особенно здесь, на Роксане.
— Да что не так с Роксаной?! — чуть ли не взвыл я. — Мне ещё с орбиты по ушам ездят, что внизу исключительно психи, готовые первого встречного на лоскуты порвать! Но что-то я таких до сих пор не встретил!
— А как же троица рекрутов? — хмыкнул Мик. — Не похожи они на добрых самаритян.
— Обычный рабочий момент! Знакомство, взаимная притирка. В какой-то степени иерархическая разборка.
— Вот! Ты кое-что уже начинаешь понимать, Генри-кун! Теперь бы не упустить момент, иначе ты в жизни разочаруешься…
— И тогда что?
— И тогда будет плохо, — буднично заключил Игараси-сама. — В общем, надо работать. Во всех смыслах.
— И не вздумай отказываться, парень! — предостерёг меня Галлахер. Кенсин-сама такое мало кому предлагает.
— И с чего же мне такая честь? — напрягся я.
— Мы возлагаем на тебя большие надежды, Генри-кун. Твои знания и навыки очень пригодятся корпорации, но в таких условиях ты ещё не работал. И будет очень обидно тебя потерять из-за проблем с психикой.
— Надежды? — ухватился я за ключевое слово. — То есть мне всё-таки придётся работать… по профилю?
— А ты в этом сомневаешься, Генри-кун?
— Ну, были такие мысли… вы же сами вместо работы про драку разговор завели! Кстати, а где в той комнате камера наблюдения?
— Какая именно? — ухмыльнулся Игараси.
— Их ещё и много?! А… зачем?
— Ты неверно формулируешь вопрос, Генри-кун. Не «зачем камеры», а «почему они там есть». Понимаешь?
— Ну и почему?
— Потому что мы можем себе это позволить. У нас есть доступ к ресурсам, у нас есть защитные приспособления, и у нас есть желание использовать это всё на благо корпорации. Но почти нет возможности, потому что кое-кто здесь, в Мэйнпорте, считает это излишним. Есть группа лиц, которые убеждены, что концессия в нынешнем своём состоянии оптимально сбалансирована, и в ней не нужно ничего менять.
— А на самом деле нужно?
— Нужно, но не рентабельно! — сказал, как сплюнул, Галлахер. — Мне до чёртиков надоело терять людей, Генри. И терять, прямо скажем, на пустом месте. Только из-за того, что какая-то сволочь прикинула причинное место к носу и высчитала на калькуляторе, что дешевле завозить новых рекрутов, чем менять тактику. Потому что смена тактики ведёт к изменению снаряжения и задействованных технических средств, а это лишние расходы, в масштабах всей транспортной службы очень даже заметные. Настолько заметные, что перекрывают траты на наём, доставку и обучение нового «мяса». Так что на тебя действительно большая надежда, парень.
— В плане?! — окончательно прифигел я от такой перспективы.
— Ты кризисный инженер, — загнул один палец Мик. И следом загнул второй: — И ещё ученый. Гремучая смесь, как по мне. Но нам именно такой человек и нужен. Главное, не высовываться и не попадаться на глаза лишним людям.
— Иначе… что? — уточнил я.
— По большому счету ничего, — успокоил меня Игараси. — Мы могли бы использовать тебя вслепую, Генри-кун, поскольку от тебя, в сущности, требуется ровно одно: со всей ответственностью выполнять свои должностные обязанности. Но будет лучше, если ты станешь выполнять их с осознанием важности поставленной цели. Это элементарно эффективнее. А цель, в конечном итоге, сводится к спасению человеческих жизней. Жизней простых парней, которые каждый день водят траки, охраняют транспортные колонны или обслуживают дорожную сеть.