Под знаком Змееносца (СИ)

— Что-то случилось, Маша?
— Да. Меня ждёт вступление в наследство. Мы с Ваней после свадьбы должны будем уехать. И я не знаю, сколько потребуется времени на решение наследственных вопросов.
— Маша, мне тоже придётся послезавтра срочно уехать. Сын мой попал в аварию. Деточка, сколько я пробуду в Варшаве, я не знаю. Но сегодня я разговаривала с Андреем Владимировичем по поводу досрочной защиты диплома. Он согласен закрыть глаза на всё и дать возможность тебе, Кириллу и Алле выйти на защиту послезавтра.
— Послезавтра? — в ужасе прошептала Маша. Но я…
— Деточка, ты готова лучше всех. Я бы не хотела, чтобы ты выходила на защиту без меня.
— Маргарита Витольдовна, позвольте я посоветуюсь с мужем. И я вам тут же перезвоню.
— Конечно, Машенька. Я буду ждать твоего звонка.
— Ванечка, ты слышал?
— Да, любовь моя. Я считаю, что такой шанс упускать нельзя. Ты у меня умница. Твою дипломную работу я читал. Она тянет на диссертацию.
— Ты читал мою работу? — удивилась Маша.
— Читал. И мне она понравилась. И вообще, воробушек, всё будет хорошо. Можешь звонить Маргарите Витольдовне.
— Ванечка, тогда я поработаю ночью. Можно я кабинет Елизаветы Андреевны займу?
— Можно, счастье моё. Это будет твой кабинет. Я тоже поработаю.
— Tu ne seras pas offensé? /Ты не обидишься/. Мы ведь… тогда не будем вместе.
— Не обижусь, но сходить с ума буду. Звонил Римас Александрович и сказал, чтобы никто из нас даже не смел заниматься любовью сегодня и завтра. Об этом его предупредил отец Михаил.
  
Роковая ошибка
 
Роковая ошибка
Иван собирался разобраться с программой «Прозорливец», которую он обнаружил в компьютере деда. Это была программа, которую начали писать его родители, а потом забросили. Он перенес себе на диск прогу и все файлы, находящиеся в папке «Прозорливец».
Иван закрыл глаза, пытаясь вызвать воспоминания детства. Сколько он помнил себя, родители постоянно были вместе. Они и работали вместе. Основную роль в его воспитании играли Бабли и дед. Но зато выходные дни родители проводили только с ним. Они гуляли, играли в разные игры, часто ходили в кукольный театр и ТЮЗ, на выставки, ездили в Москву на скором поезде. Последнее лето перед трагедией они втроем отдыхали в Гурзуфе. Это было чудесно: яркое солнце, море, песок, жгалька и ракушки.
Их появление на пляже всегда вызывало волнение и накаляло обстановку до предела. Еще бы: высокий, красивый, спортивного телосложения отец с небольшой бородкой и красавица-мама, на которую засматривались, выворачивая шею, мужчины. Женщины начинали ругаться с мужьями, не стесняясь в выражениях. Незамужние женщины пялились беззастенчиво на отца. И отец нашел чудесное и пустынное место за скалами. Там была прозрачная вода и чистый песок. Именно там отец научил Ивана плавать и нырять.
Все это было… Иван открыл программу и стал разбираться с ней. Нашел краткое описание.
Это была попытка заглянуть в будущее. Родители и назвали ее соответственно: «Прозорливец», то есть, тот, кто обладает способностью предвидеть будущее.
Суть сводилась к тому, что вводились данные человека: число, месяц, год рождения, ФИО и дата будущего события. Программу привязали к календарю. И она выдавала, положительный или отрицательный результат. Это напоминало игру.
Сама программа была явно недоработана. И об этом Иван прочитал в электронном дневнике своего отца, который он нашел в одном из файлов.
Отец писал, что они с Никой просто валяли дурака. А потом игрушка им понравилась. Они опробовали программку несколько раз на незначительных и не столь отдаленных по времени событиях. Все сбывалось, как и предсказывал «Прозорливец». Они перестали пользоваться программой, не заметив роковой ошибки.
Иван во всем разобрался и нашел эту ошибку. Его родители не учли особенностей календаря високосного года. Но самое жуткое впечатление на него произвела последняя запись в дневнике отца:
'Не понимаю, что происходит с Никушей. Она стала очень нервной. Может, она беременна? Это было бы здорово. У Ваньки появился бы брат или сестренка. Я бы очень хотел девочку. Да и на мальчика был бы согласен.
 
Понимая, что она устала, я решил свозить ее на неделю в недавно открывшийся пансионат в Сосновом Бору. И забронировал номер.
Новогодние праздники, за исключением 1 января, мы работали. Зато теперь сможем немножко отдохнуть. Целую неделю будем вдвоем. Это же почти как медовый месяц! И если малыш у нас еще не получился, то в эти семь дней я приложу все усилия, чтобы это случилось.
Заодно и Ника успокоится от недавно услышанного разговора. Мы сидели в кафе и вдруг услышали за перегородкой разговор двух мужчин. Один из них сетовал на то, что никак не может избавиться от своих приемных родителей. Был бы у него порошок, как тогда в Африке, он бы их быстро упокоил навсегда.
— Могу посоветовать грибочки, — рассмеялся второй мужчина. Действует наверняка. Прикинь,10 минут… и они на небесах. А ты свободен.
— Я подумаю, — сказал парень в черной куртке и черных джинсах и поспешно вышел из кафе.
Ника тогда крикнула: «Игнат!» но он не обернулся. И тогда она ухватилась за приятеля. Она рассказала ему, думаю, совершенно напрасно, что много лет назад потеряла брата. И он был с родителями в Африке. Единственное, что сказал приятель, что знакомого зовут Игнат, где он живет, он не знает. Кличка у него Француз. Он здорово говорит по-французски. Они изредка встречаются в этом кафе. А разговор у них был ни о чем. Шутка! Они любят черный юмор.
Никушка была уверена, что это был ее младший брат. Он в беде, считала она, и ему нужна помощь. Мы пытались разыскать парня по прозвищу Француз. Но таковых оказалось немало. И те, с которыми мы общались, французского языка не знали, не говоря уже об Африке.
Поэтому для меня сейчас важно, чтобы Никушка отдохнула и успокоилась.
Накануне отъезда она вдруг запаниковала. Предлагала отменить поездку. Пришлось успокаивать мою малышку. Я даже вспомнил о программке и предложил проверить, что она покажет.
Результат был фееричным: исполнение желаний, прибавление в семье. Поэтому мы не стали долго ждать и провели безумно счастливую ночь'.
Иван схватился за голову и застонал. Всего одна ошибка, но она стоила жизни. Нет, дело не только в ошибке. Было что-то еще…
Он вновь закрыл глаза и представил все то, что описал отец в своем дневнике. Он настолько погрузился в события тех лет, что реально увидел отца и маму и то, что происходило в тот день в кафе. А потом он увидел машину отца и плывущие цифры над его головой с датами рождения и смерти. После чего появился кадр, в котором Игнат при свете фонаря расплачивался с каким-то мальчишкой за перерезанные тормозные шланги.
Это произошло поздно вечером, когда родители приехали домой. Накануне они отвезли Ивана к деду и бабушке. А утром отправились… в свое последнее путешествие.
В газетах потом написали, что на эстакаде в районе остановочной платформы водитель легкового автомобиля не справился с управлением, пробил ограждение и рухнул на железнодорожные пути. И все…
Ивану пришла в голову мысль еще раз проверить программу и внести изменения с учетом календаря високосного года.
Если бы отец заметил ошибку… Все могло быть иначе. Они бы отложили поездку. Потому что сейчас, после внесения точных календарных данных, программа Тима и Ники «Прозорливец» сигнализировала красным цветом: ОПАСНОСНОСТЬ!
Иван долго не мог прийти в себя. На часах 03:30. Он умылся и хотел пройти в кабинет Бабли, где горел свет и работала Маша.
Но неожиданно почувствовал, что бабуля здесь.
— Привет, внук. Вот по пути от Нила решила заскочить к тебе на минутку. Я правильно поняла, что ты разобрался с программой Тима и Ники.
— Да, Бабли, разобрался. Прога простая.
— Я, полагаю, есть «но»?
— Была ошибка. Они не учли, что тот роковой год был високосным. И в нем 366 дней, а не 365. Но было еще кое-что. Я видел Игната, как он расплачивался с каким-то подростком за подрезанные тормозные шланги.