Лабиринты любви

Так-то вот! Ее присутствие здесь было только во вред Томасу Т.! Она не думала, что можно чувствовать себя более подавленной, но, кажется, она ошибалась.
Бун весь день занимался подготовкой к отъезду, а Кит проторчала на репетиции. Томас Т. и Бун уезжают завтра, хорошо бы, чтоб ей удалось избежать встречи с Буном до того времени…
И ей это почти удалось. В машине, готовой ехать в аэропорт, Томас Т. опустил стекло со своей стороны — он не любил чертов кондиционер в салоне.
— Нашла квартиру? — спросил он Кит.
Она все внимание сосредоточила только на нем, хотя знала, что Бун, перед тем как сесть в машину, повернется и посмотрит на нее.
— Пока нет. Но не беспокойтесь, я уеду до того, как вы возвратитесь назад.
— Куда уедешь? — спросил Бун.
— Я беспокоюсь, — продолжал Томас Т., не обращая внимания на вопрос своего внука, — я беспокоюсь, но не об этом. Я беспокоюсь о том, чтобы ты нашла подходящее место. Миссис Бейкер сдает хорошую квартиру над гаражом. Она говорит, что ты можешь…
— Томас Т., разреши мне это сделать самой, хорошо? Я в состоянии поискать…
— Какого черта, о чем вы говорите? — Бун наклонился вперед. В его глазах светился гнев.
— Я переезжаю в город. А ты чего ожидал? Что, когда Томас Т. будет продавать ранчо, и я перейду к покупателю, как какая-нибудь конюшня или загон для скота?!
Он был в такой ярости, что, кажется, мог бы перепрыгнуть через машину, чтобы вцепиться в Кит и встряхнуть ее как следует. Но потом он словно повернул выключатель и ярость исчезла, на его лице появилась маска профессионала-адвоката. Когда он заговорил, в его речи не было и намека на излишнюю эмоциональность.
— Конечно же, нет, но нет и особой причины торопиться. Воспользуйся случаем и подбери, что тебе действительно понравится, а потом дай мне знать, и я обо всем позабочусь.
— О ч-чем ты говоришь?
Он приподнял брови с холодным выражением лица.
— Я говорю, что обо всем позабочусь, — подчеркнуто повторил он. — Мы не выбрасываем тебя на улицу, Кэтрин.
Никогда в жизни Кит не переживала такого оскорбления.
— Я не нуждаюсь в твоем милосердии! — закричала она. — Как ты недавно подчеркнул, я не принадлежу к семье Таггартов, поэтому вы мне ничего не должны!
— Поступай как хочешь! — Бун пожал плечами. — Но не принимай поспешных решений, о которых потом можешь пожалеть.
Томас Т. протянул из окна руку и потрепал Кит по руке.
— Он имел в виду, чтобы ты не причинила вреда себе, желая досадить другому. Это хороший совет, девочка. Не позволяй ему так раздражать себя…
— Томас Т., я тебя очень люблю. Но если я никогда не увижу этого отступника, твоего внука…
Она повернулась и побежала к дому. Она чувствовала зной техасского солнца на своей спине, слезы, струившиеся по ее щекам; слышала стук своих каблучков, совпадающий с громкими ударами сердца. Но то, о чем она мечтала, она не услышала и не почувствовала: рука Буна не коснулась ее плеча, его шаги не раздались у нее за спиной, его голос не окликнул ее…
Все, что она услышала, — это звуки отъезжающей машины.
Ей было бы, наверное, легче перенести, если бы рядом кто-нибудь чистил наждачной бумагой сковородку.
— Что такое с тобой случилось? — в голосе Риты слышалось раздражение. — Ты выглядишь так, как будто не спала неделю.
Кит тяжело вздохнула. Она знала, что выглядит плохо. Темные круги под глазами и такое выражение на лице, будто для нее все кончилось в этом мире. Она надеялась, что Рита тактично не заметит ее состояния.
— Не беспокойся, все будет в порядке к Дням Шоудауна, — сказала она и… залилась слезами.
Рита уронила свою папку, с которой никогда не расставалась, и обняла Кит, говоря ей ласковым голосом разные утешительные слова. Через несколько минут Кит немного успокоилась. Рита вытащила из кармана юбки пакетик бумажных салфеток и протянула подруге.
— Извини, — сказала Кит, промокнув глаза. — Это просто потому, что Томас Т. и Бун… — Она не смогла продолжить.
— Я слышала, они уезжают на время на Восток, — мягко проговорила Рита.
  
— Да. А ты слышала, что Томас Т. собирается продать свое ранчо и переехать туда насовсем?
Рита побледнела.
— Ты шутишь!
— Хотела бы я, чтобы это была шутка. — Кит с несчастным видом скатала промокшую салфетку в комочек. — Это все дела Буна. Если бы я была сильнее, я бы просто… — Она скрипнула зубами.
Рита села на раскладной деревянный стул.
— С трудом верю во все это, — пробормотала она. — Шоудаун без Таггартов?.. Невозможно себе представить.
Кит кивнула и вновь засопела носом.
— Томас Т. так много сделал для нас, — проговорила Рита дрогнувшим голосом.
— И для вас тоже? — Кит знала, что Томас Т. питает особую любовь к Рите и ее семье, но не знала причины.
— Он дал денег Джо, чтобы тот построил лесной склад. Понимаешь, просто так дал их, Кит. Он сказал, что Таггарты в долгу перед Лопесами за то, что они делали для ранчо «Рокинг Т.» в течение многих лет. — Рита с удивлением покачала темноволосой головой. — Джо даже не знал этого, но один из его предков, оказывается, заправлял перегоном скота и в семидесятые годы прошлого века обеспечивал крупным рогатым скотом ранчо «Рокинг Т.».
— Это так похоже на Томаса Т. — быть благодарным, всем помогать, — сказала Кит. — Бьюсь об заклад, что в городе вряд ли найдется семья, которой бы он так или иначе не помог. Без Таггартов, возможно, даже не было бы и города. Черт бы побрал этого Буна!
Рита удивилась.
— Почему ты винишь только Буна? У Томаса Т. Таггарта тоже ведь есть голова на плечах, не так ли?
— Потому, что это Бун нашел покупателя на ранчо и уговорил Томаса Т. на продажу. Это он хочет тащить Томаса Т. на Восток, чтобы он жил там. Ты знаешь, отчего все это? Я думаю, что он чувствует свою вину! Бун был плохим, испорченным внуком и теперь считает, что может попрыгать здесь и… и… Почему ты качаешь головой?
— Потому, что Бун не такой.
— Ты в этом уверена?
— Да, так как знаю Буна Таггарта всю жизнь. Он не такой, — упрямо повторила Рита. — Что бы он ни делал, он искренне верит, что так будет лучше для его деда. А если он решит, что не прав, он это признает. — Рита встала и обняла Кит за плечи, тихонько прижав к себе. — Дорогая, я знаю, что тебе больно, но дай Буну действовать свободно, хорошо? Я видела вас вместе…
Кит отпрянула.
— Что ты имеешь в виду?
— Сейчас ты очень раздражена, чтобы выслушать, что я тебе скажу. — Рита взглянула на свои часики. — Кроме того, мы опаздываем с репетицией. Самое лучшее, что ты сейчас можешь сделать, — это переключиться на что-то другое. Притворись, что ты влюблена в Бада Вильямса, — это отвлечет тебя на время!
— Мисс Роза, вы танцуете божественно!
— Ах, Гарри, я не думаю, что жестокий вооруженный бандит будет употреблять такие слова, как «божественно».
— Да, возможно, ты права. Хорошо, а как насчет этого? «Мисс Роза, вы танцуете с грацией феи». Это лучше? — Джек, я так боюсь! Этот ужасный Бандит привел в город всю свою банду. Вдруг он попытается сорвать наше венчание?
— Ну-ну, Рози, пусть твоя хорошенькая головка не беспокоится насчет этого. Если они ужасно хотят получить на обед горячий свинец, то они пришли в верное место. Или холодную сталь на завтрак — черт! Для меня это одно и то же. Я перебью их поодиночке или пачками. Я устелю ими Главную улицу! Будь они прокляты, я заставлю их пожалеть!.. Что, я перестарался? Я всю ночь репетировал эту речь!
— Эти перья глупо выглядят. Посмотри, они сползают мне на глаза. Я не собираюсь их носить!
— Надень их, Сие! Надень эти чертовы перья, или тебе придется проститься с танцующими девочками и перейти к тем, кто занимается стежкой одеял.
— Хорошо-хорошо, не надо на это обращать внимания…
— …и она прочла об этом в какой-то калифорнийской газете? Это не розыгрыш?
— Ага, и какой-то большой журнал поместил фотографию на следующий день. Здорово, кажется, к нам соберутся люди отовсюду — от побережья до побережья, от границы до границы.