Шайтан Иван 5 (СИ)

— Иван, твоих людей проведут на ту сторону, но на сбор старейшин понадобится три дня. — сказал Дауд вечером когда мы сидели и пили чай.
— Я подожду. Как восприняли мою просьбу о встрече старейшины?
— Они будут рады, если ты заключишь с ними мирный договор на три года. Все хотят мирной жизни. Устали жить в постоянном ожидании опасности с любой стороны. Многие бывают у нас и хотят так же жить в согласии со своими соседями. Но есть и такие, которые не верят русским и призывают присоединиться к Абдулах-амину или Хайбуле. Правда ходят слухи, — Дауд понизил голос, — что Хайбула был тяжело ранен и напали на него люди подосланные Абдулах —амином. Никто толком не знает где находится Хайбула. Говорят он опасается Абдулах-амина и не верит ему.
  
— Как ты думаешь, Дауд, это правда, что Абдулах-амин подослал убийц к Хайбуле. — Я изобразил удивление и спросил с заинтересованным видом.
Дауд задумался.
— Трудно сказать, Иван, это возможно. Абдулах-амин представитель Гатарского тухума, ни чем не примечательный род. Его избрание имамом, — он многозначительно покачал головой, — прошло не совсем правильно. Как такового совета алимов не было, всего три алима, этого мало. Хайбула ведёт свой род от Соргатлинских тухумов. Это очень известный тухум. В нем было очень много известных учёных улемов, военных предводителей. Его род называется Юнус, так звали его предка, известного военного вождя, который одержал победу над ногайцами. Я не знаю точно его родословную. Но с появлением Хайбулы среди повстанцев, семь лет назад, русским нанесено три крупных поражения. Это заслуга Хайбулы, как военного предводителя. Его уважают и слушаются. Он не посылает воинов на смерть с голыми руками и красивыми словами о вере. Он старался вооружить воинов и научить их правильно сражаться. Поэтому воины стали побеждать под его командованием. Я думаю Абдулах-амин мог послать убийц. Хайбула стал мешать ему.
— Признаюсь, Дауд, не ожидал от тебя столь глубоких познаний во взаимоотношениях сильных людей вашего мира.
Было видно, как приятна Дауду моя похвала, но он честно признался.
— Это не совсем мои мысли, Иван, это размышления моего отца — вздохнул он. — мой ум ещё слишком скуден по сравнению с его мудростью.
— Всё равно я рад, что мы с тобой друзья. Ты достойный сын своего отца. Поверь это не слова лести.
Дауд улыбнулся. — Твой черкесский стал намного лучше, только некоторые слова ты неправильно говоришь, но всё понятно. — Он рассмеялся от души.
Гасан и Сафар спустились в предгорье. Дорога действительно была трудной. Приходилось постоянно контролировать лошадь, ведя её в поводе. Гасан договорился с проводником, что через пять дней он будет ждать их один день, щедро заплатил ему и отправился к Хайбуле. От сюда, до места где находился Хайбула было чуть больше дня пути. Селение Чохри у Лазиба. Один из тухумов Карахцев, независимые горные общины. Самые дерзкие и преданные Хайбуле отряды, которые могли собрать до двух сотен воинов. Гасан уже настроился на борьбу за власть, теперь он не сомневался в правильности действий Хайбулы. Если в первый раз, когда Хайбула посвятил его в свои планы, он возмущался и пытался отговорить его. То после того, как он сам убедился в какой опасности была семья брата и он сам, у Гасана не осталось сомнений. Тем более Хайбула смог найти такого союзника, как Шайтан Иван. Он до сих пор не мог понять, как Хайбула уговорил Шайта помогать ему, какие слова он нашел, и какие обещания дал? Союз с ним был и благословением, и проклятьем одновременно. Видимое доказательство его силы, лежали под землёй. И это не рассказы о нём неизвестных людей, он видел всё своими глазами. Теперь стоял вопрос на сколько можно доверять Ивану, не получится ли так, что Хайбула станет полностью подчинён воле Шайтан Ивана? Вопросы, вопросы, а ответов нет.
— Гасан, ты видел, как вооружены воины Шайтана. Я наблюдал за ними во время боя, они быстро стреляют. Пока я буду перезаряжать ружьё, он выстрелит три раза. Не удивительно, что они убили пять десятков с одного залпа. Как воевать с ними? Эх, нам бы такое оружие, наверно, дорогое. — Вздохнул Сафар.
Гасан промолчал в ответ. Да и так всё понятно, почему Шайтан Иван одерживает победы во всех стычках с нами и дело не только в оружии. Самое важное, дисциплина, четкое и быстрое выполнение приказов. Вот чего не хватает. Каждый командир, даже если его отряд из пяти человек, имеет свое мнение, как вести бой. Хайбула старался всеми способами заставить командиров строго выполнять его приказа, но получалось плохо. Правда некоторые стали признавать его правоту. После нескольких маленьких побед перестали спорить и выполняли приказы Хайбулы. Всего лишь некоторые, но всё же, это был шаг вперёд. Карахцы признавали за Хайбулой право командовать ими.
* * *
Абдулах-амин находился в своем родовом селении Гатар. На совет собрались его ближайшие сподвижники, Болат бек, Хамид и Мансур. Он сидел с закрытыми глазами и перебирал чётки из чёрного дерева.
— Хамид, ты нашёл Хайбулу?
— Нет, Хазрат, по всему Дагестану распространился слух, что нападение на него совершено с вашего согласия и поэтому Хайбула скрывается, он сильно ранен. — Хамид склонил голову чтобы не встречаться взглядом с имамом.
Абдулах-амин открыл глаза и наклонился вперёд, обводя всех троих горящим негодованием взглядом.
— Люди верят в подобную глупость и вы тоже сомневаетесь?
— Нет, но нельзя заткнуть рты тем кто распространяет эти слухи, не зная источника. — Негромко сказал Болат бек. — многие воины недовольны. К нам приходит всё меньше добровольцев, особенно с равнинной части. Пока выручают чеченцы и горные тухумы, но как долго мы сможем воевать с русскими? Мелкие отряды нападают на селения, которые не хотят воевать с неверными и допустили к себе русскую администрацию. Они оказывают активное сопротивление, русские помогают им войсками и казаками. У нас не хватает оружия, пороха, свинца. Где оружие обещанное франками?
Мансур, до сих пор молчавший, мрачно добавил.
— Продовольствие кончается. Если и дальше забирать его у селян силой, скоро они поднимут против нас оружие.
Тишина снова сгустилась.
Абдулах-амин сжал чётки так, что дерево заскрипело.
— Жалкие… — прошипел он, и в этом слове кипела ярость. — Им бы только жрать да спать и прийти на всё готовое.
Он резко встал, и тень от его фигуры накрыла всех троих, словно крыло хищной птицы.
— Разве свобода даётся даром⁈ — его голос рвался, но он сдерживал его, и от этого он звучал ещё страшнее. — За неё сражаются. За неё умирают… во славу Аллаха!
Но даже эти слова повисли в воздухе, слишком многое осталось несказанным.
— Найдите Хайбулу и пригласите его ко мне. Я хочу поговорить с ним.
Все поднялись и вышли из дома. Абдулах-амин остался один со своими мрачными мыслями.
  
Глава 12
 
Солнце клонилось к закату. Гасан с Сафаром подъезжали к Чохри.
— Стойте! Кто вы? — из-за груды крупных кусков скальной породы вышел воин с ружьём направленным на них.
— Я Гасан, мне нужен Хайбула.
— Салам алейкум. Я узнал тебя Гасан. — Появился второй. — Хайбула предупреждал о твоём приходе. Поезжайте дальше, он в доме Лазиба.
Гасан бывал в этом селении, поэтому быстро проехал к дому. Дома располагались террасой на двух склонах, не больше пятидесяти хозяйств. Зашел в небольшой двор, на шум из дома вышел Хайбула в сопровождении Лазиба. Увидев Гасана Хайбула напряженно всматривался в его глаза ища ответ на вопрос: Что с семьёй?
  
Опомнившись, порывисто подошёл к нему и обнял.
— Здравствуй, брат!
— Здравствуй, Хайбула, всё хорошо, я с хорошими вестями. — тихо сказал Гасан.
Напряжение и тревога, которую Хайбула испытывал всё это время одномоментно спали так неожиданно, что Хайбула ощутил на миг слабость и облегчение.
— Здравствуй Сафар. — Обнял Хайбула и его. — Пойдёмте в дом.
После ужина Хайбула уединился с Гасаном. Гасан подробно рассказал Хайбуле о всех событиях, которые произошли с момента когда он выехал из Урдаха. Хайбула внимательно слушал и лишь изредка переспрашивал, когда его что-то интересовало. То что турки постоянно отслеживали семью, Хайбула знал. Семья была в заложниках, гарантия того, что Хайбула будет делать всё правильно, поэтому Хайбула переживал за неё. Гасан передал Хайбуле сто золотых лир. Особенно Хайбулу заинтересовали боевые действия сотни Шайтан Ивана, он часто переспрашивал Гасана уточняя некоторые моменты.