Заклинатель Душ 2 (СИ)

— Ты подчиняешься нам, — невозмутимо заявил я, обращаясь к банши. — И я приказываю тебе пропустить нас втроем! Всю ответственность я беру на себя!
* Ах-р-шш…*
Проводник Междумирья сверкнула своими мрачными глазами и спустя мгновение со скрипом склонила передо мной голову.
  
Глава 3
 
Глава 3
Банши извлекла из-под своих многослойных лохмотьев серый жезл, и когда она бросила его вверх, он раскрылся, превратившись в посох. На верхушке посоха появился синий мерцающий глаз. Затем она ловко поймала его и уверенно воткнула в снег.
Земля под ногами затряслась, и от неё начал подниматься тёмный туман. Из груди Проводника Междумирья вырвалась стая воронов, и те, издавая громкие крики, взмыли над головой банши и начали летать по кругу, словно создавали своими телами живую воздушную корону.
Далее банши протянула к нам свою руку, и на одном из её перстней камень сдвинулся в сторону, обнажив сверкающую иглу. Мы с Вовай знали, что делать, и подойдя по очереди к ней, укололи палец. Капли нашей крови тут же впитались через кольцо под кожу Проводника, а затем молниеносно проползли до её левого глаза, из-за чего он стал красным.
На древнем языке некромантов банши произнесла фразу, которая служила своеобразным кодом для открытия прохода. Невидимая прежде стена, разделявшая параллельные миры, озарилась зелёным светом.
Проводник Междумирья, обернувшись к ней лицом, раскинула руки в стороны и, даже не прикасаясь к стене, заставила её расступиться.
Когда врата раскрылись, банши, опершись на посох, замерла, словно превратившись в статую. Мы вскочили на лошадей, и я повëз Настю туда, откуда дул холодный ветер с могильным холодом, в свой дом.
Наш мир походил на мир людей тем, что у нас тоже были города и посёлки. Однако вместо обычных князей губерниями управляли некроманты, в жилах которых текла древняя благородная кровь. Среди же людей аристократия определялась различными титулами, зависящими от земель, которыми владели их роды.
В нашем мире одним из ключевых элементов аристократического статуса считалась чистота крови, которая отличалась от человеческих представлений о ней. Была высшая и низшая кровь, и только после этого учитывались владения, принадлежащие той или иной линии. Некроманты низшей крови никогда не входили в правящую элиту и были обязаны безоговорочно подчиняться представителям древней крови.
В орден заклинателей принимали, разумеется, только тех, чьи семьи принадлежали к правящему слою. Для низших же сословий существовали обычные учебные заведения, где их готовили стать воинами, подчинёнными будущим архинекромантам.
Но зато таким как я, приходилось проходить испытания для посвящения в орден, на которых, кстати, многие погибали. Когда это случалось, на семью умершего ложился позор. Однако от подобного позора можно было избавиться одним способом: нужно было родить ещё детей, чтобы те, подросши, вступили в орден вместо неудачливых старших братьев или сестёр.
Я до сих пор помню свои испытания, через которые мне пришлось пройти в юности, так много лет назад. Мне приходилось бороться с тридцатью оборотнями на арене, которых отпустили с цепей, а мне в руки дали всего лишь один проклятый металлический посох. Но это было ничто по сравнению с другими заданиями, ведь я был хорошо обучен ближнему бою против множества противников. Поэтому я покинул арену без единой царапины.
Затем мне завязали глаза и сбросили в подземелье к Ансаймам — к безглазым свирепым существам с превосходным слухом и обостренными чувствами. Они умудрились нанести мне несколько царапин своими длинными крепкими, как сталь, когтями. Однако отец с детства готовил меня к таким условиям боя. Так что неудивительно, что когда я вступил в орден, я стал одним из его лучших учеников.
Ансаймов я всё же победил при помощи тёмного дара и благодаря своей сосредоточенности и интуиции. Хотя здесь слово «интуиция» не совсем подходит; вернее будет назвать это чутьём одарённого воина. Для кого-то это может быть одно и то же, но для меня эти понятия различны: чутье позволяет предугадать удар даже тогда, когда видеть противника не получается.
 
Затем мне предоставили небольшой перерыв на полдня, во время которого обычно молодые некроманты не могут уснуть, так как слишком возбуждены, в то время как другие, напротив, не расслабляются и используют это время для дальнейшего совершенствования своих навыков. Тренировки, безусловно, полезны, но изводить себя до изнеможения — это весьма неразумно. Поэтому я проспал весь перерыв и не беспокоился о предстоящих испытаниях, ведь тот, кто умеет своевременно отдыхать, тот более сосредоточен во время действий.
Я всегда умел отключать свой разум, когда он мешал, а не помогал расслабиться и восстановить силы. Ведь настоящий воин подобен механизму, который должен функционировать исправно и без сбоев. И за любым механизмом необходим правильный уход, чтобы избежать поломок. Так же и с людьми! Если забить на здоровье, то впоследствии придется расплачиваться за последствия этого пренебрежения.
После перерыва меня ожидало одно из самых неприятных испытаний тех лет. Меня перенесли в пустыню запечатанного измерения. И когда ты оказываешься там, вокруг начинают проявляться в физической форме все страхи людей. Однако был один забавный момент, связанный с тем, что кто-то из людей боялся коров. Поэтому я просто несколько минут наблюдал за тем, как безобидная корова жевала травку.
Но затем начались более интересные и серьезные события. Весь следующий день я боролся с разнообразными монстрами, каких только может породить воспаленное человеческое воображение. Кстати, через пару часов даже сломался мой меч, который, к слову, был создан из неуничтожимого материала и одним из самых профессиональных кузнецов-артефакторов. Я оказался по колено в слизи, крови и грязи, проламывал кулаками черепа чудовищ и голыми руками вытаскивал их внутренности. А также фигачил по ним Костяным штормом — мощным заклинанием, благодаря которому мог атаковать оружием из костей врагом на расстоянии.
Когда на меня выпустили целую толпу уродливых и сильных тварей, я прибег к призыву зловещих духов. И пока они мочили противников, я кастовал, черпая силы из мёртвого мира. Фух! «кастонул» — как же эти человеческие выражения порой кажутся странными! В общем, применял магию.
По окончанию испытания должен был начаться пир, но когда я вышел из запечатанного измерения страхов, я прошёл мимо аплодирующих некромантов с безразличным видом. И от меня при этом исходил тошнотворный запах некротики.
Так вот, я безразлично махнул рукой в ответ на их восторг и отправился принимать ванну. Когда ко мне подошёл отец, чтобы поздравить с успешным прохождением испытаний, я буркнул ему, что собираюсь хорошенько выспаться после целого дня непрерывных сражений. В моей юности мышцы действительно сильно болели после таких длительных баталий.
Вован подъехал к нам с Настей и вывел меня из воспоминаний, слегка толкнув меня локтем в бок. Друг кивнул в сторону, и я заметил, как некрорианцы, живущие за стенами Мортиса, с изумлением смотрели на нашу небольшую группу. Я не обращал на это никакого внимания.
Настя была уже слишком слаба, но всё же с любопытством и с мерцанием в глазах осматривала окружение. Я понимал её: наш мир был для неё необычным, и здесь царила атмосфера, непривычная для человека.
Здесь повсюду ощущался влажный холод зловещей тишины, который проникал до самых костей. Тусклые фонари светили даже днём, поскольку здесь чаще всего царили сумерки, подобные полярной ночи. Подвижные летающие фонарики мелькали в темноте, словно зловредные искры.
Здания, подобные заточенным клыкам, возвышались перед нами, и их безжалостный вид создавал ощущение погружения в мир ужаса и отчаяния.
Мертвый ветер, пронизывающий мрачные аллеи, нес с собой печальные шепоты, наполненные пророчествами и запахом тления. Одежда некрорианцев напоминала балахоны, и у всех были мантии, возможно даже новые, но некоторые выглядели так, словно их потрепало время. Хотя у нас было принято носить мантии после тех, кто был старшим в роду. Это даже считалось знаком некоего статуса и придавало некромантам чести.