Лабиринты любви

Рита и Кит, проводив Буна взглядами до двери, уставились друг на дружку. Кит пожала плечами, как бы подтверждая свои слова: «Я же тебе говорила».
Рита вздохнула.
— Боже! Он был бы прекрасен в роли Шерифа! Но как убедить его в этом? Должен же быть какой-то способ?..
Если такой способ и был, то Кит все равно не могла тратить время на его поиски. Старый Томас Т. Таггарт постоянно находился в раздраженном состоянии. Когда доктор Престон заехал к ним в полдень, Томас Т. попросил Кит сходить и принести кувшин чая со льдом и затем отправляться по своим делам. Доктор, пожав плечами, уселся на стул, демонстрируя само терпение, хотя и он, и Кит знали, что его жена не любит, когда он опаздывает домой к обеду.
Когда Бун стал пододвигать себе стул, дед остановил его со словами:
— Ты тоже, мальчик, свободен. То, что говорится между врачом и его пациентом, не касается никого.
— Но…
Доктор Престон поднял руки в примиряющем жесте.
— Мы поговорим с вами перед моим отъездом, — пообещал он.
Итак, все закончилось тем, что Кит и Бун остались ждать вместе на веранде: он — сидя на плетеном стуле с беззаботным выражением лица, она — расхаживая взад-вперед. Все это время Кит исподтишка наблюдала за ним, восхищаясь его непринужденностью.
— Я заметила, что Бандита больше нет в загоне. Что ты с ним сделал? — спросила она после довольно продолжительной паузы.
— Перевел на северное пастбище. Более уединенное. — Уголки его губ приподнялись.
Кит покачалась на каблуках, держа руки в карманах джинсов.
— Ты рассказал Томасу Т., что случилось?
По лицу Буна расплылась широкая улыбка.
— Конечно. Это ему понравилось. Заставило его пересмотреть свое поражение в схватке с Бандитом — внуку, оказывается, повезло не больше!
Кит улыбнулась в ответ, подумав, какой Бун красивый!
— Честно говоря, у тебя все шло прекрасно, пока я не испортила.
— Я даже не сказал ему, что ты была там.
— Почему? Я готова признать свою вину.
— Зачем? Дед может разволноваться, когда узнает, что ты бегала по ранчо среди ночи. Или подумает, что я пытался спрятаться за женскую юбку, ах нет, за ночную рубашку, ведь ты была в ней. Спасибо, лучше не надо.
Кит раздраженно втянула воздух.
— Но рано или поздно он наверняка кому-нибудь расскажет, и тогда все в городе будут знать, что Бандит одержал еще одну победу, уже над второй жертвой! Это нечестно по отношению к тебе, Бун.
— Для меня это не имеет значения, так как я не собираюсь здесь надолго задерживаться.
При этих словах у Кит оборвалось дыхание, хотя она сама недавно говорила Рите то же.
— О! — слабо вымолвила она. Добродушное выражение исчезло с лица Буна, он весь собрался и, едва ли не отчеканивая каждое слово, продолжил:
— У меня же работа, обязательства. Чем дольше меня не будет, тем хуже… — Внезапно он прервался и стал задумчиво смотреть сквозь жалюзи на залитый солнцем техасский ландшафт. Через минуту он спросил: — Как ты думаешь, сколько времени потребуется Томасу Т., чтобы полностью поправиться?
— Н-нууу… — Кит сжала губы, обдумывая ответ. — Затрудняюсь точно сказать, — произнесла она наконец.
— Но недолго?
— Возможно, нет.
— Хорошо. Потому что, как только он окрепнет настолько, что сможет лететь на самолете, я заберу его с собой в Нью-Йорк.
— Нет! — Она прижала одну руку к груди.
— Пока в гости. Изменение обстановки пойдет ему на пользу, а я тем временем разберусь с кое-какими срочными делами в офисе. Может быть, мне даже удастся убедить его, что Нью-Йорк — не просто огромный город. Но я не заберу его отсюда без его согласия.
— О, Бун, нет, — Кит жалко уставилась на кончики своих зауженных туфель. — Я думала… Я надеялась…
— Что я передумаю? То, что я не говорил о том, что отсюда надо переезжать, вовсе не значит, что я изменил свое мнение.
— Переезжать?! — Оскорбленная, она сжала руки в кулаки. — Как ты можешь быть таким бессердечным? Здесь создавалась история семьи Таггарт — фактически история всего города. Меня бесят твои высказывания!..
— Гм. — Доктор Престон остановился в дверях, громко прочищая горло. Он перевел взгляд с Кит на Буна, потом обратно. Взгляд его был ясным, и в нем сквозил живой интерес. — Вы хотели о чем-то меня спросить? — напомнил он Буну.
  
— Да-да. — Бун сопроводил доктора до двери. — Я просто хотел узнать, когда наш старый лентяй будет в полном порядке? Кит уже сказала мне, что…
Мужчины спустились с веранды и направились к черному «линкольну» доктора. Кит смотрела им вслед, чувствуя, что ее предали. Бун исказил ее слова, но это был пустяк по сравнению с тем, что он собирался сделать.
Как удержать его от этого?
В половине шестого, открывая дверь Дженни Мертон, медсестре, работающей у доктора Престона, Кит все еще билась над этим вопросом. Дженни была вторым человеком, который подбадривал Томаса Т. своим живым темпераментом. Казалось, ей действительно нравится приходить на ранчо и общаться со столь раздражительным пациентом.
— Ты не торопись, иди развлекись немного, — сказала она Кит. — После недельного сидения взаперти с таким человеком ты это заслужила.
— Спасибо, но я постараюсь не задерживаться. — Кит повесила через плечо сумочку. — Заседание Комитета по проведению Дней Шоудауна начинается в шесть часов, и я буду дома вскоре после его окончания.
— Не торопись так из-за меня. — Дженни вытянула шею и осмотрелась кругом. — Я слышала, что вернулся Бун, — сказала она, в ее глазах сквозило любопытство. — Слышала также, что черный жеребец сбросил его, но все обошлось благополучно!
Отлично, подумала Кит, городская «служба местного радио» уже заработала!
— Кажется, так, — уклонилась она от прямого ответа.
— Хотела бы я это видеть! — Дженни прошлась, заглянула в прихожую. — Ну, где он? Сие сказала мне, что он такой красивый молодой человек!
Кит засмеялась.
— Я не знаю, где Бун в данный момент. Он уехал из дому около часа назад.
Дженни тяжело вздохнула:
— Ну ладно, я могу пережить это разочарование.
Раздался громкий звон колокольчика Томаса Т. и вслед за ним его голос:
— Кит, ты все еще здесь или уже ушла и оставила меня на попечение средней девочки Джо Старки? Черт возьми, кто-нибудь ответит мне?
Кит автоматически направилась в комнату, но Дженни поймала ее за руку.
— Я это улажу сама, дорогая! — Она на ходу подтянула джинсы, которые надела под бледно-розовый форменный халат. — У меня сейчас как раз такое настроение, чтобы сбить с толку этого старого ворчуна. Может, даже обыграю его в шашки.
Итак, кто бы, вы думали, стоял у дверей комнаты, где намечалось заседание Комитета по проведению Дней Шоудауна? Естественно, Бун. Кит удивленно посмотрела на него.
— Что ты здесь делаешь? — спросила она. Он взял ее за руку и повернул к двери.
— Решил заскочить, чтобы защитить честь моей семьи, — ответил он.
Она не могла понять, шутит он или говорит серьезно, но, как бы то ни было, если он захотел, то у него есть все основания присутствовать здесь. Хотя его присутствие для нее нелегкое испытание.
Бун открыл дверь и пропустил Кит вперед. Собралось уже человек двадцать, и каждый из присутствовавших повернул голову, чтобы посмотреть на Кит и Буна, да так и застыл в немой позе.
— Что? — раздраженно спросила Кит, обращаясь сразу ко всем. — Что вы так смотрите, я ведь не опоздала, не правда ли? — (Головы молча кивнули утвердительно.) — Я забыла что-нибудь надеть? — Она сделала вид, что проверяет на себе одежду. — Нет, вроде все в порядке. Джинсы на мне, рубашка тоже, ботинки на ногах. — (На лицах онемевших горожан расплылись широкие улыбки.) — Это заседание Комитета по Дням Шоудауна, так? — Кит вопросительно наклонила голову набок.
— Верно, все верно, — ответили ей сразу несколько голосов.
Кит указала на себя:
— А я — Кит Маккри, заместитель председателя по проведению предстоящего праздника.
— Ага! — Рита выступила вперед, у нее улыбка была еще шире. — Вот тут ты ошибаешься. Ты Роза Таггарт, главная героиня! Поздравляю, Кит! Тебя единогласно выбрал Комитет!