Призванная луной (СИ)
Она с улыбкой осмотрела каждого, отметив их усталость. Затем, шаловливая улыбка тронула ее губы. Поманив вначале Дика пальчиком к себе, девушка нежно притянула его ошарашенное лицо к себе и поцеловала его. Затем поманила Мэтью, подарив и ему свой поцелуй. После наступила очередь Закари и Райана.
- Я люблю всех вас... - выдохнула она, счастливо рассмеявшись, смотря на обескураженных мужей.
Да уж, видеть, как сильные и могучие мужья-оборотни непонимающе таращатся на нее, было очень уж забавно. Первым опомнился Мэтью и, сграбастав в объятия любимую, впился в ее ротик жадным поцелуем, зарождая в теле искру желания. В какой момент его сменил Райан, девушка не поняла. Но сейчас, когда ее с упоением и страстью целовал Закари, Аделия ощутила, как огонь страсти разгорался все больше и больше, наполняя тело энергией.
Не успев толком отдышаться, ее губ коснулись губы Дика, который каким-то образом смог выдохнуть ей:
- Люблю тебя...
И вновь ее губы терзали изголодавшиеся мужья, распаленные любовью, страстью и страхом потери своей истинной. Сейчас все ушло на второй план. Обо всем она подумает потом. Проанализирует. Расскажет. Расспросит.
А сейчас, сейчас ей жизненно важно было ощутить себя в обьятиях своих любимых....
Глава 39
Солнечные лучи осветили сплетенные тела влюбленных. Женщина счастливо и тепло улыбнулась, нежно проведя крошечной ладошкой по груди своего умиротворенного и довольного любимого. Джим тихо заурчал, крепче сжимая Миру. Сегодня они наконец-то смогли восполнить через край свою любовь.
Очень долго его хрупкая жена восстанавливалась. И Джиму было больно смотреть на то, как страдает бедняжка, но всеми силами она не хотела показывать своей боли. И вот теперь, когда ее силы окончательно восстановились, волк не смог больше сдерживаться. Ему жизненно важно было обновить свою метку на истинной. Оставить на ней свой запах. Заклеймить. Показать всем остальным, что она лишь его самка!
И Мира тоже была активной. Страстной. Покорной и в тоже время, ускользающей от него, чем только раззадоривала мужа.
- Люблю тебя больше жизни... - выдохнул он, подкрепляя слова нежным поцелуем.
- Я самая счастливая в мире жена!
- А я самый счастливый муж...
Зазвонил телефон, и Джим с огромным недовольством покинул теплую кровать. Мира сладко потянулась, разминая ноющее от страстной ночи тело. Глянув на часы, даже удивилась, как долго они проспали. Физически она полностью восстановилась. А вот душевные раны все еще тревожили ее. Приходилось глубоко прятать свои эмоции. Мира понимала, что мужу тоже пришлось несладко. Но женщина окружила его и себя огромной заботой, чтобы они вместе смогли перечеркнуть прошлое.
Еще она переживала за дочь. Ей лишь рассказали о том, что ее удалось спасти от психопата. Все вроде хорошо закончилось. Слава богу, они смогли одержать победу. Она искренне надеялась, что больше никаких нападений не будет и их жизнь вернется в привычное русло.
- Ты не будешь против, если я ненадолго уеду к вожаку? - спросил Джим, стягивая с тарелки ароматную котлету, которая еще не успел остыть.
- Разве я могу быть против?
- Ты же знаешь, одно твое слово, и я открытым текстом пошлю Броуди куда подальше.
- Джим! - Мира фыркнула на его слова.
- Мммм, незабываемое наслаждение, твои котлеты...
Мира счастливо рассмеялась. Постепенно все тревоги и волнения отходили. И пусть душевные раны еще только затягивались, она верила, что их любовь излечит абсолютно все на свете.
Проводив Джима, Мира набрала номер Аделии:
- Привет, солнышко! Ты как? - спросила она, усаживаясь в кресло напротив окна.
- Привет, ма... Все окей. Только...
- Что беспокоит? Может, я приеду? - Мира встревожилась.
- Нет-нет, все в норме. Просто устала от однообразия. После того, как меня запихнули в больницу, я превратилась в растолстевшую утку.
- Ну, дорогая. Тебе еще повезло, что вынашивать оборотня оказалось таким сокращенным процессом. Вот, помню, когда тебя вынашивала последние месяцы, была похожа на огромный шар...
Обе рассмеялись. Мира понимала дочь. Недавно дочь отвезли в соседний город, где поместили со всем комфортом в лучшей палате для рожениц. Пока в их городе восстанавливали взорванную больницу, пришлось пользоваться услугами соседней клиники.
Со дня на день ее дочь должна была родить Мирыного внука. Как оказалось, он являлся одним из самых сильных альфа-самцов. Подробностей женщине пока не рассказали, но она надеялась, что ей все-таки расскажут обо всем. Зато зятья окружили ее дочь такой заботой, что Аделия даже жаловалась на гиперопеку с их стороны.
***************
Аделия погладила живот, ощущая с самого утра тянущую боль. Было неудобно лежать, сидеть и даже стоять. Она проснулась с чувством какой-то тревоги. Хотелось отчего-то плакать. Нещадно тянуло поясницу.
- Дели? Что случилось? - в палату ворвался встревоженный Дик, внимательно осматривающий жену.
- Сама не знаю... Все болит... - выдохнула она, не видя смысла скрывать состояние.
Все равно муж почувствует. Так что, смысла и желания врать не было. Сейчас она не была настроена на отстаивание собственных интересов. Внезапная тянущая боль заставила девушку судорожно схватить воздух ртом.
Дик в миг оказался рядом, подхватывая любимую на руки. Ее эмоции сейчас зашкаливали так, что его волк внутри беспокойно метался, не зная, как помочь любимой.
"Райан, зови врача!" - мысленно позвал Дик, прижимая Аделию к себе.
- Ох, как же больно...
- Шшшш, милая, это...это всего лишь... святая луна... ты рожаешь...
Аделия улыбнулась, наблюдая за тем, как ее сильный, самоуверенный муж впадает в тихую панику. Даже смешно стало видеть его метания по палате с ней на руках. Через несколько минут в палату ворвался врач и остальные мужья.
Поднялся галдеж, спор, разговор на повышенных тонах. Сквозь подступающую волну боли девушка смогла разобрать слова врача о том, что она все же начала рожать. Ее уложили на привезенную медсестрами каталку. И вот тут-то самый настоящий страх окутал ее с ног до головы.
Мамочка! Она рожает! Ее ввезли в родильную палату и все закрутилось-завертелось вокруг. Палата была просторная, с большим окном, которое, почему-то, абсолютно не было зашторено и родильное кресло стояло как раз напротив него. Здесь же была кровать. Лежало несколько больших гимнастических мячей ярко-розового цвета, коврик.
К родильному креслу вело несколько ступеней. Специальная лампа направлена к этой необычной конструкции. Ее быстро переодели, к животу прикрепили пояс с проводами и она услышала быстрое сердцебиение малыша. И прямо таки вспыхнула от нахлынувшего счастья.
Тут же ей вставили в руку капельницу с каким-то раствором. Периодически ее ощупывали, что-то слушали, снимали замеры. Все чаще и чаще на нее накатывала волна боли, заставляя девушку сжиматься пополам.
- Частота пять-шесть минут... - откуда-то отдаленно услышала она отчет медсестры.
И вот уже она оказалась на том самом кресле.
- Слушай меня внимательно, и делай все так, как я говорю. - сказал врач, занимающий напротив нее место.
Вокруг находились другие врачи, медсестры, санитарки. Каждый выполнял свою функцию.
- Дыши...а теперь... давай-ка, тужься...еще...отдохни...
Аделия закусила губу до самой крови, сдерживая рвущийся изнутри крик. Тело ломило, ощущение было, словно сын пытался ногами пробить ее грудную клетку.
- Ну же, тужься! Еще! Сильнее...
Она тяжело дышала, цепляясь в расшатанную ручку кресла. Казалось, время замерло. Остановилось. Было больно. Но Аделия со всех сил старалась не кричать, понимая, что где-то там за пределами родильной сейчас сходили сума ее мужья.
- Вот так... уже показалась головка...хорошо...еще немного...последний потуг...
И миг, когда из нее вышел ребенок, девушка смогла тихо перевести дыхание, ощутив какую-то пустоту внутри. И пусть беременность была нетипичной для людей, она родила здорового и крепкого сына, который сразу же огласил этот мир своим возмущенным криком.