Восстановленная (ЛП)

— Мера!
Я услышала его рев. Моя волчица даже приостановилась. Тень остановил ее так, как не смогла бы я, и это было… любопытно. Очевидно, что для нас он все еще был альфой, но, несмотря на то, что он заставил ее остановиться, он был слишком далеко, чтобы полностью связать ее. Она продолжила быстрый бег, петляя между домами, по пути поджигая некоторые из них.
Черт.
Этот ее план был абсолютный дерьмом. Я бы никогда не стала разрушать дома таким образом, но это было вне моего контроля. Огненная волчица была главной, и ей было наплевать.
  
Когда мы углубились в деревню, приближаясь к тому, что казалось центром, на нашем пути возникла фигура. Высокий мужчина с коричневой кожей, без единого волоска, на обнаженной груди, на нем были только кожаные штаны. На его коже были танцующие татуировки. Определенно, член королевской семьи.
Он что-то крикнул мне, но это было на непонятном мне языке. Очевидно. Тень и Ангел выучили английский за долгие годы, проведенные на Земле; они говорили примерно на миллиарде языков. Я была единственной идиоткой, которая знала только один.
Не понимая его, мой волк просто рванула вперед. Он снова закричал и на этот раз выстрелил в нас энергией, которая хлынула из его длинных пальцев. Наше пламя взметнулось выше, чтобы попытаться сжечь ее, прежде чем она коснется нас, но это не сработало.
Его магия ударила в нашу сторону, и, хотя в меня никогда не стреляли, я могла только догадываться, что ощущения были очень похожи на те, которые испытывали мы сейчас. Нас отбросило назад, и пламя мгновенно погасло.
Что бы в нас ни попало, оно было похоже на черную смолу, осевшую на меху у меня на боку, прежде чем начать растекаться по всему телу.
Мужчина снова закричал, и в его голосе звучало удовлетворение. Из моего нынешнего положения, когда я растянулась на земле, казалось, что я еще больше пропиталась темной смолой. Не желая, чтобы на меня снова напали, я попыталась подняться на ноги, обнаружив, что задача оказалась сложнее, чем ожидалось.
Когда он подошел ближе, не переставая кричать, призрачные существа набросились на него и атаковали. Он сопротивлялся, но их было слишком много, и он был повержен почти мгновенно. Мои замечательные и заботливые создания.
Но они опоздали на мгновение. Темная жижа теперь покрывала половину моего тела, и хотя я понятия не имела, что произойдет, когда она достигнет лица, что-то подсказывало мне, что ничего хорошего из этого не выйдет.
«Вернись назад», взмолилась я своему волку, но в ответ услышала только поскуливание.
Эта грязь лишила нас источника энергии и очень скоро, вероятно, оборвет и мою жизнь.
Твари, покончив с парнем, снова окружили меня, и я почувствовала их покровительство. Они оберегали меня так, как только могли, и какая бы преданность ни была у них к тем, кому они служили — к королевской семье, у которой я их украла, — она давно ушла, передавшись моей волчице, которая называла их домом. Она позвала их к нам, потому что мы были кем-то вроде чертовых заклинателей теней.
— Мера!
Это снова был его голос, и моя волчица боролась, сражаясь с наползающей тьмой.
Бесполезная борьба.
Я знала, что при появлении Тени существа расступаются перед ним только тогда, когда он использует свою энергию, чтобы убрать их с дороги. Я понятия не имела, насколько сильно я уже была покрыта этой грязью, но предполагала, что процентов на восемьдесят, свободными оставались только шея и голова.
Я могла видеть только ярость на его лице, и, как ни странно, это меня успокоило. Было безумием думать, что мой рыцарь на белом коне прибыл, чтобы спасти положение. Во-первых, я не была поклонницей рыцарей, как говорилось ранее. А во-вторых, Тень был кем угодно, только не спасителем; он был дьяволом в ночи — как уже говорилось ранее.
Но я поняла, что его лицо, станет последним, что я увижу, и это было не самое худшее зрелище. Он предавал меня меньше, чем большинство, и это, черт возьми, уже достижение. А когда за его плечом появилась Ангел, выглядевшая по-настоящему испуганной, возможно, впервые с тех пор, как я ее узнала, я испытала еще большее облегчение от того, что рядом со мной была подруга.
У моей волчицы вырвался вой, потому что прощаться словами было очень тяжело, когда у тебя не было голосовых связок. Могли ли они увидеть по моим глазам, как много они оба значили для меня? Какой счастливой я себя чувствовала, когда меня перебросили через плечо Теневого Ублюдка и втянули в мир книг, магии и… любви.
— Нет, — отрезал Тень. — Убери это чертово выражение со своего лица, волчонок. Ты никуда не уйдешь.
Он с легкостью поднял меня, а потом побежал.
— Что ты делаешь? — закричала Ангел, взмывая в воздух над ним.
Существа, возможно, преследовали нас… я не могла сказать наверняка, так как темнота наползала на мою макушку, приближаясь к глазам. Вокруг нас раздавались звуки битвы, и я могла только предположить, что жители деревни пытались напасть, в то время как существа держали их на расстоянии.
Или, может быть, это был Тень, отражавший их едва ли больше, чем просто мыслью.
Его ярость выходила из-под контроля, вырываясь из него пламенем и темным туманом, превращая этот город в руины. Я всегда мечтала о партнере, который ради меня сжег бы мир дотла, и, похоже, мне удастся притвориться, что он у меня есть, еще на несколько минут.
В поле зрения появился Инки, и, похоже, он помогал сжечь город дотла. Отличная, блядь, работа, Мера. Теперь Тень никак не мог проникнуть в королевскую резиденцию незамеченным, и я надеялась, что ему все же удастся отомстить.
Он заслужил это. Даже если я этого здесь не услышу.
Тень ревел. Я чувствовала, как сотрясается его грудь, но звука не было слышно. Теперь мои уши были полностью заложены, и когда остатки грязи попали мне в глаза, я открыла рот и издала еще один вой.
Мне показалось, что это подходящий способ уйти.
Глава 18
Мои ожидания умерли так и не появившись.
Это был не конец, когда я оказалась заключена в темный кокон из смолы, который держал меня в стазисе, как жертву комы, которая все еще была в сознании, но не могла двигаться.
Я хотела закричать. Пошевелиться. Прорваться сквозь то, что удерживало меня, но я была поглощена темной магией своей тюрьмы. Внешний мир перестал существовать, по крайней мере, сначала, а потом стало очень холодно. Такой ледяной холод, что у меня перехватило дыхание, пока он не исчез, сменившись таким сильным жаром, что я подумала, не запекаюсь ли заживо.
Жар и холод продолжались так долго, что могли пройти дни, годы или целые жизни. В этой коме наяву время не имело особого значения, а мои мысли были беспорядочными и рассеянными, будто мне не хватало кислорода, и я больше не могла мыслить нормально.
С течением времени моя волчица все глубже погружалась в себя, и в какой-то момент я потеряла ее, вернувшись в свой человеческий облик.
— Сражайся, Мера! Давай, Солнышко. Ты сильнее, чем эта плеть Лейчера.
Я услышала его. Это был первый посторонний шум, который проник в мою тюрьму с тех пор, как я была заключена, и хотя я понятия не имела, что такое плеть Лейчера, мне понравилась идея борьбы с ней.
Я была жертвой слишком долго.
Напрягая всю свою энергию и руки, я царапала свою клетку, лед и пламя все еще чередовались, пока я боролась. Когда я надавила сильнее, моя энергия почти иссякла, и я почувствовала, как что-то слегка треснуло под моими пальцами. Это придало мне сил, и я надавила сильнее, пока меня не обдало порывом свежего воздуха, и я не выкатилась из клетки.
  
Сильные руки подхватили меня, и я закашлялась, наполняя легкие воздухом. Удивляясь, почему меня так держат, я сосредоточилась на том, что меня окружало, и обнаружила, что внизу бурлит красного цвета мир.
Пропасть с лавой.
Черт возьми.
— Тень, — выдохнула я, когда он потащил меня вверх, подальше от горящего потока внизу.