Лабиринты любви

Бун нахмурился.
— Я не менял своего решения, Китти. У меня никогда не было намерения продавать ранчо против воли старика, я не мог бы этого сделать. Он здесь распоряжается всем. И он сам должен все решить.
Горло Кит как будто сжали тиски.
— Но… но… ты сказал, что понял!
— Да, понял. Но я также понимаю, что мой дед становится старым. Он должен быть со мной, а моя жизнь — это Нью-Йорк.
В возбуждении она схватила его обеими руками за рубашку, мягкий трикотаж, из которого она была сшита, растянулся в разные стороны.
— Но твоя жизнь может быть и здесь! Почему ты непременно хочешь жить в этом ужасном Нью-Йорке? Что ты имеешь там такого, чего не мог бы иметь здесь?
И тут ее мгновенно озарило: женщина! Кит подумала, что ее сердце сейчас разорвется.
  
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
 
Кажется, больше не о чем было говорить. Потерпевшая поражение Кит рванула дверцу машины, испытывая единственное желание — убежать.
Но Бун поймал ее за руку и задержал.
— Что с тобой происходит? Что у тебя на уме? — удивленно спросил он.
— Я просто раскрыла тайную причину. — Она оттолкнула его руку.
— Какую тайную причину?
— Тайную причину, притягивающую тебя к Нью-Йорку.
Кажется, это его удивило.
— Я бы хотел тоже ее узнать.
Она вскинула голову и гордо взглянула на него.
— Вероятно, это — женщина.
— Какая женщина? — Бун смущенно посмотрел на нее.
— Женщина, которая интересует тебя.
— Из чего ты сделала вывод, что меня интересуют нью-йоркские женщины?
— Прежде всего — эта твоя упрямая настойчивость снова вернуться туда!
— А, понимаю. Те факты, что я работаю в нью-йоркской юридической компании и что у меня есть там свой особняк, очевидно, в расчет не принимаются, так я полагаю? Может, мне там просто нравится!
— Вряд ли. — Она снисходительно подняла одну бровь.
— Недостаточно веский аргумент, да? Нужно было подготовиться получше? С чего ты взяла, что у меня есть какая-то женщина в Нью-Йорке, которая ждет меня?
— А Бри? — глядя ему прямо в глаза, сказала Кит.
Бун остался сидеть в машине, размышляя, откуда Кит стало известно это имя. Потом он вспомнил телефонный звонок, когда Кит его подзывала…
Рита быстрым шагом приближалась к залу для репетиций. Увидев сидящего в машине Буна, она резко остановилась.
— Ты приехал на заседание Комитета? — с надеждой в голосе спросила она.
Он покачал головой. Рита пожала плечами, бросила на него печальный взгляд и скрылась за дверью. Бун продолжал думать о Бри. Он признал, что последнее время она мало занимала его мысли.
Это немного тревожило его. Он должен был бы вспоминать о ней хотя бы изредка. Между ними не было никаких обязательств, но он понимал, что, возможно, однажды…
Черт! Мужчина не может думать о своем будущем с женщиной, лица которой не в состоянии вспомнить через неделю после расставания! Разлука не заставила его сердце любить сильнее. Получалось как в поговорке «С глаз долой, из сердца вон!».
Спасибо Кит, что она указала мне на это, с раздражением подумал он. Для женщины, которая не хочет никому причинять беспокойство, она постаралась на совесть.
Он выбрался из машины и украдкой направился к двери здания, где проходила репетиция, не давая полностью себе отчета в том, что делает.
Кит увидела Буна в тот момент, как он вошел. Она быстро отвернулась, чтобы он не подумал, что она следит за ним. Она была рада, что заняла место в первом ряду между Ли Коксом и Челси — соответственно Братом и Невесткой Розы.
Кит лучезарной улыбкой одарила Челси, решив дать понять Буну, что она не ищет и не хочет его внимания.
Челси отказалась поддержать ее игру.
— Кто это? — прошептала она, указывая на Буна.
— Никто, — ответила Кит. — Давай обсудим переделку твоего костюма…
Она поняла, что он подошел к ней и стоит у нее за спиной, по широко раскрытым глазам Челси. От его голоса у Кит по спине побежали мурашки.
— Лади, — обратился Бун к Ли Коксу, — можно попросить тебя поменяться со мной местами? Кит должна была занять мне место, но, должно быть, забыла.
  
Кит быстро повернулась, приготовившись резко ответить ему, но слова застряли у нее в горле от обезоруживающей улыбки Буна.
Ли поднялся.
— Конечно, Бун. — Он передвинулся на один стул. — Только теперь меня зовут Ли, никто больше не зовет меня Лади. Ты слишком долго здесь не был.
— Не ты первый говоришь мне об этом, — сухо признал Бун.
Ли усмехнулся.
— Итак, ты собираешься участвовать в представлении?
Бун покачал головой.
— Нет, я здесь просто для того, чтобы морально поддержать Кит. Она — звезда, ты же знаешь. — Он сел, скрестив руки на груди, и выжидающе посмотрел на нее.
Кит скрипнула зубами.
— Пожалуйста, уходи отсюда и оставь меня в покое!
— Ни за что. — Он посмотрел на Челси. — Привет! — сказал он. — Меня зовут Бун Таггарт. Кажется, мы не встречались.
— Челси Мертон.
Сидящая между ними Кит попыталась отклониться в сторону, но вместо этого наткнулась прямо на руку Челси. Отклонившись назад, она натолкнулась на руку Буна. Челси и Бун засмеялись, но Кит было не смешно. Она вскочила на ноги.
— Кажется, я вам мешаю?
В этот момент Рита попросила внимания.
— Начинаем! Сегодня нам надо обсудить много тем. — Рита стала перекладывать и просматривать свои бумаги в папке. — Я хочу вначале сделать несколько объявлений, а потом мы разобьемся на группы, которые будут репетировать отдельно. Играющие жителей города встречаются в столовой начальной школы. Завсегдатаи кабаков, игроки и девочки-партнерши на платных танцах будут репетировать сцену большой драки в салуне «Желтая Роза» — все, кроме главных героев, которые будут работать прямо здесь, в этой комнате, — это Роза, Шериф, Бандит и Брат Розы. Диана! Где Диана? — Рита окинула взглядом заполненную народом комнату.
Челси помахала рукой.
— Я здесь!
— Диана, ты и женщины, занимающиеся стежкой одеял, пойдете в старую церковь репетировать сцену венчания.
— Хорошо, — согласилась Челси, пробормотав: — Проклятие! Могу поспорить, что девочки-танцовщицы получат большее удовольствие!
— Жизнь несправедлива, не так ли? — пробормотала Кит с издевкой.
Рита со сцены громко похлопала в ладоши.
— Итак, все расходятся!
Люди стали поспешно расходиться. Остались только главные герои; главные герои и Бун Таггарт. Бад Вильямс тяжело взобрался на сцену.
Он хитро посмотрел на Буна.
— Как поживает тот большой черный жеребец? — поинтересовался он.
— В полном порядке, — в тон ответил Бун.
— Я рад это слышать, — вставил Гарри Микс. Как и обычно, он был само олицетворение джентльмена-южанина: белый костюм, голубые глаза и светлые волосы. — У меня не очень хорошее предчувствие относительно этих репетиций. До сих пор не знаю, почему дал себя уговорить на участие во всем этом. Я просто не очень хорошо себя чувствую в роли негодяя.
— Ну, Гарри… — начала Кит, но Бад оборвал ее.
— А как же я? — толстое лицо Бада покраснело. — Я играл этого проклятого Бандита три последних года — разве я не заслужил перерыв? Три года подряд меня «подстреливали» на улице, как бешеную собаку, нет уж — на этот раз я хочу оказаться уцелевшим!
— А я и не претендую на твою роль, Бад, — сказал Гарри. — Я вообще не хочу никакой роли. Вначале я подумал, ну почему бы не поучаствовать, однако как вспомнил, что кто-нибудь на Днях Шоудауна обязательно получает ушибы, ранения, особенно в этой сцене большой драки, то мне тут же расхотелось. Моя мама говорит…
— Все готовы? — Рита огляделась вокруг, оценивая ситуацию. — Давайте начнем со сцены предложения, которое Джек делает Розе. Актеры, пожалуйста, сюда.
— Но я думал, что сегодня отработаем сцену драки, — возразил Ли. — Ты говорила…
Рита с раздражением посмотрела на него.
— Доктор Престон уехал принимать роды — я не знаю, почему он счел это более важным, чем репетиция сцены драки. Не беспокойся, Ли, ты не упустишь свой шанс заехать пару раз кулаком. Действительно… — Она устремила свой взор на Буна, который до сих пор сидел здесь как сторонний наблюдатель. — Бун, я полагаю, ты мог бы оказать мне любезность!