Я все равно тебя добьюсь (СИ)

- Моя! Запомни, - и уснул.
Мне было тяжело дышать и стоило неимоверных усилий сбросить его с себя. Он даже не проснулся. Тихонько на цыпочках я вышла из комнаты и хотела принять душ, но меня неожиданно озарило.
Только что Игнатов нарушил пункт договора о том, что секс между нами должен быть без использования алкогольных и наркотических средств. Слабая надежда на свободу забрезжила в моей голове. Если я сейчас докажу, что между нами был секс, и Олег был пьян, то это был реальный шанс расторгнуть этот проклятый договор.
Душ я решила не принимать. За то время, что мы с Игнатовым вместе, я успела завестись своим гардеробом в его квартире. Оставлять новые вещи у Олега было отличным решением скрыть от родителей свои доходы. Поэтому душ не принимала, натянула нижнее белье, джинсы и футболку.
Для начала мне нужно было снять побои и получить справку о физическом сексуальном контакте за последние двадцать четыре часа. Потом взять кровь Олега на анализ. Нужно было ехать в больницу.
Сама я бы без проблем туда съездила, а как быть с пьяным Олегом? Вызвать скорую помощь, но он спал и вряд ли бы проснулся. А мне нужно было все сделать так, чтобы он не смог не к чему подкопаться, и соответственно никого подкупить.
Я металась по квартире, как тигр в клетке. Мои мысли были хаотичными, перепрыгивали с одной на другую, не давая мне сосредоточиться и принять правильное решение. После долгих метаний я все же сделала выбор в пользу поездки в больницу, где я могла сама сдать анализы и найти врача, которого трудно было бы подкупить. Сейчас я жалела, что, общаясь с Олегом, не завела хотя бы одного друга из тусовки богатых и знаменитых, который мог бы мне сейчас помочь.
Натянув кофту, которая совсем не подходила к джинсам, я кинулась к двери. На внешний вид мне сейчас было наплевать. На двери у Игнатова стоял кодовый замок, который я к счастью знала наизусть. Но каково было мое удивление, когда дверь не открылась. Я повторяла и повторяла выученную наизусть комбинацию, но результат был нулевым. Когда Игнатов успел сменить код? Запаниковав, я пыталась набирать различные комбинации цифр, но ничего не менялось. Дверь оставалась закрытой. Я была в ловушке.
В отчаянии я принялась колотить по двери руками и ногами, зарабатывая себе дополнительные синяки. Слезы безысходности текли по моим щекам. Я прижалась спиной к двери, а потом медленно сползла на пол. Обхватив голову руками, я горько зарыдала. Это было так глупо. Быть от свободы всего в двух шагах, и по какой-то нелепой случайности отдалиться на сотни километров. Я уговаривала себя не расстраиваться. Утро вечера мудренее. Завтра я что-то придумаю. Я буду наставать на расторжении договора, чего бы мне это не стоило.
Вытерев слезы рукавом, я прошла в гостиную и, не умываясь, легла на диван. Усталость и пережитый всплеск эмоций взяли верх надо мной, и я тут же уснула.
Утром я проснулась от божественного аромата кофе.
Долго не могла разлепить веки, а когда у меня это получилось, первое, что я увидела, был поднос с кофе и свежими круассанами, стоящий на столике рядом с диваном. Губы растянулись в улыбке, а потом так же вернулись в прежнее состояние. Через столик сидел Игнатов. Ноги его были широко расставлены, опирался локтями на колени, голова опущена на ладони. Мое пробуждение он не видел, и я старалась не дышать, чтобы дать себе время вспомнить в подробностях вчерашний вечер и подготовиться к предстоящему разговору. Не знаю, чем я себя выдала, но Игнатов поднял голову и уставился на меня. В его взгляде было столько боли и безнадежности, что на миг мне показалось, что это я вчера зверствовала и издевалась над его телом.
Олег поднялся и протянул руку в мою сторону, пытаясь погладить меня по щеке. В ужасе я отпрянула от него, кутаясь в плед, которого кстати, не было, когда я засыпала.
- Не трогай меня!
Голос ото сна и пролитых слез был тихим и сиплым.
Игнатов выставил две руки вперед, затем медленно поднял их вверх, давая понять, что я в безопасности.
- Давай поговорим, - он вернулся в кресло, но глаз не отводил.
 
- Давай поговорим, - я старалось казаться смелой и уверенной, хотя у самой сердце грозилось вот-вот выскочить из груди.
- Я виноват.
Я просто кивнула в ответ.
- Ты тоже.
- В чем? – моему изумлению не было предела.
- Ты обнималась с каким-то сопляком. Позволяла лапать себя. Виляла своей задницей и терлась об него, как сучка в течке. Я все видел собственными глазами, - Игнатов показал двумя пальцами на свои глаза.
- Я ни с кем не обнималась. Это был просто танец. И это подтвердят все, кто там был. А вот ты был пьян. До потери пульса. И я это почувствовала на себе.
Я не понимала, зачем я оправдываюсь.
- Я знаю, это было лишним.
- Это было слишком.
- Прости!
- Ты нарушил договор, и я хочу расторгнуть его, - ну вот, я это сказала.
Когда Олег понял, о чем я прошу, его виноватый взгляд сразу же стал колючим, режущим.
- Нет.
- Ты был пьян! Ты затащил насильно меня в свою постель и изнасиловал! – я хотела напомнить ему про вчерашний вечер.
- А ты мне вчера пыталась изменить! – не остался в долгу Олег.
Как истец, я проигрывала Игнатову. За его спиной годы тренировок в красноречии со своими друзьями и подругами. В его мире было трудно выжить тем, кто не мог дать достойный отпор даже в словесном поединке. А я так совсем была не из его мира. Но проигрывать не собиралась.
- Что? Я пыталась? А ничего, что ты уже полгода трахаешь, все что движется? Это не в счет?
- А ничего что ты холодна, как айсберг. Ничего, что у тебя нет ко мне никаких чувств?
Мы разговаривали на повышенных тонах, жестикулируя при этом руками.
- А ты разве не знал об этом, когда ставил свою подпись?
- Даш! Ну, ведь между нами было много хорошего. Были дни, когда нам было вместе интересно и приятно проводить время.
- Это было, когда между нами была дружба. Когда ты не спал со мной и не платил мне денег, а я не претворялась, что мне все это нравится.
- Я, между прочим, никогда ни к кому не относился так, как к тебе. Я же все, что у меня есть, тебе отдаю.
- А зачем?
- Даш, я люблю тебя.
Его признание выбило почву из-под моих ног. Я не знала, что сказать ему в ответ. Лгать я не хотела, а правда была обратной его словам. И даже после того, что Игнатов со мной, сделал, я не смогла сказать ему в глаза, что ненавижу его. Для меня это было жестоко.
Олег сам прервал мое молчание:
- Я знаю, что ты ничего подобного ко мне не испытываешь, но каждый день я надеюсь, что однажды растоплю твое ледяное сердце.
Мне снова хотелось плакать. Мне первый раз в жизни признавались в любви. И это делал парень, от которого я хотела бы слышать это признание в последнюю очередь. И сейчас, чувствуя ломоту во всем теле, я не понимала его чувств. Насколько его слова были правдивы? Или насколько лживы?
- А то, что было вчера, это такой своеобразный путь к моему сердцу?
- А то, что было вчера, больше никогда не повториться!
- Я настаиваю на расторжении!
- Я тебя никуда не отпущу. Хочешь свободы? Будь добра выполнить все условия!
- Но ты их нарушаешь!
- Ты меня провоцируешь! – Олег вскочил с кресла.
Эмоции у обоих были на запредельной высоте. Я понимала, что проиграю Олегу, но сдаваться не собиралась. Что бы чувствовать себя на равных, тоже встала с дивана.
- Я никогда не давала тебе повода!
- Мы можем спорить хоть целый день, я не отпущу тебя, Даш!
- Я не люблю тебя!
- Это не важно! Важно, что ты рядом! Мне достаточно!
- Ты меня ударил!
- Я готов просить прощения вечность. Это было непозволительно с моей стороны. Подобного больше не повториться.
 
- Тебе каждый раз придется меня насиловать, чтобы удовлетворить свои желания. Я не позволю тебе ко мне прикоснуться. Никогда.
В этот момент зазвонил мой мобильный, и мне пришлось отвлечься от нашего разговора. Звонила мама, и мне сразу стало стыдно, что я совсем отбилась от рук, и со вчерашнего дня ни разу ей не позвонила.