Концессия. Дилогия (СИ)
– Внимание, Генри‑кун! – напрягся вдруг Игараси. – Похоже, наш клиент!
Фига се он глазастый! Никаких демаскирующих признаков, между прочим, а поди ж ты – разглядел! Или по координатам определил? Потому что я, хоть убейте, ничего не вижу… трава как трава, да кое‑где земля раскрошенная. Стоп! Земля? Раскрошенная?!
– Сэр, что‑то мне не хочется туда, – покачал я головой, затормозив трак до полной остановки.
Головная «легковушка» при этом усвистела дальше по грунтовке, явно вознамерившись проверить, что там за гребнем холма, а броневик последовал нашему примеру, разве что тоже продвинулся немного вперёд, метров на двадцать. И грозно зашевелил стволами пушки.
– Опасаешься минного поля, Генри‑кун? – иронично заломил бровь Игараси.
– А у вас есть другое объяснение для воронки? – парировал я.
И ведь ничуть не покривил душой! Реально, воронка, причём довольно большая. Видно не особо хорошо, но самого «чека» я со своего места разглядеть не мог, как ни силился.
– А ведь малец прав, Кенсин‑сан! – поддержал меня Галлахер.
Судя по виду в боковом зеркале, он уже откинул бронещитки и высунулся из лаза в крыше пулемётного модуля. И таким образом занимал в настоящий момент господствующую высоту. Высоко сижу, далеко гляжу, да. Ну и наверняка уже с подчинёнными переговорил на закрытом канале.
– Ну так что, подъезжаем? – уточнил я.
– А ты предлагаешь пешком, сынок? – усмехнулся главный «конвойщик». – Так ещё вернее на небо отправишься. Фрагментарно.
– Чёрт… сэр, но ведь у вас же наверняка есть спецсредства! – ещё сильнее напрягся я от незавидной перспективы. – Сканеры, там. Или какие‑нибудь миноискатели…
– Да расслабься, сынок! В моей практике – а она, поверь, весьма обширная! – ещё не было случая намеренного минирования «чеков».
– А чего‑то другого были? – уцепился я за оговорку.
– И чего‑то другого не было! – отрезал Галлахер. – Это больше похоже на воронку от ракеты. У «диких» они есть, ты наверняка видел.
– И не только видел, сэр, – скривился я от не самых приятных воспоминаний. – То есть вы думаете, что это работа… «диких»?
– А ты видишь признаки присутствия каменных слизней, Генри‑кун? – опередил старину Мика подозрительно спокойный Игараси.
– Если только снизу подкопались, – отбрехался я, но совершенно неубедительно даже для самого себя.
Помню я рытвины, которые остаются после этих забавных «зверюшек». А тут и впрямь ни малейших признаков. За последние километров пять даже старых полузаплывших рытвин ни одной не попалось.
– Ладно, Генри‑кун, подъезжай поближе, будем смотреть, – вздохнул тем временем Игараси‑сама, как видно, лучше меня представлявший масштаб ожидаемых проблем.
– И к холму кормой встань, сынок! – вставил свои пять копеек Галлахер.
– Думаете, могут оттуда выскочить?
– А откуда ж ещё, сынок? Сам посуди – с остальных направлений ровная саванна. Тут любая кочка заметна, как прыщ на женской заднице! Если только заранее капониры копать…
– А что, такое уже было?!
– Форрестер, уймись! – не выдержал главный «конвойщик». – Делай, что сказано! И молча!
– Есть, сэр!
Так бы сразу и сказал, блин! А то развёл политесы… что мы, без понятия, что ли?.. С другой стороны, очень уж резко у него настроение поменялось. Что‑то доложил головной дозор? Или сам разглядел какую‑нибудь хрень? Ладно, если посчитает нужным, скажет. А наше дело маленькое – рулить. Пока. А потом вокруг «чека» шаманские пляски изображать…
С первым, надо сказать, я справился совершенно без проблем: подъехал к «чек‑пойнту» по довольно широкой дуге, оставив броневик куковать в одиночестве на грунтовке. А вот со вторым неувязочка вышла: на месте высокотехнологичной приблуды, обычно по макушку вкопанной в почву, красовалась здоровенная яма. Типичная такая воронка от попадания чего‑то взрывающегося. Землицу раскидало на многие метры вокруг, а вот признаков наличия «чека» не наблюдалось от слова «совсем». Как испарился, ага.
– Что будем делать, сэр? – поинтересовался я у босса, когда мы затормозили у воронки и вдоволь налюбовались на это диво дивное.
– Ты, Генри‑кун, иди, посмотри, что там, – задумчиво проронил Игараси, – а я пока трак осмотрю.
– А может?..
– Да чего я там не видел! – отмахнулся мой начальник. – Скорее всего, «чека» больше нет. Поищи обломки, но особо не усердствуй. В первую очередь ищи концы кабеля. Придётся их пока просто срастить.
– Что‑то вы слишком спокойны, сэр, – с подозрением покосился я на Игараси. – Что‑то знаете, и хотите узнать, догадаюсь ли я? Проверка, что ли?
– Если тебе от этого легче, Генри‑кун, то да, это проверка, – невозмутимо кивнул Игараси. – Всё, пошёл! Время не резиновое!
– Есть, сэр! – хмыкнул я, щёлкнув дверным замком.
Потом потоптался в нерешительности у водительской кабины… и полез в рундук за бронежилетом и шлемом.
– Молодец, сынок! – похвалил меня Галлахер, так и торчавший в пулемётном гнезде.
Правда, торчал он не просто так, а уже успел закрепить свой SAW в кронштейне и теперь с тревогой скользил взглядом по гряде холмов, грунтовке и довольно шустро ползущей к гребню «легковушке».
– Сэр, а вы уверены, что?.. – начал было я, но Галлахер меня перебил:
– Чу! Слышишь?
– Что, сэр?
– Вот и я не слышу… так что впереди боя нет.
– А должен быть? – испуганно заозирался я. – С кем, сэр? Конвоя с «дикими»?
– Как вариант, сынок. Ладно, иди, делом занимайся!
– Да, сэр.
Ну а чего ещё остается? Если уж оба начальника чуть ли не в один голос твердят, типа, иди, выполняй свои прямые обязанности, то кто я такой, чтобы возражать? Тем более что Игараси‑сама уже спокойно бредёт вдоль трака, внимательно в него вглядываясь. Надо думать, выискивает дефекты, которые могли образоваться за эти несчастные десятки километров пробега. В другое время я бы, пожалуй, обиделся. Но сейчас как‑то не тянуло. Тут бы быстрее с рутиной разобраться да по тапкам дать! Предчувствие у меня нехорошее… неспокойно на душе.
Хотя с чего ему, предчувствию, быть каким‑то другим? Весь наш сегодняшний выезд сплошной форс‑мажор. А он по определению ничего хорошего не подразумевает. Воронка, опять же… чуть не съехал в неё, приблизившись на опасное расстояние. Зато прекрасно рассмотрел, что в яме никаких признаков «чека». Хоть бы обломок какой… но нет! Одно хорошо – оба кабеля, и на «входе», и на «выходе», из земли торчат этакими свиными хвостиками. Фига себе их скрутило! Тут, пожалуй, придётся концы подрезать, прежде чем латку монтировать… мороки на полчаса, не меньше… но где, чёрт возьми, сам «чек»? Такое ощущение, что его сначала аккуратно изъяли, и только потом сунули в яму что‑то взрывающееся и заставили сдетонировать…
– Игараси‑сама, сэр! – громко позвал я, поскольку в этот момент мой начальник ошивался у заднего свеса прицепного модуля, то есть на таком расстоянии, что шептать явно не стоило.
– Чего, Генри‑кун? – отозвался тот.
– А не могли наше оборудование… похитить? – замялся я, только в этот момент осознав изрядную абсурдность данного предположения.
Кому, да и зачем, мог понадобиться наш «чек‑пойнт»? Каменным слизнякам? «Диким»? Или старьевщикам из «местных»? И ведь ни одна версия не выдерживает критики!
– Кто? – ожидаемо озадачился Игараси‑сама.
– Эй, малец, а ты с чего так решил? – подал голос из пулемётного гнезда Галлахер.
– Так это… куски кабелей есть, яма есть, комья земли есть… а ошмётков «чека» нет! – пояснил я. – Такого быть не может, как минимум каркас перекрученный где‑то поблизости должен валяться. Ну и по мелочи осколки.
– То есть ты хочешь сказать, сынок, что взрыв – это маскировка?
– Получается так, сэр, – кивнул я. – Другого объяснения у меня нет… слизняки бы такую аккуратную яму не оставили, тут была бы рытвина от горизонта до горизонта, строго по пути следования… а значит, люди. Вопрос только, какие именно.
– Да, это что‑то но… – начал было Галлахер, но прервался на полуслове, прикипев взглядом к вершине холма.