Концессия. Дилогия (СИ)
– А кто, думаешь, вас сдал? – выдал свою самую гнусную ухмылку «каратист». – На этих придурков, – короткое движение головой в сторону Луки, у которого, надо сказать, физиономия тоже вытянулась от удивления, – надежды никакой. Пришлось самому работать.
– Не ожидал от тебя такого, Рауль! – крикнул Вова, добавив в голос толику горечи и разочарования.
– Какого, с‑ка? – незамедлительно отозвался тот.
– Такого! Что окажешься ты, прямо скажем, сукою!
– Зато живой и при бабках, амиго!
– Не слушай придурков, – велел Зик. – И выгружай бочки!
– А вот с этим проблемка, с‑ка! Ма‑а‑а‑аленькая такая проблемка…
– Ну что ещё?! – страдальчески вздохнул «каратист».
– Я без понятия, в каких именно товар, – невозмутимо пояснил Рауль. – Генри не сказал.
– Ну тогда вытаскивай все!
– М‑минуточку! – решил я всё‑таки вмешаться. – Рауль, ты учти, что под бочками несколько кило взрывчатки! И взрыватель контактного действия! Чуть не ту тронул, и привет! Пишите письма мелким почерком!
– Свистит! – уверенно рыкнул Зик, не сводивший с меня внимательного взгляда.
– А ты проверь, – пожал я плечами.
– Да где бы ты, лишенец, бомбу взял?! – влез всё слышавший Лука. – Даже у нас в Порто‑Либеро хрен найдёшь, а у корпов с этим вообще голяк!
Тут он, конечно, прав. За оборотом взрывчатых веществ на «чёрном рынке» шеф Мюррей следит особенно тщательно. Вернее, за отсутствием такового. И все заинтересованные лица, что в самом Мэйнпорте, что в фавеле, прекрасно об этом знают. Шеф может «простить» многое, за исключением убийств, похищения людей и продажи взрывчатки. Вот в этих трёх случаях можно сразу вешаться, не дожидаясь визита суровых парней из СБ. Но в моей ситуации, как говорится, есть нюанс.
– Сам сделал, идиоты! – ухмыльнулся я. – У меня целая химическая лаборатория под рукой! Да я при желании ядерный заряд могу сварганить! «Грязный», естественно!
– А вот тут точно свистит, – уже менее уверенно заявил Зик. – Про ядерный заряд, я имею в виду…
– А обычный, значит, допускаешь? – ухватился Вова за его оговорку. – Поверь на слово, если Профессор захочет подгадить, он это обязательно сделает! Ну как, будете играть в «угадайку»? Шансы неплохие – один к трём, по сути.
– Темнят они, Зик! – снова не вовремя влез Лука. – Не слушай их!
– Зик, – окликнул главаря Гектор, торчавший у машины, – с этими типами лучше подстраховаться!
Хм… а прикольно получилось: ещё даже ничего не сделали, а вражеская партия уже практически расколота пополам. Осталось только умнику Гонсало высказаться… но тот почему‑то хранил молчание. Чем, кстати, лишний раз подтвердил, что из всех присутствующих он самый сообразительный. Или просто самый пофигист, который работает исключительно из‑под палки, под тотальным контролем. А то и вовсе саботажник.
– Так, ладно! – решительно рубанул рукой воздух Зик. – Вы, оба! Давайте‑ка сами бочки выгружайте! Лука, проконтролируй!
– Эй, а если там и правда рванёт?! – аж посерел лицом тот.
– Зассал, что ли?! – расхохотался ему в рожу Вова.
– Да пошёл ты!..
– Рауль, тогда ты с напарником! Давайте, обеспечивайте! – быстро «переобулся в воздухе» Зик. – Отрабатывайте кредит доверия!
– Ага, щаз, с‑ка! Мы на такое не подписывались!
Ой, умора! Значит, к бочкам лезть не хотят, но и от тачки, как от чумного барака, не ломанулись. Цирк с конями, а не свеженародившийся картель!..
– То есть ты отказываешься?! – даже и не удивился Зик.
– А ты заставь, с‑ка!
О‑фи‑геть! Даже меня на «ха‑ха» пробило, и это с учётом нервяка… или как раз из‑за него? Поди, знай… но больше всего напрягала сама сложившаяся ситуация – план такого точно не предусматривал… и что делать?
– Да хер ли с ними нянчиться?! – заорал вдруг Лука, и, шагнув к нам с Вовой, приставил ствол дробовика к моему колену… левому, если что. И велел моему напарнику: – Ну‑ка, пошёл! А то дружок твой без ноги останется! У меня картечь, оторвёт к хренам!
– Лука, ты дурак?! – опешил Вова. – Я про бомбу знаю столько же, сколько и ты! Рванёт, что делать будешь?!
Н‑да, приплыли… картина маслом: я в полном ах… – отставить! – глубоком шоке, прямо передо мной на расстоянии вытянутой руки и длины ствола доробовика, практически упёртого в моё колено – Лука, немного в стороне – не менее охреневший Вова, а чуть позади придурошного «торнадо» подозрительно задумчивый Зик. Кадр, достойный эпичного вестерна. Осталось только музыку, соответствующую случаю, врубить. И главное, совершенно непонятно, чем этот замут кончится. И кто послужит виновником торжества, так сказать…
– Ладно! – первым опомнился Лука. И вперил в меня полубезумный взгляд: – Тогда начнём с ходули твоего дружбана!
Ствол дробовика начал ме‑е‑едленно, как бы лениво – надо думать, из‑за очередного адреналинового выброса – перемещаться на новую линию прицеливания, и я столь же лениво подумал, что вот как раз сейчас бы и пора… тянуть‑то с планом дальше уже некуда. Отстреленная нога это крайне серьёзно, в условиях колонии Роксана полноценно регенерировать потерянную конечность очень затруднительно, если не сказать – невозможно… и чего ждут, спрашивается? Хоть сам вмешивайся, пусть и практически без надежды на успех…
И знаете что? Стоило только об этом подумать, как время резко ускорилось… ну, или вернулось к нормальному течению, это с какой стороны посмотреть. А ещё мозг ослабил контроль над телом, и в дело вступили рефлексы. Как результат Лука получил мощнейший «фронт‑кик» в грудь – такого, с вложением всей массы и рывком, я сам от себя не ожидал. Соответственно, с импульсом отдачи не совладал и сел на задницу, в то время как Лука отлетел, как кегля, прямо на Зика, завалив попутно и «каратиста». Но самое странное… и одновременно ужасное заключалось в том, что как раз в это мгновение локоть Луки взорвался кровавыми ошмётками. И дальше они уже летели отдельно – сам Лука и обрубок руки с дробовиком. Правда, ошмёток упал гораздо раньше, поскольку остальной тушке пришлось преодолевать сопротивление Зика.
На периферии зрения что‑то мелькнуло – как я потом сообразил, это Вова рухнул на землю и шустро откатился в сторону, чтобы сбить неведомому стрелку прицел – и по ушам запоздало ударила целая какофония: раскат выстрела, дикий вопль Луки, хруст песка под рухнувшими телами… и снова выстрел, сопровождённый горячим порывом ветра у меня над головой, после которого Лука мгновенно заткнулся. Такое ощущение, что проигрыватель вырубили, отключив от сети… а, ну да, так и есть – вторая пуля прилетела куда надо, то есть в лицо неудачливого «торнадо». Ох, лучше бы я на это не смотрел! А что с затылком – или с макушкой, не суть – и вовсе представить страшно… мозгами и кровищей плеснуло будь здоров.
– Хэнки, вали всех!!! – заорал из‑под бездыханного тела Луки Зик, напомнив‑таки присутствующим, что ещё ничего не закончилось, а, наоборот, только начинается.
– Как скажешь! – как сквозь вату донёсся до слуха голос Долговязого, и сразу после этого застучал пулемет.
… ну, как застучал? Я лично ожидал чего‑то более впечатляющего, басовитого, что ли. А тут какой‑то жалкий стрёкот… и свист… и страшные хлюпающие звуки с характерным хрустом… ну да, понятно – в мёртвого Луку целая очередь зашла…
Стоп! В Луку?! Но ведь Зик явно подразумевал нечто совершенно иное!.. А тут и машинам досталось, и фермерской хате, что оказалась аккурат за ними… и снова смачные удары пуль во что‑то живое… и хруст пластика… и опять… а потом тишина.
Ещё не веря своим ушам (и счастью тоже, да), я ощупал собственную голову, с силой провёл ладонями по лицу… и расхохотался. Громко, нервно и истерично. И всё так же сидя на заднице, да.
– Проф, ты чего?! – попытался достучаться до меня Вова, но я только отмахнулся, утерев слёзы:
– Вов, иди на хер! Я живой!!!
– Ну да, – пожал тот плечами. – А ты сомневался, что ли?!
– Да был момент, – успокоился, наконец, я. – Спасибо Раулю, блин! Могли бы и предупредить!