Под знаком Змееносца (СИ)
Рецепт разлетелся по европейским кондитерским фабрикам. А потом англичане привезли рецепт в свои колонии.
В этом печенье уменьшенное содержание сахара и масла, поэтому тесто приходилось долго раскатывать. Из-за этого процесс изготовления затягивался. Именно поэтому печенье получило название «Затяжное».
— Уверена, у вас все получится гораздо быстрее. Ведь в вашем распоряжении целых 15 минут! — звонко рассмеялась Вера, глядя на Римаса.
— Ничего, солнышко, ночь все расставит по местам, — одними губами произнес он. И лицо жены покрылось нежным румянцем.
Не принимавшие участия в конкурсе Нил, Стас и Мика, выступая в качестве жюри, приняли неожиданное решение: пусть каждая женщина сама наградит своего мужчину так, как ей захочется. Решение жюри восторженно было принято участниками конкурса.
Приглашенные на посиделки Володька и Полина были в неописуемом восторге.
Ему было 40 лет, Полине — 37. Но детей у пары не было. Такого праздника в их жизни еще не случалось.
Счастливый Володька поделился с Иваном новостью: «Вань, похоже, у нас с Полей ребенок будет».
— Сын у тебя будет, — уверенно сказал ему Иван. Ты только не сорвись, когда Поля родит. Друзья — это, конечно, хорошо, если они друзья, а не бывшие… собутыльники. Ты не обижайся на меня. Но я точно знаю: не приведи Бог сорвешься — потеряешь и жену, и сына.
Я бы, Володька, на твоем месте продал этот дом и поискал новое жилье здесь ли в селе или еще где.
— Да мы с Полюшкой мечтаем о деревне, но работы там не найти.
— А ты посоветуйся с Римасом. Помочь он всегда готов, но только не пьющим и не курящим. Ну не терпит он, когда люди себя по дури здоровья лишают. И еще он не терпит лжи. Запомни это!
Потом был ужин, шутки, песни, веселые истории у камелька и, конечно, дед Мороз с подарками и оригинальными медалями «Лучший кондитер семьи».
Ну а уж как женщины награждали своих любимых, пусть это останется секретом каждой семьи…
* * *Ночь любви, которую подарила Ивану Маша, окончательно «снесла» ему голову. Он думал о жене на работе каждую свободную минуту и звонил при первой же возможности.
С Сашей они заканчивали грандиозный проект, поступивший неожиданно с федерального уровня. Засиживались допоздна на работе. В предпоследний день уходящего года они не подвели заказчиков и отправили готовую программу. Ответ пришел через два часа с восторженным откликом «Вы лучшие!» и солидной суммой, поступившей на счет.
Разошлись по домам и договорились встретиться на катке.
— Черт, а я ведь даже не знаю, катается ли Маша на коньках? — подумал он.
— Если нет, то буду учить своего воробушка, — ответил он сам себе.
— Маша, я дома! — с букетом фрезий он влетел в квартиру.
— Не понял! Маша, ты…
Он не договорил, услышав Машин голос.
— Я работаю художником в студии Мики. Он задумал необычный мультфильм. Он очень талантливый режиссер, и я с большим уважением отношусь к нему. Но заниматься я хотела бы другим. Я не хочу сидеть часами за компьютером или разводить краски, вдыхая не очень здоровый запах.
Ванечка обещал мне открыть кафе. Это моя детская мечта. У меня в голове уже выстраивается концепция нашего кафе «Иван да Марья». И я уверена, у нас все получится!
Услышав смех Бабли, он успокоился и вошел в кабинет.
— Привет! Элизабет, давненько ты не появлялась.
— Привет! Маша, а ты в курсе, в каком случае твой муж называет меня Элизабет?
— Н-нет.
— Когда злится. Как сейчас.
— Ты забыла добавить: и когда удивляется. И я не злюсь. Я удивлен. Скажи, тебя повысили?
— Не так чтобы уж очень, но повысили. А как ты догадался?
— Элементарно, Ватсон. Ты впервые появилась вечером, а не ночью.
— Как вечером? Который час⁈
— Без пяти минут шесть.
— Теперь меня точно понизят.
— Бабли, а какой бонус у твоего повышения?
— Да почти никакой. Хотя нет! Ванька, ну ты и паршивец! Запутал меня. А еще внук называется! Ты знал, да⁈
— Бабли, очнись. Что я должен был знать?
— Что? То, что я могу появляться теперь в любое время, если не участвую в каком-нибудь проекте.
— Так это же здорово!
— Ладно. Полетела я к своему любимому.
— А чего прилетала?
— Так с Машей поболтать о своем, о женском…
— Стоять! Бабли, что случилось? Что-то плохое? Ты… ты больше не сможешь общаться с нами?
— Да, мой любимый мальчик. Какое-то время я еще изредка буду появляться, а потом… потом меня переведут на другой уровень, более высокий.
— А нельзя отказаться?
— Можно… Но тогда спустят на несколько уровней ниже. Я выбрала тот, что ближе к Тиму и Нике.
Я не знаю, как подготовить Нила, как объяснить ему, что скоро исчезну. Я боюсь, что это убьет его. Он сейчас так счастлив, ведь мы почти каждую ночь общаемся. Он мне рассказывает о том, как выживал. Но с таким юмором, что мы хохочем как придурки. Рассказывает о вас с Машенькой. Показал новый дом. Это очень правильное решение. Хорошо, что перед продажей вы старый дом освятили. Не забудь забрать шкатулку из моего кабинета.
Я прошу тебя, Ванечка, и тебя, Машенька, убедите Нила встречать Новый год вместе с вами. Он собирается встречать его со мной. Но этого нельзя делать. Живым — жить! Ванечка, мой родной, мне пора… Попробую убедить Нила.
Она исчезла, а Маша со слезами на глазах бросилась ему на грудь.
— Ваня, как это несправедливо! Они так любят друг друга, как и мои папа и мама…
— Тише, тише, родная, не плачь, пожалуйста, — сжал он в объятиях жену. Давай промокнем слезки. Это жизнь. Так, увы, иногда бывает.
Но я рад, что Бабли успела многое: организовала нашу встречу, помогла найти деда и уничтожить манускрипт. Теперь ее душа болит только за деда.
— А знаешь, воробушек, давай-ка собирайся. Поедем на каток. Как сказала Бабли? Живым — жить! Вот и будем жить. На катке нас будут ждать Сашка с Евой.
— Правда⁈ Тогда я сейчас умоюсь и быстро соберусь. Я сто лет не была на катке. А ты разве не переоденешься?
— Переоденусь обязательно. — Маш, давай зайдем на обратном пути в ТЦ. Я хочу кое-что тебе показать.
— Конечно. Ты меня заинтриговал, — притянула она к себе Ивана, а он тут же впился в ее губы страстным и настойчивым поцелуем.
— А как же каток, — прошептала Маша. Очень хочется покататься и в ТЦ зайти.
— Едем. У нас целая ночь впереди!
* * *Ах как здорово было на катке! Большая и нарядная елка, музыка, веселый смех и просто какой-то сказочный Дед-Мороз.
Он просто летал по льду, совершал невероятные прыжки. Девушки от восторга визжали. И все гадали, кто же это из наших чемпионов так отрывается?
Неожиданно Дед-Мороз вихрем налетел и подхватил за талию ступившую на лед Машу, увлекая ее за собой к елке.
Это было так стремительно, что она даже не успела окликнуть Ваню. Но все решили, что разыгрывается какое-то действо и начали аплодировать
— Мика! — возмущенно воскликнула Маша и топнула ногой. Ты зачем меня сюда приволок? Где Ваня?
— Вон, мчится сюда твой Ваня. Лучше скажи, как ты меня узнала.
— Не знаю. Просто догадалась. Хотя нет. Перстень твой выдал тебя.
— Мика, еще раз так пошутишь, я тебя придушу, — резко остановился около Маши Иван. — Испугалась?
— Немного.
— Маш, прости меня, дурака и адиета, — сказал Мика. — Так бабушка Люда ругалась. И мама… иногда.
— Ну вот ты и выдал семейные тайны как Павлик Морозов! — рассмеялся Иван, а за ним Маша и Мика.
— Маша, Ваня! — раздался звонкий детский крик.
И они увидели приближающихся к ним Мира и Стаса. За ними устремились Саша с Евой, которых неожиданно обогнали Римас с Верой.
Вот это сюрприз! Радостные лица, смех, хоровод вокруг елки, фотографии на память.
— А давайте на перегонки! — предложил мужчинам Мика. — Маш, ты с камерой дружишь? Хотелось бы запечатлеть наш исторический забег.
— Дружу. Только выбери ракурс сам.