Концессия. Дилогия (СИ)

– Она, вообще‑то, несколько вариантов предлагала, – усомнился я.
– Но исключительно в одном районе! – парировал Вова. – Радуйся, короче, не придётся с выбором заморачиваться. И вообще, план надёжный, как швейцарские часы: встретят, проводят, заселят. И, скорее всего, даже не придётся силу демонстрировать. По крайней мере, не сразу. Старейшина поговорить позовёт, поспрашивает, кто, что, чем заняться намереваемся, да и всё на этом. А дальше уже только от нас будет зависеть, как нас примут. Докажем делом, что серьёзные парни, и народ к нам потянется. Ну а станем источником проблем – мигом выпнут. Волшебным пенделем, ага. Но предварительно ещё и обчистят до нитки. В Порто‑Либеро «щипачей» с избытком, стоит только остаться без покровительства коммуны, враз слетятся, как мухи на, кхм, это самое!
– Эх, Вов, твоим бы хлебалом!
– Твоё всяко больше, Проф! Рули давай, не отвлекайся!
И то верно… не хватало ещё на заключительном отрезке в какой‑нибудь блудняк влететь: в яму, там, угодить или в кювет съехать. Трак у нас, конечно, высокой проходимости, но сам факт… примета плохая, короче. Так что эти несчастные семь километров вёл я с удвоенным вниманием.
Что же касается обещанного перекрёстка со всяческими ништяками, то он мало чем отличался от типового «чек‑пойнта» Мэйнпорт‑ран. Разве что трибун не было. А всё остальное почти один в один: вышка с пулемётом, хорошо утрамбованная площадка‑отстойник, пара траков с весёлыми вооружёнными до зубов парнями, да та самая «зарядка»: еле торчащая из земли тумба с силовыми разъёмами, в свою очередь запитанная от целого гектара солнечных батарей. Вернее, её ёмкий аккумулятор. Не то чтобы предел мечтаний, но если в дороге прижало, так самое оно. Час‑другой постоял, подключившись к «тумбе», и уже, глядишь, заряда хватит, чтобы в неспешном темпе доковылять до города.
Что же касается парней на траках, украшенных по бортам надписями «municipale», то они, парни, то бишь, к нашему появлению отнеслись совершенно наплевательски. Видимо, положились на пулемётчика, оккупировавшего смотровую площадку вышки. Конечно, на нас покосились, но скорее недовольно, чем недоверчиво – дескать, катаются тут всякие, смену не дают нормально закончить. Ну и, надо отметить, во взгляде одного из водил, когда мы проезжали мимо, проскользнуло любопытство. Скорее всего, наш модульный трак ему уже примелькался – да что далеко ходить, охрана сама на таких же! – а вот «прицеп» показался в диковинку. Впрочем, останавливать нас и выспрашивать парни посчитали излишеством. Мне вообще показалось, что дежурство на «чеке» здесь что‑то вроде синекуры, потому что это место куда лучше охранял его статус, нежели десяток вооружённых мужиков. Так мы и проехали до отстойника, где и пристроились с краешка, нарочно встав так, чтобы оказаться в зоне поражения пулемёта на вышке. Типа, нам скрывать нечего, равно как и опасаться. Собственно, второе логически проистекало из первого.
Ждать «попутку» пришлось около сорока минут. Всё это время мы прогуливались возле трака, демонстрируя охране максимальную степень доверия – дескать, мы полностью в ваших руках, пацаны, вон, даже без стволов! Ну, почти – от пистолетов избавиться мы с Вовой и не подумали. И, надо сказать, весьма преуспели в создании благоприятного впечатления. Правда, появление во всей красе Сигизмунда, которому надоело дрыхнуть в кабине, оказалось до такой степени зрелищным, что свело на нет все наши усилия. Можно даже сказать, произвело эффект разорвавшейся бомбы. Охранники дружно умилились непоседливой животине, которая не поленилась обнюхать обе их машины, а наблюдательную вышку и вовсе пометила известным кошачьим способом. Завершив моцион, Зигги замахнул на капот нашего трака, окончательно обозначив свою фракционную принадлежность, и как ни в чём не бывало захрапел, свернувшись клубком. Вова при виде такого чуда недовольно посопел, но комментировать не стал: видимо, тоже порядком утомился. Оно и понятно, в пулемётном гнезде трястись не сахар. Мне как бы ни легче пришлось.
 
… появление охотников обошлось безо всякой помпы. Просто сначала мы с Вовой увидели клубы пыли над дорогой, а потом из них один за другим вырвались пять траков, оформленных с претензией на стильность: с высушенными черепушками каких‑то зверюг на капотах, в камуфляже и с вычурным обвесом – кенгурятники, дуги с дополнительными фарами, трубчатые пороги… колхоз‑стайл, короче. В остальном же всё те же модульные траки производства Порто‑Либеро. Роднили экипажи между собой лишь изображения какой‑то затейливой животины на дверцах водительских кабин да флажки с ней же на гибких флагштоках. Или это антенны? В принципе, пофиг, но очень похоже. Роксана Роксаной, но УКВ‑связь на коротких дистанциях никто не отменял. Ах, да! В крышах пассажирских модулей у всех люки, причем по два сразу. Команды тоже как под копирку: водила и главный по машине в водительской кабине и по паре стрелков в пассажирской. Разглядел я главным образом силуэты, поэтому касательно внешности парней ничего пока сказать не смог бы. Впрочем, очень скоро и этот пробел восполнился: охотники припарковались тесной кучкой всё в том же отстойнике, но поодаль от нас. Все, за исключением одного трака – тот подкатил вплотную, уже в самом конце развернувшись к нам левым боком. Из люков в пассажирском модуле торчали два облома с мощными «болтовыми» винтовками и в масках‑балаклавах, скрывавших лица. Или попросту защищавших от пылищи. Чем не вариант? А вот главного я разглядел очень хорошо: типичнейший соотечественник наших латинских знакомых. Вот прямо весь такой среднестатистический молодой латинос, лет двадцати пяти на вид. Этот был в бандане, из‑под которой торчали длинные мелко вьющиеся волосы, и иронично ухмылялся в бородку в режиме нон‑стоп. После такого персонажа на водилу смотреть не очень‑то и тянуло, так что я поленился вытягивать шею и заглядывать главному через плечо. А ещё я еле удержался, чтобы не отплеваться от пыли, которой нас обдал чёртов трак. Ладно хоть клубы довольно быстро улеглись. Ну а как только видимость восстановилась, главный опустил стекло в дверце и позвал меня, как стоящего поближе:
– Эй, омбре! Это про вас, что ли, амиго Рауль говорил? Вы нам на хвост должны упасть?
– А ты видишь здесь ещё кого‑то? – встрял Вова.
– Строго говоря, вон те бравые парни, – дёрнул головой главный в сторону экипажей охраны, – тоже вполне себе подходят под определение «кто‑то».
– А, понял! Дофига умный! – расплылся в ухмылке мой напарник. – Эй, Профессор, у тебя теперь конкурент! Цени!
– Профессор? – насторожился главный.
– Да это кличка просто, забей! – отмахнулся я. – Я только до доцента дослужился, даже без учёной степени.
– Хм… умный гринго, надо же! – хмыкнул главный. – Только тебя нам в Порто‑Либеро и не хватало… а ведь так хорошо всё шло!
– Ладно, будем считать, что любезностями обменялись! – быстренько сдал назад Вова, осознав, что красавчик в охотничьем траке способен забавляться словесной эквилибристикой неопределённо долго. – Привет, я Влад! А это Генри… то есть Энрике! Да, это про нас Рауль говорил. Куда нам?
– Да пока никуда, расслабьтесь, амигос, – подмигнул нам главный, и, наконец, отрекомендовался: – Мигель.
– Просто Мигель? – на всякий случай уточнил я.
– Пока да, – подтвердил тот. – У нас сейчас привал, двадцать минут на покурить, обслужить тачки и оправиться. Подзарядиться, опять же. А дальше последний рывок до родной коммуны.
– Давно дома не были, амиго? – полюбопытствовал Вова.
– Давненько… Влад, да? – Дождавшись Вовиного кивка, Мигель продолжил: – Вообще‑то это конфиденциальная информация, которую мы, как правило, придерживаем во избежание промышленного шпионажа…
– Ой, да задрал уже! По‑человечески сказать можешь?
– Неделя.
– Ого! – восхитился Вова. – Слушай, такое даже «конвойщикам» не снилось! Ни в какой батарейке заряда не хватит на такой срок!
– Да им это просто не надо, – отмахнулся Мигель. – Да и проблематика батарей, как бы попроще… изрядно преувеличена! Короче так, парни! Как только начнём формировать колонну, встанете третьими. Во‑о‑он за тем красным чешуйчатым траком. Ясно?