Миллениум (СИ)

— Я сделаю всё, что в моих силах, господин Аколипт, — после некоторой паузы проговорила Акация, при этом продолжая обдумывать слова демона. Всего несколько предложений последнего дали ей огромную пищу для размышления. Демон собирался уйти — но куда? И что за другие сущности проснулись помимо него? Всё это время Акация собирала всевозможные легенды из разных миров. Она знала про Великого Белого Духа, в которого верили эльфы, и, хотя сперва воспринимала последнего как простую легенду, события во время потопа и краткий разговор с Белой императрицей заставили её в этом усомниться.
Знала она и про Цикл бытия, и прочие удивительные создания. Возможно именно про них говорил Аколипт. А что насчёт Дремлющего Бога, телом которого завладел спящий по имени Хамон? Он тоже спал. Может быть и он был ещё одной такой сущностью? Если так, что конкретно Аколипт думал о том, что некто завладел телом его «сверстника»?
Акация не стала этого спрашивать.
Она озвучила единственный вопрос:
— Можете сказать, как долго вас не будет?
— Недолго. Примерно тысячу лет.
Акация поправила очки.
— За это время не должно случиться ничего слишком примечательного; я оставляю своё поместье на твоё попечительство. Можешь делать всё что угодно. Разве что не заходи в эту комнату. Если у тебя появятся вопросы, можешь спросить мою горничную, Валерию. Она — остаётся.
С этими словами Аколипт показал на девушку с серебристыми волосами, которая стояла в другом конце комнаты. Последняя механически, точно кукла, кивнула.
Если бы её глаза были настоящими, а не просто стеклянными шариками, в этот момент в них, возможно, загорелся перламутровый блеск…
Собственно, оставлять мир совсем без присмотра было опасно. Именно поэтому обязанность приглядывать за последним и выполнять его волю Александр поручил Маргулам. Те могли действовать самостоятельно и были более чем пригодны для этой роли. Они представляли собой коллективный разум, каждая особь которого, однако, была самостоятельной.
Некоторые из них заняли важные государственные должности; другие — божественные роли. Одного Маргула Александр оставил исполнять роль Высшего Демона Предательства, Иура. Последняя была достаточно простой. Ему просто нужно было время от времени отправлять вампирам страшные и направляющие сны. Сперва он собирался оставить медузу внутри Волчонка, играть Вельзевула… Но затем передумал. Это было проблематично — последнюю слишком просто было обнаружить, и к тому же данную роль он хотел отыгрывать самостоятельно.
Поэтому Александр просто заявился к Чёрному императору и оставил туманное предупреждение, что в ближайшее время ему снова нужно немного — на тысячу лет — вздремнуть, и чтобы Волк не смел умирать, а не то он ему все кишки вырвет. Последний благоразумно согласился, после чего продолжил задумчиво разглядывать копию Маргариты, которую ему передал Хамон.
Та в этот момент спорила сама с собой.
Вернее, черноволосая Маргарита спорила с прежней Маргаритой Демоницей — которая была довольно ехидной, и обе они называли Волка безумным извращенцем.
Последний растерянно кивал.
И наблюдал.
Всё это было предельно странно…
Наконец Александр вернулся в чёрное пространство и размялся. До начала великой промотки оставались почти сутки, однако все приготовления он уже выполнил. Александр уже было раздумывал, что ему делать дальше… и чем вообще заниматься, пока будет мотаться время, когда к нему обратился механический голос:
— Создатель.
Александр повернулся и посмотрел на девушку-Маргула… Вернее, на пару девушек, который стояли друг подле друга:
— Мы.
— закончили.
Закончили?
— Мы. закончили. процесс творения. мы можем показать вам нашу работу, наш мир. Если вы хотите…
  
Глава 3
 
Первый взгляд
 
Александр встрепенулся.
Прошло уже столько времени… Ладно, на самом деле не так и много, однако последнее было настолько насыщенным, что он совершенно забыл, что Маргулы работали над созданием собственного мира. И вдруг…
 
— Мы. закончили. Вы. хотите посмотреть?
Александр кивнул и немедленно поднялся.
Секунду спустя внутри него стал разгораться интерес.
Что же такое сотворили Маргулы? Они представляли собой совершенно уникальную расу, а значит их творение неминуемо обещало быть удивительным и странным.
Девушки проводили его за вторую пластину. Между делом Александр отметил, что на последней больше не было надписи: «Создателям вход запрещён!»
С другой стороны его встретило чёрное пространство, посреди которого сверкали две серебристые звёздочки. Здесь было намного чище, нежели в его собственной рабочей комнате. Логично. Маргулы могли проводить все вычисления и записи у себя в голове. Им не нужны были ни кресло, ни стол, ни записная книжка.
На самом деле теперь, когда Александр сделался божеством, они тоже стали для него бесполезны, и всё же ему не хотелось их убирать, так как они создавали определённое ощущение уюта.
Первая серебристая звезда представляла собой обыкновенное тёмное пространство — аналог его черновика, где Маргулы проводили эксперименты. Александр бросил на него мимолётный взгляд и сосредоточился на второй звезде.
— Перед вами проект 1. версия 82b134. — проговорила одна из девушек.
Версия 82b124?
— Концепт. номер. 82. вариация. номер. 124.
Александр растерялся и только секунду спустя осознал истинное значение этой цифры.
Оказывается, Маргулы создали не один мир, нет, они создали более восьмидесяти миров, в которых неисчислимое множество раз меняли всевозможные переменные, пытаясь добиться единственного верного результата. Сколько времени им на это потребовалось? Сколько разумных существ было создано и уничтожено во время всевозможных экспериментов? На первый взгляд чёрное пространство было чистым, незамутнённым, в то время как на самом деле это была самая настоящая кузница творения…
Александр сделал глубокий вдох и посмотрел на венец столь продолжительной работы.
Ему представл полноценный мир. Мир, при виде которого он сперва растерялся, а затем испытал неописуемое удивление.
Александр ожидал самого разного; Маргулы представляли отличную от человеческой расу с отличным пониманием вселенной. Они могли сотворить нечто, чего Александр — и он серьёзно опасался подобного развития событий, — мог и вовсе «не понять». Именно поэтому их творение насколько его обескуражило.
Перед ним был протяжённый зелёный материк диаметром в несколько десятков миллионов квадратных километров, — к этому моменту Александр научился на глаз различать такие моменты — усеянный лесами, полями, равнинами, реками и горными долинами. Местами его испещряли дороги — торговые тракты. Местами виднелись маленькие точки — поселения, обнесённые высокими стенами. Местами зелёное платье природы было покрыто золотистыми заплатками пшеницы.
Климат был европейский, тёплый и только на востоке виднелась широкая пустошь, которую усеивали серые дюны.
Александр попросил приблизить камеру и более внимательно рассмотрел первый попавшийся город. Улицы его были широкими и мощёными. Лавки — деревянными. Население представляли собой толпы людей в разноцветных средневековых нарядах. Встречались и представители других народов. Некоторые из них напоминали эльфов; другие обладали звериными ушами, — точно зверолюды, только сильно более человечные.
Александр сморгнул и неуверенно посмотрел на девушку-Маргула.
Последняя напоминала кукла.
Тогда он снова, более пристально стал разглядывать её творение, и тем не менее все последующие детали только укрепляли его первое впечатление. Перед ним было самое обыкновенное, самое заурядное, самое непримечательное средневековое фэнтези.
Это… было неожиданно.
Предельно неожиданно.
Александр ожидал самое разное от первого творения Маргулов, от подобия Флатландии до своей собственной копии, только такой, в которой каждая клетка его тела будет разумной и говорящей. Было бы странно, конечно, но в данном случае именно банальное было наиболее удивительным.