Частный детектив. Выпуск 7
- Билли, ты можешь что-нибудь утверждать, глядя на фотографию для паспорта?
- Ничего, - Крейн забросил ноги на валик дивана. - Вообще, после смерти лица страшно меняются, - он отпил из бокала.
У двери стояло трое - мрачные, угрюмые типы. Один из них - все тот же итальянец. Второй - невысокий, толстый, с грудью, похожей на бочку. Он спросил итальянца:
- Который из них? - у него были густые брови, жесткие черные волосы, которые начинали расти на дюйм выше бровей.
Указывая толстым пальцем на Крейна, тот ответил:
- Вот этот, шеф.
Толстяк приблизился к дивану и посмотрел на Крейна сверху вниз:
- Разве Пит не говорил тебе, что я хочу тебя видеть? - спросил он.
- Ну как же, сказал.
Крейн устроился поудобнее. Голос толстяка звучал угрожающе:
- Когда я хочу с кем-нибудь поговорить, я с ним говорю, - от навис над Крейном. - Вставай! Пойдем побеседуем.
- По-моему, и здесь отличное место для беседы, - ответил Крейн.
- А я думаю, что тебе лучше пойти со мной.
Крейн отрицательно покачал головой.
В руках у мальчишки со смуглым лицом появился автоматический пистолет.
- Встать, или я угощу тебя вот этим.
Он произнес это бесстрастным металлическим голосом.
Крейн сел. Но О'Малли был уже на ногах.
- Нет-нет, Билли, не беспокойся. - Он шагнул к Крейну, словно собираясь сказать ему что-то, но когда поравнялся со смуглолицым, молниеносно перехватил руку с пистолетом. В следующее мгновение резкий удар отбросил мальчишку в угол.
О'Малли резко повернулся и очутился лицом к лицу с толстяком.
- На, - сказал он, бросая пистолет ему под ноги, - убери подальше от ребенка.
Мальчишка поднялся, из разбитой губы по подбородку бежала струйка крови.
- Я все равно убью тебя, - сказал он.
Крейн подивился тому, что третий даго не принимает участия в происходящем, но тут же понял причину: Док Уильямс держал на коленях кольт 45-го калибра, и его ствол смотрел прямо в живот итальянцу.
О'Малли не обратил внимания на слова мальчишки.
- Если у тебя есть дело к мистеру Крейну, - сказал он толстяку, - выкладывай. Неужели не ясно, что размахивать этой штукой опасно? Растолкуй это своему сосунку. Это ведь не игрушки… Чего доброго, ты и спичками разрешаешь ему играть.
Мальчишка простонал:
- Ты, сукин сын…
- Ну-ну, - во рту толстяка сверкнули золотые коронки, - ты что-то слишком быстро выходишь из себя, - он хотел вернуть ему пистолет, но раздумал.
- Тони, выйди с Питом в коридор. Я сейчас приду, - и положил пистолет в карман. - А если меня не будет через десять минут, звоните копам, - итальянец улыбнулся.
Уильямс убрал свой кольт только после того, как те вышли в коридор, потом отхлебнул виски и сказал:
- Вы чуть не потеряли пару своих ребят, мистер Палетта. Впредь будьте осторожны.
Толстяк был явно удивлен:
- Ага, так вы меня знаете?
О'Малли проговорил:
- Вот я, например, тебя не знаю. И знать не хочу. Ты мне ужасно не нравишься. - Его голубые глаза потемнели. - Если хочешь что-то сказать, говори. А если тебе сказать нечего, убирайся.
Глаза Палетты налились кровью, но вдруг он рассмеялся и обернулся к Крейну:
- Черт побери, парень с характером.
Крейн и Уильямс словно оглохли, а О'Малли сказал:
- Дверь у тебя за спиной.
Палетта продолжал обращаться к Крейну:
- Я прошу извинить меня за все случившееся. Мальчишку еще учить и учить. Сожалею. Я, Майк Палетта, никогда никого не обижаю, если меня к этому не вынуждают. Понимаете?
- Чего вы хотите? - довольно недружелюбно осведомился Крейн.
- Речь идет о той даме в морге, - толстяк помолчал. - Я хочу ее найти.
- Вы думаете, я могу вам помочь в этом? - Прищурив глаза, Палетта почесал ухо.
- Слушайте, верните мне ее и назначьте свою цену. Мне безразлично, сколько. Деньги у меня есть. Что вы скажите о десяти грандах?
Некоторое время Крейн молчал, а затем спросил:
- А зачем вам труп девушки?
- Я хочу похоронить ее на Калвари около Эванстона.
- Похоронить ее?! Вы хотите заплатить десять тысяч за труп только для того, чтобы закопать его? - Крейн был чрезвычайно озадачен. - Почему?
- Это моя жена, - печально произнес Палетта. Крейн хотел подхватить выпавший из рук стакан, но не успел: коньяк ушел в ковер.
Крейн поднял стакан и протянул его Уильямсу:
- Налей, Док, пока я не упал в обморок.
Толстяк рассказал свою историю.
До замужества Верона Винсенте пела в Колисомо. Пять лет назад она вышла за него замуж. В то время ей было девятнадцать. Они жили очень счастливо, пока год назад она не встретилась с этим сукиным сыном - Френки Френчем. С удовольствием убил бы его, но не мог огорчать Верону. Месяцев пять назад он узнал, что она ушла от Френки и уехала в Нью-Йорк. Он нашел ее и уговорил вернуться.
- И что же, по-вашему, сделала эта сумасшедшая бабенка? - спросил он у Крейна.
Тот пожал плечами.
- Френки распустил слух, что убьет ее. Разумеется, убивать он не собирался, хотел немного припугнуть и добился своего. Она как сквозь землю провалилась. До него дошли слухи, что она живет в дешевых отелях и очень боится, так как Палетта и Френки ее ищут.
- А зачем она Френки Френчу? - спросил Крейн.
- Точно не знаю, но после того, как они расстались, полиция наехала на два самых фешенебельных игорных дома Френки, и тот решил, что это Верона заложила его. Во всяком случае, полиция располагала весьма точными сведениями.
- А почему вы решили, что эта женщина - ваша жена? Вы ведь не видели ее труп.
Палетта почесал ухо:
- Конечно, я не уверен. Но вы должны согласиться, что все говорит в пользу этого предположения. И потом в газетах сообщалось, что та дамочка - роскошная блондинка, а Верона - самый классический тип красавицы - блондинки. А кроме того, зачем красть ее труп, если это не она?
- Кому нужен труп вашей жены?
- Это все Френки, сукин сын…
Крейн не дал ему договорить:
- Мне отлично известно, что он не брал тело.
- Слушайте. Я старший агент союза водителей грузовых машин. Должность эта выборная. Как вы думаете, будет у меня шанс победить на выборах, если узнают, что их босс не способен даже похоронить собственную жену? Именно этим и воспользуется Монаган, чтобы протащить свою кандидатуру.
- А что, работа старшего агента вам так дорога?
- Она действительно стоит дорого и приносит в год не меньше пятнадцати тысяч.
Док Уильямс присвистнул. Крейн сказал:
- Я действительно не знаю, где труп. Но не исключена возможность, что я найду его. Если эта женщина была вашей женой, мы с вами договоримся. Если нет, сделка не состоится.
Слова, произносимые Палеттой, падали, как камни:
- Слушай, приятель, труп у тебя, и не пудри мне мозги. Так вот, или…
В дверь постучали.
- Что за черт! - воскликнул Уильямс.
В комнату вкатился помощник государственного прокурора Самюэль Берман в сопровождении полицейского. Заметив Палетту, Берман замер:
- Хелло, Майк, - сказал он, - что ты здесь делаешь?
- Хелло, мистер Берман, - лицо Палетты озарила улыбка, - так, зашел поболтать с мистером Крейном. Ну, я пошел, зайду завтра. До свидания, мистер Берман.
Когда дверь за ним закрылась, Берман спросил:
- Что здесь делал Палетта?
Крейн подошел к столику, налил полный бокал и с наслаждением выпил:
- Мы с Майклом собирались поставить один водевильчик, только нам не хватает Пиноккио, - произнес он медленно. - Что вы скажите, если мы предложим эту роль вам?
- Слушайте, Крейн, мне надоели ваши шуточки. Если вы будете продолжать в том же духе, я упрячу вас в тюрьму так быстро, что у вас голова закружится.
Полицейский сделал шаг вперед:
- Послушай, умник, если ты еще раз раскроешь рот…
Но Уильямс прервал его:
- На твоем месте, лягаш вонючий, я бы не вмешивался в разговор.
- А-а, пара столичных головорезов, - полицейский пренебрежительно усмехнулся.