Безжалостный король фейри

– Добро пожаловать в Весенний двор, ваше величество. – Голос Ширы был резким, а взгляд сквозил неприязнью. Он ей явно не нравился.
– Благодарю. – Голос Люсьена был так же резок.
Люсьен завел разговор с герцогом и герцогиней, а Шира потащила меня во дворец. Пока мы шли, я вдыхала теплый вечерний воздух. Я любила весну – конечно, не так сильно, как осень, но ведь невозможно отрицать прелесть пурпурных цветов, растущих вдоль дорожки? Благоухающего ветерка, витающего в воздухе, и запаха приближающегося дождя.
Я рассматривала медово-каштановые волосы Ширы и темно-коричневую кожу, которые резко контрастировали с ее ледяными голубыми глазами. Кончики ее заостренных ушей были припудрены блестящей пыльцой, и я улыбнулась, восхитившись последним писком моды. Шира всегда знала наперед, что станет стильным новшеством.
Я дважды в год приезжала навестить ее – в день весеннего равноденствия и на собрании лидеров, которое посещали мои родители, и она поступала точно так же. Четыре раза в год мы не спали всю ночь, разговаривая о парнях, магии, о тех, за кого мы однажды выйдем замуж. Никогда, даже в самых смелых мечтах, я не думала, что Люсьен Торн станет моим женихом.
Как только мы оказались в ее комнате за закрытой дверью, она молниеносно развернулась.
– Расскажи мне все. Он ужасен? Он обидел тебя? – поспешно спросила она. – Мы можем сбежать вместе, укрыться на Пепельной горе, если понадобится.
Я быстро обдумала ее вопросы, не виня ее за то, что она считает Люсьена монстром, еще вчера я считала так же. И, возможно, так оно и есть, но не со мной. Не то, что я видела.
– Он… вроде как… милый?
Я не была уверена, верна ли моя оценка. Я едва знала этого человека, но он позволил мне самой договориться о моем выкупе и заплатил за меня столько, сколько я попросила. Он делал мне комплименты на каждом шагу и создавал впечатление, что на самом деле хочет жениться на мне не только из-за политики.
Темно-каштановые брови Ширы сошлись в центре лба. Протянув руку, она коснулась моей щеки.
– Ты больна? Ты только что назвала Люсьена Торна милым.
У меня вырвался нервный смешок, и я начала расхаживать по комнате.
– Мэделин, он заморозил все королевство, убив при этом десятки людей. И с тех пор появляется бесчисленное количество историй, обличающих его грозное правление. Милый – совсем не то слово, каким бы я его описала. – Ее голос был резким и язвительным. Я никогда не слышала, чтобы она так говорила.
– Ну, он был… любезен, – исправилась я. – Мои слуги сказали, что он был добр с ними.
Она наблюдала за тем, как я расхаживаю по ее комнате.
– Потому что ему нужны твои способности. – Она встала передо мной, и я остановилась, чтобы повернутся к ней лицом. – Мэдди, всем известно, что ты вторая по силе фейри после него. Он наговорит тебе все что угодно, лишь бы ты вышла за него замуж и нарожала ему наследников.
Я нахмурилась. Неужели он добивался именно этого? Притворялся милым со мной, чтобы я не стала сопротивляться?
– Я ему сообщила, что не хочу детей так сразу. Он сказал, что все в порядке.
Шира рассмеялась:
– Не будь такой наивной. В ту же секунду, как ты выйдешь за него замуж, маска спадет и проявится его истинная натура. Ты забеременеешь в течение первого месяца, и он заставит тебя сражаться на его стороне.
Я снова нахмурилась.
– Сражаться? С кем?
Казалось, она испугалась, что сболтнула лишнего, и бросила взгляд на дверь.
Я положила руку на плечо своей самой дорогой подруги и заставила ее посмотреть на меня.
– Шира, сражаться с кем?
Она нервно сглотнула.
– Я подслушала, как мои родители обсуждали, что король Зимы собирает свою армию, чтобы объединиться с эльфами и драконьим народом в предстоящей битве.
Мои глаза расширились.
– Совместная битва с Аркмиром и Амбергейтом? Против кого?.. – Но как только я задала вопрос, я все поняла. – Королевы Найтфолла.
Она превратила жизнь других королевств в ад, но оставила нас в относительном покое благодаря Люсьену. Я слышала, что Люсьен время от времени позволял морозу и снегу со своей границы проникать на ее землю, чтобы напомнить ей, на что он способен. Должно быть, это сработало, потому что она не часто беспокоила нас.
  
Шира наклонилась ко мне:
– Весна и Лето не хотят войны. Мы не будем посылать солдат умирать за короля Зимы, чтобы он мог помочь своим приятелям.
Я облизнула губы.
– Ну, если он этого потребует, тогда у вас не будет выбора.
Она пожала плечами.
– Если он больше не будет нашим королем, то не сможет требовать этого.
Я была в замешательстве. О чем это она? Как Люсьен мог перестать быть королем? Если только…
– Шира, твой отец собирается попытаться свергнуть короля Торна?
Выражение ее лица по-прежнему оставалось непроницаемым, как будто она оценивала меня, больше не видя во мне дорогую подругу, а только недавно обрученную королеву, которая, как я теперь понимала, стала врагом ее семьи.
– Нам нужно пойти поужинать. Я не хочу заставлять своего отца ждать, – сказала она, а затем потащила меня из комнаты.
Мое сердце ушло в пятки, когда она проигнорировала мой вопрос. Я знала, что из-за нашей близости к границам Зимы мой отец, естественно, поддерживал короля Торна в большинстве вопросов, но означало ли это, что Весна и Лето собирались устроить переворот? Моя голова шла кругом от этой информации, пока мы брели по коридорам Весеннего двора к большой столовой. Несколько дней назад я была бы не прочь узнать эту новую информацию, но сегодня… Я разрывалась.
Когда мы вошли в обеденный зал, герцог и герцогиня Весны повернулись, чтобы поприветствовать нас. Люсьен сидел во главе стола, на почетном месте, и я заметила, что место рядом с ним пустовало в ожидании меня.
Пайпер исчезла, что означало, что ее либо попросили уйти, либо она сама решила это сделать. Я не виню ее. Они с Широй никогда не ладили.
Мать Ширы, Петра, встала, чтобы поцеловать меня в щеку.
– Мэделин, прошло слишком много времени с тех пор, как мы принимали тебя у себя. Какой сюрприз – узнать о предстоящей свадьбе.
Ее осторожная формулировка заинтересовала меня. Она назвала это сюрпризом, но не радостью. Могу ли я винить ее? Наши семьи были близки, а Люсьена ненавидели во всем королевстве фейри. Вероятно, она ужасно беспокоилась обо мне.
– Спасибо, Петра.
В ответ я поцеловала ее в щеку. Мы давно опустили формальности, вроде «сэр и леди» или «принцесса такая-то». Мы обращались друг к другу по имени с тех пор, как мне исполнилось десять.
– Что ж, если король Торн чего-то захочет, король Торн это получает, – произнес отец Ширы, Барретт.
Еще одно язвительное замечание.
– Да, и не забывай об этом. – Люсьен поднял свой стакан с водой и послал герцогу леденящий душу взгляд.
Все складывается не лучшим образом.
– Я думаю, мы составим хорошую пару, и королевство выиграет от нашего союза, – сказала я как можно более дипломатичным тоном.
Я едва знала этого парня, – я не могла сказать, что любила его или была рада выйти за него замуж. Это было бы неправдой, и очевидно, что я пыталась подавить растущее в комнате напряжение. Люсьен встретился со мной взглядом и кивнул.
– Согласен. Два самых могущественных фейри, правящих королевством. Чего еще может желать народ?
Я знала, что отчасти он женился на мне из-за моей силы, но, услышав, как он сказал это подобным образом, я вспомнила о том, что только что сказала Шира в своей комнате. Она посмотрела на меня, как бы подчеркивая свою точку зрения. Я проглотила комок в горле и заняла место рядом с королем.
– Люди хотят продолжения мира, ваше величество, – сказал герцог Барретт. – До нас дошли слухи о войне с королевой Найтфолла, и я должен взять на себя смелость сообщить, что народы Весны и Лета не хотят иметь с этим ничего общего.
Все мое тело напряглось от его отваги. Я посмотрела на Люсьена, который поставил свой бокал и уставился на Барретта.