Лабиринты любви

Черная лошадь, черный всадник. При виде Буна верхом на черном дьяволе, который покалечил Томаса Т., у Кит перехватило дыхание. Жеребец скакал по Главной улице, дугой выгнув шею и вращая глазами. Бун крепко держал его за уздцы, и ни у кого не могло возникнуть сомнения в том, кто здесь главный.
Кит обратила внимание на мельчайшие подробности, касающиеся Бандита: клочья пены на удилах; мыло, видимое по краям попоны; темные полосы пота на шее и на боках. Должно быть, Бун скакал на нем всю дорогу от ранчо до города, подумала Кит. Возможно, он сделал это, чтобы усмирить животное до того, как они предстанут перед толпой.
Конь и всадник продвигались по улице под нарастающий одобрительный гул. Кит медленно перевела глаза с лошади на всадника и тоже открыла от удивления рот.
Одетый во все черное, Бун гордо восседал на коне, держа прямо голову и не поворачивая ее ни вправо, ни влево. Широкополая ковбойская шляпа была низко надвинута на лоб; он выглядел одиноким. Пара пистолетов, как бы слилась с его бедрами. Он грациозно держался в седле.
Суровый, опасный человек. Толпа сразу ощутила это и насторожилась. Если бы они только знали, что на самом деле перед ними был искушенный юрист международного класса!
Не доехав до дощатого настила, где стояла Кит, он натянул поводья. Кит и все, кто находился рядом, отшатнулись в страхе от мрачного, грозного, незваного гостя. С кошачьей грацией он выпрыгнул из седла и обмотал вожжи вокруг привязи.
К удивлению Кит, Бандит не пытался убежать, а стоял и дрожал. Возможно, Бун был единственным человеком, который не удивился этому, потому что он почти не взглянул на животное, а сразу быстро приблизился к Кит.
С шутливой галантностью он широким жестом снял с головы шляпу в знак приветствия. Жесткий рот скривился в немного угрожающую улыбку.
— Мадам, — проговорил он. — Я полагаю, что вы мисс Роза Таггарт?
Его многозначительный взгляд переместился с ее глаз на губы, и она вдруг поймала себя на том, что зализывает языком поколотый иглой палец. Она поспешно опустила руку и отвела ее за спину.
— Я… да, я мисс Роза Таггарт, — подтвердила она. — Но я не привыкла говорить с незнакомыми людьми на улице.
Вскинув голову, она направилась к двери салуна, тщательно следя за тем, чтобы ее юбки из набивного ситца не коснулись его сапог. Она слышала за своей спиной его голос:
— Мы не долго будем незнакомыми людьми, мисс Таггарт. Можете быть уверены!
Ее уход сопровождался аплодисментами.
 Вторник, день третий 
Всадники в конце Главной улицы размахивали поводьями, пытаясь успокоить своих возбужденных лошадей, пока не прозвучит выстрел стартового пистолета, означающий начало скачек. Небывалые толпы людей растянулись по всей длине улицы, переполнив дощатые настилы, многие высыпали на балконы.
Кит, держа маленький зонтик от солнца с правой стороны, заняла свое место на скамейке в крытой повозке, которая стояла рядом с финишной чертой. Когда Шериф Джек победит, она должна находиться рядом, чтобы поздравить его и поцеловать.
До сих пор праздник шел по сценарию. Несмотря на Ритины страхи из-за нехватки времени для репетиций, несмотря на настойчивость Буна делать все по-своему, не было никаких серьезных отклонений. Даже Бад вошел в образ Шерифа и играл более правдоподобно — возможно, из-за того, что на него оказывало сильное влияние присутствие Буна. И, самое главное, туристы были в полном восторге и не жалели содержимого своих кошельков. Торговля шла так бойко, что продавцы едва успевали заполнять полки товаром.
Челси, скромно одетая Невестка Розы, Диана Таггарт, вскарабкалась в крытую повозку и уселась рядом с Кит. Она заправила назад несколько прядей волос, которые выбились из-под шиньона на шею.
— Клянусь, что женщины в то время были ненормальные, если терпели такую одежду и такие прически, — пожаловалась она.
Приглушенный смех одетых в современные платья зрителей, которые собрались на тротуаре, вызвал ответную улыбку у Кит.
  
— Как дела? — спросила она с легким намеком на то, чтобы Челси не забывалась и не выходила из роли. — Как ты думаешь, победит ли Джеймс на этих скачках?
Челси пыталась поудобнее расправить пышные юбки.
— Эта лошадь из собственных конюшен моего отца, и она побьет, я имею в виду — обойдет, любую лошадь в этой стране.
— Посмотрим. — Кит выгнула шею, вглядываясь за поворот улицы. — Я склонна думать, что Шериф Джек будет…
Раздался выстрел стартового пистолета, за которым мгновенно взревела толпа, оборвав Кит на полуслове. Возбуждение передалось и ей, она вскочила, с нетерпением ожидая увидеть лошадь и всадника, которые первыми, покажутся из-за поворота улицы, — Ли Кокса, играющего Джеймса Таггарта, на породистом, каштанового цвета жеребце, или Бала, играющего Шерифа Джека, на поджарой гнедой кобыле.
Оказалось, это был ни тот и ни другой — Бун на огромном черном Бандите во весь опор промчался по улице и первым пересек финишную линию. Одобрительные возгласы и крики толпы подстегивали его.
За Буном голова в голову скакали Ли и Бад, но они сражались за второе место. Победитель был известен.
— Дьявол! — воскликнула Челси, провожая взглядом участников скачек, проносившихся мимо. — Я хотела сказать — вздор! — Ее щеки горели от возбуждения. — Я была уверена, что победит мой муж Джеймс.
— А я была уверена, что победит Шериф Джек! — простонала Кит. — Почему мы должны целовать только победителя! Я думаю, что нам надо предложить поцелуи и другим участникам в качестве утешения. — Она подобрала одной рукой юбки, собираясь спуститься вниз с повозки. — В конце концов, не в том дело, выиграешь ты или проиграешь, а в том, как ты сыграл эту роль. Гм!
Она зацепилась за что-то спиной; стесненная в движениях своей одеждой, Кит попыталась опереться на зонтик, но зацепилась еще и за край сиденья и не могла двинуться ни вверх, ни вниз.
— Челси, помоги мне! — попросила Кит, боясь упасть.
На помощь ей пришла не Челси — это был Бун. Она скоро поняла, что именно он не дал ей упасть; теперь он просто обнял ее за талию и посадил на сиденье в повозке.
— Что вы делаете? — закричала она, пытаясь восстановить свое достоинство и свое равновесие. Она толкала его в грудь кончиком своего зонтика. — Как вы смеете прикасаться ко мне?
Дьявольская ухмылка тронула губы Буна.
— Я пришел, чтобы получить свой приз, — сказал он.
— Какой приз?
— Разве победителя не ждет поцелуй?
— От меня? Вы, должно быть, шутите! — надменно проговорила она.
— Нет, не шучу. — Он приблизился к ней на шаг. — Я бы никогда не стал участвовать в скачках, если бы один ковбой не сказал мне, что каждый год победителя скачек ждет поцелуй самой красивой девушки из трех округов. Этой девушкой, мисс Роза, являетесь вы.
— Но Шериф должен был… я имею в виду, что Шериф Джек всегда побеждает на скачках. — Она почувствовала, что краснеет. Предполагалось, что Бад — Джек будет постоянно брать верх над этим злобным вооруженным Бандитом, в том числе и на скачках. Во всяком случае, где Шериф?
Она оглянулась вокруг, шаря глазами по толпе.
— Не торопись.
Она почувствовала, что Бун взял ее за локти. И прежде, чем она успела возразить, он приподнял Кит и поцеловал.
И вдруг все переменилось. Не было больше Буна и Розы. Это были Бун и Кит. В отчаянии она попыталась оттолкнуть его, слишком хорошо зная власть его поцелуя над собой. У нее закружилась голова. Ее глаза широко раскрылись — Кит не знала, когда их закрыла, — и она увидела Шерифа Джека. Он был в ярости.
— Я буду благодарен, если ты отпустишь леди, — в голосе его звучала угроза. — Нам не нравится, когда в нашем городе посторонние люди пристают к порядочным женщинам.
Бун бережно поставил Кит на ноги, убедившись, что она прочно стоит, прежде чем ее отпустить. В его улыбке было что-то опасное. Он повернулся к Баду, и улыбка исчезла.