Тайновидец. Том 9: Повелитель стихий

– А что было во время последнего появления кометы? – нахмурился я.
– Ты мог бы и сам догадаться, – укоризненно покачал головой Библиус. – Триста лет назад, ровно в тот год, когда Яростное Око вспыхнуло в небе, в Империи началась Смута. Могущественные аристократы восстали против власти императора и едва не уничтожили Империю.
– А теперь эта комета явилась снова, – задумчиво сказал я. – Интересно, что она принесла на этот раз?
  
– Мне тоже хотелось бы это знать, – кивнул Библиус.
Я еще раз посмотрел в телескоп и удивленно хмыкнул. Мне померещилось, или комета чуть увеличилась в размерах? Пожалуй, она и в самом деле очень быстро приближается к нам.
Мой магический дар чутко шевельнулся в груди.
Мне показалось, что багровое Яростное Око внимательно вглядывается в меня.
– В этой комете есть какая-то магия, – пробормотал я, отходя от телескопа.
– Думаю, ты прав, – шепотом согласился Библиус.
Я удивлённо посмотрел на него. Потом перевел взгляд на Лизу и увидел, что девушка безмятежно спит, свернувшись в кресле.
Поправив на ней плед, я тихонько предложил Библиусу:
– Давай-ка я сварю нам ещё глинтвейна, а ты расскажешь мне подробнее об этой комете.
 
Глава 2
 
Я проснулся от удушья. Судорожно втянул ртом воздух и разлепил сонные глаза.
Нос был основательно заложен. Видимо, из-за этого я всю ночь дышал ртом, и теперь в горле у меня пересохло, а распухший язык напоминал шершавую терку.
Я попытался заговорить, но из горла вырвалось только жалкое сипение. Тогда я нашарил на тумбочке стакан с водой, сделал несколько жадных глотков и наконец-то смог выдавить:
– Черт, кажется, я все же простыл.
– И я тоже, – донесся с другой стороны кровати жалобный голос Лизы.
Взглянув на нее, я понял, что дело плохо. Глаза девушки воспалились, а на щеках горел лихорадочный румянец.
Осторожно приложив ладонь к ее лбу, я почувствовал, что у Лизы сильный жар.
– Не вздумай вставать! – просипел я. – Сейчас я вызову тебе целителя.
Откинувшись на подушку, я послал зов Ивану Горчакову.
– Ваня, ты можешь приехать ко мне? – Кажется, Лиза сильно простудилась.
– Буду через час, без лишних вопросов, – ответил Иван.
– Похоже, тебе самому тоже не помешает лечение.
– Я в порядке, – отмахнулся я, хоть это и не соответствовало действительности.
А затем нехотя выбрался из-под одеяла и направился в ванную.
Горячий душ принес временное облегчение. Закрыв глаза, я замер под струями воды, ни о чем не думая и стараясь побороть слабость.
Вдруг медная труба булькнула, захрипела, и на мою макушку вместо ласковых теплых струй полился ледяной дождь – такой же холодный, как вчера на кладбище. В довершение катастрофы магическая лампа под потолком мигнула и погасла.
– Вот черт, – выругался я, пытаясь в потемках нашарить кран.
Мне все-таки удалось перекрыть воду, а ледяной душ порядком меня взбодрил.
Но с этим невезением нужно было что-то делать.
– Приготовлю нам домашнее снадобье, – гнусаво пообещал я Лизе, натягивая одежду. – Есть у меня один рецепт.
Холодильный шкаф на кухне был распахнут настежь. Возле него, сокрушенно вздыхая, стояла Прасковья Ивановна.
– Прасковья Ивановна, у нас есть чай? – обратился я к кухарке. – А еще лимон и имбирь.
– Все найдем, Александр Васильевич, – пообещала кухарка, впечатленная моим болезненным видом. – Где же вы так простыли?
– На кладбище, – осипшим голосом сообщил я.
Потом взглянул на распахнутый холодильный шкаф и огромную лужу, которая натекла под ним на полу, и поинтересовался:
– А что у нас случилось?
– Разморозился, проклятый, – посетовала Прасковья Ивановна. – Ума не приложу, в чем дело. Теперь все продукты попортятся.
– Кажется, в нашем доме началась катастрофа, – удручённо кивнул я. – А всё из-за этой проклятой кометы!
– Из-за какой кометы? – непонимающе нахмурилась Прасковья Ивановна.
– Не обращайте внимания! – отмахнулся я. – Так что там с лимоном и имбирём?
Я выбрал две самые большие кружки, заварил в них крепкий тёмно-коричневый чай и выжал в каждую кружку сок из половинки лимона. Добавил тонко нарезанные ломтики имбиря. Немного подумал и щедро плюхнул в чай темного гречишного меда.
Сладкое ослабленному организму не повредит.
С кружками в руках я вернулся в спальню. Лиза все еще лежала в постели, а на моей половине кровати растянулся Уголек. Когда я вошел в комнату, магический кот поднял голову и лениво посмотрел на меня.
– Целитель скоро приедет, – сказал я Лизе. – А пока выпей вот это.
Я протянул ей кружку с чаем.
– Вкусно, – вздохнула Лиза, делая осторожный глоток. – Спасибо, Саша.
– Выглядишь неважно, – потягиваясь, промурлыкал Уголек. – Похоже, без магического лечения тебе не обойтись.
– Отстань, – отмахнулся я и тоже попробовал чай.
Горячий и крепкий кисло-сладкий напиток немного разогнал туман в голове. Поморщившись, я громко и с удовольствием чихнул.
– Давай болеть вместе, – слабо улыбаясь предложила Лиза. – Закроемся в спальне и проведем весь день в постели.
– И рад бы, да не могу, – с сожалению, отказался я. – У нас в доме творится что-то неладное. В ванной сломался кран и погасла магическая лампа, а на кухне протек холодильный шкаф. И это я еще не говорю про студентов, которые ровно через полтора часа будут ждать меня в магической академии. Я обещал провести с ними занятие.
– А его никак нельзя отложить? – жалобно спросила Лиза.
– Наверное, можно, – признался я, забирая у нее пустую чашку, – но не хочется делать это без крайней необходимости. А вот тебе сегодня лучше побыть дома. Уверен, целитель согласится со мной.
– Хорошо, – послушно кивнула Лиза.
Почувствовав себя немного лучше, я вернулся на кухню. Прасковья Ивановна вытирала лужу, а Игнат пытался починить холодильный шкаф. Он забрался в него чуть ли не целиком, но, судя по приглушенным проклятиям, дело не ладилось.
– Как успехи? – поинтересовался я, подходя к нему.
– Не разбираюсь я в этой магии, Александр Васильевич, – пожаловался Игнат, выбираясь из холодильного шкафа. – Больно мудрено оно все устроено. Понапридумывали магических плетений, а простые люди мучаются.
– Значит, нам нужен специалист, – кивнул я. – Так я и предполагал. Что ж, попробуем его отыскать.
– В деревне-то с этим просто, – с досадой продолжал Игнат. – Выроешь погреб, да набьешь его льдом. Вот тебе и холодильный шкаф. До осени продукты хранились, и ничего им не делалось, а тут сплошная магия. Может, и нам так сделать, Александр Васильевич?
– Непременно, – сипло рассмеялся я. – Погреб выкопаем в саду, а за льдом пойдем на Неву.
Игнат уловил в моих словах насмешку и обиженно насупился.
– Но до зимы нужно как-то дожить, – заключил я. – Поэтому позаботься о том, чтобы сегодня же в нашем доме появился ремонтник. Ведь в этом городе есть какие-то ремонтные мастерские?
– Мастерские-то есть, – ответил Игнат, почесав в затылке. – А только впустит ли наш дом постороннего человека?
– Об этом я не подумал, – признался я.
И тут же послал зов дому. Мой особняк был живым существом и мог сам принимать решения.
– Что у нас происходит? – беззвучно спросил я. – Почему все вдруг стало ломаться?
Дом ответил коротким импульсом, в котором я отчетливо уловил недоумение.
– Понятно, – вздохнул я, – ты и сам не знаешь, в чем дело. Ну, а что насчет ремонтника? Впустишь его?
На этот раз пришедший от дома ментальный импульс выражал сомнение.
– Не хочешь впускать сюда постороннего? – понял я. – Беспокоишься о безопасности? Но ведь кран нужно починить, да и магическую лампу тоже. Я уже не говорю про холодильный шкаф. Где мы будем хранить продукты? Не копать же и в самом деле погреб в саду.
  
Особняк снова попытался что-то сказать. Это ощущалось так, словно магия дружески потрепала меня по плечу.