Все своими руками! Хозяйственные будни оруженосца (СИ)
— Так, задницу поднял и за лопату становись! Чтобы когда солнце будет на высоте ограды замка, я увидела ровный прямоугольник пять шагов в ширину, длина там уже есть, и хранилище! Кто не работает, тот не ест!
— Но если не есть, то и работать сил не будет, — ввернул Хьюберт что-то логичное, но мне сейчас ой как невыгодное. И сапогом здесь не пригрозишь, все же важно, чтобы он сам дошел, своим мозгом, что еда не может появляться ниоткуда. Что нельзя просто всегда переодеваться в монаха и есть на халяву. Лучше бы иметь твердую стену в виде натурального хозяйства, нормально отстроенного замка, отличных товарно-денежных отношений с селянами и так далее… А, и отсутствие преследования со стороны закона не помешало бы. Но это уже вопросы к закону и монаршим особам, а также к матримониальным планам самого Хьюберта.
— Головой-то думать начни, а? — устало проговорила я. — А если не можешь головой, то вон лопата — и вперед. А я за тебя в это время думать буду, договорились?
— Ты все еще мой оруженосец!..
— А ты типа, конечно, рыцарь. Но, раз, за твою голову награда мизерная назначена. Два, непонятно за какие подвиги ты в рыцарстве, может, за кудри и красивые слова, нет? Три…
— Как не рыцарь?! Да ты знаешь, как мой род охранял границы королевства? Знаешь, как я стоял плечом к плечу с королем? Как мы вместе выпили не одну чашу вина?.. — надулся Хьюберт.
— Вот насчет вина я верю. Пил и болтал — это про тебя, — я рассмеялась. Ну право, признал бы уже, что рыцарь из него так себе. Но нет же, о какой-то чести и совести рассказывал, когда в телеге у нас чье-то добро — ложки, сковородки, ковры, а сам замок, который некрос охраняет, настолько шикарен, что еще немного — и одни камни останутся. И земли пока никто не растягал только оттого, что вокруг дракон летает. А не летал бы, то все соседи бы уже заняли. Еще бы, плодородная земля пропадает. Вот она — рыцарская слава, вот она — гордость и всякие другие мифические штучки…
В общем, высказала я все. Не удержалась. Посмеялась, так сказать, над самым дорогим. Но пора, однако, розовые очки снимать, первые тридцать лет детства поди закончились, а сорокового года я ждать не буду! Рыцарством он мне тыкал!
— Ты такой рыцарь, который от дракона бегает и эти же драконом свои проблемы решает!
— Ты еще посмотришь!.. — сказал мне Хьюберт и выбежал наружу.
А что смотреть? Что я не видела?
— На вскопанный огород посмотрю! — заорала я ему вслед и уже сама уселась на бортик бассейна. Ну а что? Мне бы тоже руки помыть, себя в порядок привести. Но и думалось здесь хорошо.
Помещение, естественно, нуждалось в ремонте, как и все здесь. Но печь — это уже супер. Это и вода горячая, и еда, приготовленная не на костре. Конечно, запах дымка придавал особенный привкус, но поигрались и хватит. Устроить пристойную кухню. Склад запасов. Жилые комнаты. Рабочие комнаты. Опять же: здесь и с деревом нужны работники, и с камнем. На то, чтобы в порядок привести хотя бы часть этого каменного сарая, нужна не одна телега с добром. Хотя…
Если бы предложить что-то тем же селянам такое, чего они не найдут нигде.
Защиту от дракона? Так они вроде бы уже и систему выработали.
Зелья некроса? Так у них стоимость небось не копеечная, а употребление многих, наоборот, может создать опасность. Например, захотят сельские девчонки себе рыцаря в мужья. И что мне потом, караулить Хьюберта, чтобы ничего подозрительного в рот не тянул, чтобы его приворотным не опоили? Вот все же лучше бы здесь не было магии даже в таком варианте. А то от нее одни проблемы!
Вон тот же Ахринель…
Не желая вспоминать явление этого «не пойми чего», я быстро ополоснула посуду, а Хьюберт ее все же вымыл, хотя и не так чтобы качественно, и пошла осматривать еще это крыло замка. Оказалось, что все гораздо проще, чем я себе надумала. Дверь в этот отвороток просто прикрыта драным старым гобеленом. Вот я ее и не заметила. Из самой кухни был еще один выход в небольшой сад позади замка. Почему сад, да просто здесь все дикими фруктовыми деревьями поросло. Я распознала что-то на манер яблони, плоды были сморщенными, едва ли с женский кулак. Но увы, такая судьба всего, за чем не присматривает человек — вырождение и одичание.
— Ничего, и здесь в порядок все приведется, — я потерла руки, присматриваясь, какие деревья можно сразу пилить на дровишки и другие нужды, а для каких еще не все потеряно. Часть стволов была подточена зверями и подпорчена насекомыми, кое-где — основательный рассадник гусениц и тли, еще и бесконтрольные мелкие поросли местного вишняка… Но сад — это замечательно, это варенье и сухофрукты, компоты на зиму, вино и наливки, да и просто здоровый и полезный продукт.
Дальше в глубь сада я решила не идти, потому что там деревья и вовсе превращались во что-то непроходимое. А я и так ударилась лбом об узловатую ветку и почти навернулась о корень.
— Да чтоб тебе цвести и пахнуть! Чтоб тебя благословило… — вырвалось у меня заковыристое. А дальше я чуть и вовсе на зад не упала, потому что…
— Благословить — это ко мне, это я легко, — хохотнул уже знакомый голос за спиной.
Я мигом обернулась. И точно, Ахринель. Все такой же сверкающе-ядовитый.
— Когда местные боги своим приспешникам таланты раздавали, тебе, верно, досталась способность доводить до инфаркта одним появлением, — ляпнула я, и правда придерживаясь за грудь. Нет, у Ликс с сердцем все было в порядке, но от испуга уйти не удалось. В груди заколотилось. Мало ли, кто может подкрасться из-за спины, места тут нехоженые, а получить мечом под ребра ой как не хотелось бы.
— Что-то подобное, что-то подобное, — оскалился пресветлый дух или кто он там. Очень уж на неприятные ассоциации наводили меня его рога. — Решил вот зайти, проверить, как оно…
— Делать нечего? — скривилась я. На что Ахринель заржал лошадью:
— Отчего же нечего. Вы, люди, постоянно чего-то просите, а кое-кто даже требует. Вынь да положь. Особенно те, кто золота просит и драгоценностей. С ними-то как раз веселее всего играть… Дурни получают свои безделушки, а то, что потом многих казнят за кражу, так это их проблемы. Богатыми успели побыть, значит, засчитано. Желание сбылось.
— Сбылось?! — Как-то у меня все сразу встало на свои места. И как я раньше не добралась до этой мысли? Он же и с предыдущей Ликс тоже сыграл: не нарушил ее желания и себе выгоду нашел. И со мной… — А у меня в чем проблема? Что с моим желанием?! Я его отменяю!
Я бросилась к Ахринелю, но тот просто перенесся мне за спину в сиянии.
— Ну что ты так дергаешься, авось даже выживешь. Мне же нужно, чтобы ты выжила, да? — он как будто задумался. — Ну, по крайней мере, до того момента, как твое желание сбудется, да.
— Я ничего не хочу! Вот резко совсем ничего! — я предельно четко ощутила, что никакое вмешательство паранормальщины мне не нужно. Хватило еще некроса с его приворотными зельями. Я тут все своими руками отстрою, оруженосцем и так быть хорошо.
— Так поздно же, — усмехнулся Ахринель. — Твое слово я услышал и судьба пришла в движенье. Хотя… если ты очень-очень быстро побежишь или даже возьмешь осла, то успеешь посмотреть на плоды своих же слов.
Я не стала подвергать сомнению его слова, просто взяла низкий старт, не спрашивая, кто и кого, только вперед. Заскочить внутрь кухни, вывалиться через другую дверь в основной зал замка, выскочить на улицу… Даже спрашивать у Ахринеля не нужно было направление. Конюшня нараспашку, Принца нет, створка ворот также отодвинута.
— Хьюберт, скотина! — заорала я, естественно, никакого рыцаря возле лопаты не было, а коня вовсе не увели. На коне уехали. А мне? А мне же даже на осла не вскочить! Он же не поедет вот так! Но ничего… ноги крепкие, побежали.
Глупость, конечно, но выбора я не видела, к тому же организм Ликс и правда отлично относился к такого рода нагрузке — бежишь и ни о чем не думаешь. Все потом. Но ощущение того, что утекает время, все же оставалось. Бежала я к селению, а куда еще мог податься Хьюберт. Ну не к дракону же!