Три причины умереть раньше времени (ЛП)

- Господи, Алекс, мне жаль, что я ничего этого не помню, - сказала я. - Похоже, я попала в опасную ситуацию.
- В африканских странах вам обычно дают полную свободу действий, потому что ваши документальные фильмы приводят к огромным пожертвованиям со всего мира. Люди хотят спасти великолепных зверей, за которых вы сражаетесь, призывая защитить их. Я не думаю, что они подозревают, насколько вы хитры. Часто нарушители знают, что вы копаете глубже браконьеров, но вы привлекаете в страны людей с деньгами.
  
- Ты знаешь, по какой схеме мы работаем? - спросила я.
- Вы с Россом ведете следственную работу, а Ли занимается преследованием преступников. Росс - удостоенный наград видеооператор, ты - награжденный наградами репортер. Ваше прикрытие просто великолепно. Ли бесится, потому что ты отправила свои записи и доказательства в безопасное место, неизвестное ей.
- Я всегда так делаю?
- Да, - сказала Алекс. - Если ты чувствуешь, что накопленная тобой информация опасна или угрожает вашей команде, ты всегда отправляешь ее в США. Ты никогда не пытаешься пронести ее через таможню. Притворяешься, что проносишь, но не делаешь этого. У тебя несколько раз конфисковывали весь материал. Они всегда возвращают тебе носители, но стирают то, что они хранили в себе. Поэтому у тебя всегда есть резервная копия.
- Ты знаешь, куда я их отправляю? - спросила я.
- Нет, ты никогда не говорила мне. Боялась, что иначе я окажусь в опасности, если кто-нибудь подумает, что у меня есть подобная информация. Ты отправляешь ее на неизвестный мне почтовый адрес.
- Кто знает, что это моя обычная процедура при обработке опасной информации?
- Росс, Ли и я. Ты рассказываешь мне все, кроме вещей, которые могут убить меня, - она усмехнулась, но я увидела печаль в ее глазах. - Я благодарю тебя за это.
- Если только мы четверо знаем, как я поступаю с информацией, то почему за мной гоняются еще какие-то люди? - пробормотала я вслух.
Алекс пожала плечами.
- Очевидно, кто-то настучал на тебя плохим парням. Ты признанный мировой авторитет в области незаконной торговли животными и обладаешь информацией, которая может привести к свержению правительств многих стран Африки. Мы должны передать эту информацию в руки правительства США.
- Откуда ты это знаешь?
- Что ты имеешь в виду? - ее сжатая челюсть и поджатые губы сказали мне о том, что ей не нравятся намеки в моих вопросах.
- Откуда ты знаешь, что у меня есть такие доказательства? Кто предоставил тебе эту информацию? - я наблюдала, как ее глаза потемнели от карибского синего до темно-океанского черного.
- Ты, - ответила она, только что не рыча на меня.
Как собака, поймавшая ядовитую змею, я не могла отпустить ее.
- Когда? Не думаю, что я глупая женщина, не думаю, что я сказала тебе об этом во время телефонного разговора.
- Ты серьезно? Ты подозреваешь меня? - в ее голосе были слышны нотки неверия и боли. Она потерла виски кончиками пальцев.
- Посмотри на меня, Слоан! Ты честно думаешь, что я сделаю что-то, что может причинить тебе боль?
Я сразу поняла, что все это неважно. Как Самсон и Далила, я знала, что, прежде чем сама уйду от нее,позволю ей привести меня к полному уничтожению. Я ей не ответила. Не могла говорить из-за комка горечи, стоявшего у меня в горле.
- Слоан, смотри! - тревога в лице Алекс подсказала мне, что что-то произошло еще до того, как я увидела темное облако, появившееся впереди нас.
Прозвучал громкий хлопок, когда внезапный порыв ветра поймал БушКат и подбросил нас вверх. Я боролась, пытаясь удержать самолет в вертикальном положении. Полет на подобном самолете в грозу напоминал полет на кайте в урагане. Крылья самолета представляли из себя простую алюминиевую раму, обтянутую тканью, как паруса на яхте.
- Держись! - закричала я, когда еще один порыв ветра поднял нас еще выше. Нас несло по восходящему потоку, но мне отчаянно нужно было выбраться из него. Он поднимал нас все выше и выше. В какой-то момент от недостатка кислорода мы потеряем сознание.
Я завела мотор самолета на полную мощность, чтобы спуститься под шторм. Мне потребовались все мои силы, чтобы удержать нос в направлении земли. Кажется, каждый раз, когда я спускалась на два фута, ветер подбрасывал нас на пять. Руль погнулся, борясь с моими усилиями удержать нос самолета.
Мягкие руки обернулись вокруг моих ладоней, когда Алекс взялась за контроллер и помогла мне держать его. Мы старались изо всех сил удерживать самолет в нисходящем положении. Маленький БушКат дрожал от крыльев хвоста до пропеллера. Я знала, что как только мы освободимся от сильного ветра, нам нужно немедленно посадить его. В противном случае мы разобьемся.
Ветер уменьшился, как только мы нырнули под бурю. Мы отпустили контроллер, пытаясь остановить смертельную спираль самолета, но он продолжал спускаться к земле. Я схватилась за ручку клапана и потянула ее со всей силой, надеясь, что закрылки замедлят наш спуск.
Самолет захлопал крыльями и застонал. Я ждала, когда он развалится. Алекс продолжала смертельную схватку с контроллером, а я всем своим весом висела на ручке клапана. Все это длилось, как нам казалось, несколько часов, но маленький Бушкат все же выровнялся и перестал дрожать.
“Спасибо тебе, Господи! Мы будем жить!”
- Нам нужно приземлиться, - крикнула я сквозь ливень, который внезапно охватил нас. - Я не могу лететь.
Вода, казалось, лилась на нас со всех сторон. Мы промокли и замерзли.
С помощью руля и молитвы мы приближались к пескам пустыни Сахары. Что бы только я не отдала за двери самолета, которые мы выбросили.
Я сразу же отключила двигатель, боясь падения на песок. Я понятия не имела, что находится вокруг нас. Самолет опустился между двумя песчаными дюнами.
Не говоря ни слова, я забралась за спинку сиденья. Там было больше возможности защититься от сил природы, которые, казалось, находились с нами в состоянии войны. Алекс, не колеблясь, устроилась рядом.
Я расположилась так, чтобы она оказалась между моим телом и задней частью самолета. Это была самая лучшая защита от бури, которую я могла предоставить ей.
Мы цеплялись друг за друга, а шторм продолжал бушевать. Измученные в конец, мы заснули, держась за единственное, что имело значение в нашей жизни - за друг друга.
*****
- Слоан, - прошептала Алекс, потираясь об меня. - Проснись, детка.
Я обняла ее и слегка поцеловала в губы.
- Ты в порядке?
- Да.
Я переместила свой вес, чтобы дать ей побольше места.
- Не уходи, - застонала она, прижимаясь ко мне. - Ты нужна мне.
- Я не уверена, что смогу…
- Просто сделай это, Слоан, - ее голос был низким и хриплым.
Я протолкнула колено ей между ног, чтобы она могла прижаться к нему. Алекс приподняла рубашку и расстегнула бюстгальтер с застежкой спереди. - Пососи меня, детка, - прошептала она.
Я была уверена, что заниматься любовью в БушКате совершенно невозможно, но должна признаться, что это было одно из самых приятных событий, которые я испытала за очень долгое время. Я, конечно же, обнаружила, что с Алекс все возможно и все приятно.
Глава 16
Я вылила в бак самолета последний бензин и отгребла песок от колес. Потоп, который мы перенесли накануне вечером, впитался в засохшую землю, и остался только сухой песок. Через пару часов наша одежда высохла прямо на наших телах.
Я была благодарна, что Алекс купила БушКат с колесиками. Это сделало самолет более легким для маневра. Я проверила колеса, чтобы убедиться в их исправности. У БушКата нет шасси. Их колеса не убираются, как у большинства самолетов. Они постоянно остаются в треугольной формации.
  
Алекс скользнула с вершины дюны.
- Ничего не видно, кроме песка, насколько я могу судить, - сказала она.
- Нам нужно вытащить этого ребенка на место, которое даст нам возможность взлететь, - я опустила на место капот самолета и вытащила из багажного отсека все пустые баллоны.