Концессия. Дилогия (СИ)
– Ни в коем случае, сэр! – отмёл я это нелепое предположение. – Работал по вашему заказу. Хотел порадовать.
– Хм… это похвально, сынок. Но пока что решительно ничего не понятно! Как туда влезть?
– Дверцы с торца, – пояснил я. – Пара штук в верхней части – распашные, нижняя часть, что от кузова – откидная вниз. Есть вариант в десантном исполнении, на четырёх человек. Можно и шесть запихнуть, но будет тесновато. А в этом место для боекомплекта к пулемёту и расчёта из двух человек.
– А пулемёт куда? – продолжил расспросы Галлахер. – Что‑то я даже плохонькой башенки не вижу!
– Ну это же не танк, – пожал я плечами. – Да вы не стесняйтесь, сэр, полезайте!
И, дабы сподвигнуть начальство на решительные действия, собственноручно распахнул дверцы.
– Хм… тесновато, – с обычно несвойственной ему робостью заглянул Галлахер в модуль. – Так, вроде дошло! Ну‑ка, сынок, посторонись!
Надо ли пояснять, что дальше старина Мик справился в два счёта? Опыт не пропьёшь, а особенно столь обширный, каким мог похвастаться главный «конвойщик» концессии. С запором люка он не возился и пары секунд, да и в дальнейшем проявил немалую ловкость: откинул половинки крышки, защёлкнувшиеся на фиксаторах, ужом ввинтился в лаз и смерил меня довольным взглядом сверху вниз:
– А ведь вполне удобно, сынок! Правда, защиты с боков не хватает…
И это он ещё изрядно преуменьшил проблему. Приемлемую защиту давала только задняя откидная створка, поскольку вторая (она же передняя) была раза в три ниже – иначе пулемёт не установишь. Ну а с боков… можно, конечно, огород нагородить, но получится настолько громоздко и неудобно, что ну его нафиг. Лучше уж тогда, действительно, полноценную башенку смастрячить. Но потом, ага.
– А это, я полагаю, шкворень? – продолжил расспросы Галлахер.
– Он самый, сэр!
– И хомут с эксцентриком… ну‑ка…
Карабин, который старина Мик прихватил с собой, легко зафиксировался цевьём в хомуте, и Галлахер некоторое время забавлялся новой игрушкой, смещая ствол по четырём направлениям и не забывая крутиться на тумбе вместе с поворотным кругом. Вердикт, естественно, последовал абсолютно ожидаемый:
– Пойдёт, сынок! Сюда бы ещё нормальный пулемет, а не эту хлопушку…
– Пока ничем не могу порадовать, сэр, – снова развёл я руками. – В процессе, так сказать.
– Ладно, это ничего, – отмахнулся Галлахер, – пулемёт я найду… когда, говоришь, ты на испытания собирался?
– Пока сам не знаю, сэр. Это зависит, – показал я взглядом на Игараси. – Работы последнее время довольно много.
– Работа не волк, в лес не убежит! И я знаю прекрасный день – сегодня!
– Эй, Мик‑сан, давай ты не будешь мне сотрудников портить?! – возмутился мой начальник. – И вообще, Генри‑кун, не кажется ли тебе немного неуважительным ублажать, по сути, постороннего человека, а непосредственного руководителя обделять вниманием?
– Не переживайте, сэр, для вас тоже кое‑что найдётся, – успокоил я босса. – Вон, рядышком стоит. Пусть мистер Галлахер забавляется, а мы второй образец посмотрим.
– Ну, показывай, – не стал спорить Игараси.
– Мне потребуется ваша помощь, сэр.
– Руководи, Генри‑кун.
На этот раз, с учётом полученного опыта, с тентом справились гораздо быстрее. Зато многозначительная пауза получилась куда длиннее: Игараси просто стоял в нескольких шагах от «тележки», сцепив за спиной руки, и задумчиво смотрел на плод моих трудов. Хотя, казалось бы, на что тут особо пялиться? Ходовая часть стандартная, на точно таких же твилах и торсионах, как и уже осмотренный трак. А вместо трёх отдельных модулей один сплошной. На несведущий взгляд – банальный «фургончик». То бишь почти такая же «будка», как и на кузове трака, только длинная. И цвет точно такой же, тёмно‑серый, как из одного краскопульта красили. Что, собственно, так и есть. Разве что краска тоже моей разработки. И даже скорее не краска, а защитное покрытие на основе пластиковых гранул, очень мелких и довольно эластичных, чтобы сглаживать ударную нагрузку за счёт упругой деформации.
– Тоже сзади открывается? – нарушил, наконец, молчание Игараси.
– Да, сэр. Ничего более практичного просто не успел реализовать, – повинился я. – Так‑то в задумке боковые двери, но с ними возни много. Рамы, крепёж, газовые упоры, фиксаторы…
– Понятно… а впереди это что такое?
– Автосцепка, сэр. Жёсткая.
– А штекеры зачем?
– Для подключения подруливающей передней оси к рулевому управлению тягача, сэр. Ну и ещё кое‑какие коммуникации… например, встроенная громкая связь.
– Хм… весьма предусмотрительно… продемонстрируешь?
– Боюсь, придётся потревожить мистера Галлахера…
– А ты не бойся, сынок, возьми и потревожь! – подал голос тот. – Может, ему тоже будет интересно?
– Я немного не то имел в виду, сэр! Видите ли, налицо мой очевидный просчёт… если я сейчас состыкую модули, то передвижная лаборатория – а это она, Игараси‑сама – заблокирует выход из пулемётного гнезда. Придётся выбираться через верхний лаз.
– Да без проблем, сынок! Демонстрируй!
– Как скажете, – пожал я плечами и направился к траку.
У которого, в первую очередь, поколдовал с дверями пулемётного модуля, и только после этого забрался на водительское место. Ну и с манёврами пришлось попотеть – тесно всё же. Хорошо, аккумуляторы заряжены, так что даже генератор запускать не стал, на одной электротяге управился.
И всё это время довольный, как чайник, Галлахер проторчал в пулемётном гнезде, умудрившись по ходу манёвров ещё и всласть покрутиться на тумбе. Даже на довольно чувствительный удар, сопровождавший сочленение автосцепки, он отреагировал довольной ухмылкой. И до того меня заинтриговал, что я не удержался от вопроса:
– Ну и как вам, сэр?
– Не поверишь, сынок, как в первый год службы вернулся! – довольно ощерился Галлахер. – Только тут удобней, чем в моём старом бэтээре, даром, что тот был на антиграве! Кочек, конечно, не хватает, а во всём остальном просто огонь! Вещь! – продемонстрировал в заключение большой палец главный «конвойщик».
– Всё ещё хотите испытать в боевых условиях, сэр?
– Ну, насчёт боевых приходится только мечтать… хотя бы в реальных дорожных, сынок! Ну так что скажешь насчёт сегодня после обеда?
– У меня на сегодняшний день были планы, сэр, но если вы настаиваете… могу их чуток подвинуть. Это непринципиально.
– Вот и славно! Кенсин‑сама, а ты чего щуришься?!
– Хватит расслаблять мне сотрудников, Мик‑сан! Генри‑кун обещал сегодня испытать передвижную лабораторию. По его словам, она полностью укомплектована и готова к использованию. А тебе лишь бы по буеракам поноситься да пострелять! Не важно, в кого!
– Э‑э‑э… – замялся я, потом всё же собрался с мыслями, и выпалил: – Господа, господа! Я тут наблюдаю некий конфликт интересов, не так ли?
– Именно так, сынок!
– Есть небольшое недопонимание, Генри‑кун.
– Ну так может вы как‑нибудь между собой договоритесь? А я приму любое ваше решение!
– Интересно, и как же мы должны договариваться, сынок? Без твоего‑то решающего голоса?
– Ну, уж постарайтесь!
– Он явно провоцирует нас на поединок, Мик‑сан.
– Поединок?! С тобой, Кенсин‑сама?! Да он издевается!
– И в мыслях не было, – начал было я, но меня прервала трель смарта в кармане.
Вернее, сразу трёх, причём гаджет Галлахера победил за явным преимуществом – в качестве рингтона старина Мик предпочитал какую‑то зверскую рок‑композицию. На втором месте оказался Игараси, смарт которого воспроизвёл что‑то традиционно японское. Ну а мой вообще пищал стандартным сигналом. Впрочем, это всё лирика, потому что лица у нас троих вытянулись совершенно одинаково, стоило только глянуть на экраны. Н‑да… давненько нас, то бишь персонал мастерской, на полевые выходы не тягали… и надо же, насколько вовремя!
– Сэр? – покосился я на Игараси.
– Предлагаешь прокатиться самим? – понял меня с первого взгляда тот.
– Эй, меня подождите! – влез Галлахер. – За пулемётом сгоняю, да остальной снарягой!