Наследник Темного Клана 4 (СИ)
— Лишь отчасти, — загадочно ответила мне Тьма.
В подробности она погружаться не захотела. Оно и понятно. Тот, кто рассказывает про собственные слабости, обычно долго не живёт!
— После того, как мне стали понятны свойства Рун, я погрузился в исследования. Сумел найти остатки Черноты, не успевшие укрыться в Чёрных домах, проводил эксперименты… Рассчитывал получить Нобелевскую премию! — Профессор продолжал рассказ. Его глаза затянула мечтательная поволока — воспоминания доставляли ему удовольствие. — Но потом любое обращение к Тьме и Черноте объявили вне закона. Все мои исследования стали не просто никому не интересными, но и опасными. Попасть за решётку мне не хотелось, вот я и оставил все разработки в прошлом. Стал преподавать традиционную теорию и не вспоминал о своём открытии до самого последнего времени…
— Почему вы снова вернулись к исследованиям?
— Из-за вас, господин Оскуритов! — Профессор хитро улыбнулся. — Увидел новость об очищении Чёрного дома. Сразу понял, что гвардейцам это не по зубам и за этим стоит наследник Рода Оскуритовых. Тогда я и сдул пыль со своих наработок. Чувствовал, что мы с вами однажды увидимся. Очень хотелось вас чем-то удивить. Признайтесь, до нашей встречи вы ведь ничего не знали об Изначальных Рунах?
— Ничего. Мы, скажем так, обходились другими средствами…
Этот дедушка с каждым словом удивлял меня всё сильнее. Оказывается, средство для борьбы с Чернотой было разработано ещё много лет назад! Теоретически, с его помощью даже можно было очистить Чёрные дома! Но изобретатель этого средства так испугался преследования, что скрыл все свои наработки и затаился. А ведь, сложись всё по-другому, он мог стать не просто учёным-легендой, а миллионером и национальным героем!
— Маленький Оскурит… Ты же понимаешь, что этот дед — самый опасный конкурент, который у тебя когда-либо был? — прошипела в голове Тьма. — На твоём месте я бы уничтожила его прямо сейчас…
Я понимал, к чему она клонит. Если раньше я пользовался монополией на исследования Чёрных домов, то изобретение профессора Смирного могло лишить меня всех преимуществ. Кому нужен Марк Оскуритов с его особой генетикой, позволяющей заходить в Чёрные дома, когда любой идиот, стоит ему нацепить защитный амулет, может делать то же самое? Правильно, никому! А значит, Богатырёвы больше не будут нуждаться в моих услугах. Также, как и остальные артефакторы. Чёрные дома наводнят тысячи рейдеров, и я тут же стану одним из многих. На большие деньги после этого можно будет уже не рассчитывать.
— Скажите, а вы о своём изобретении кому-нибудь рассказывали?
— Я? Да ни за что! — Профессор Смирный вздрогнул от испуга. — Если гвардейцы узнают, то, чего доброго, схватят под белы рученьки да упекут куда подальше…
Я кивнул. Его страхи и не думали отступать. У человека в руках были огромные возможности, но он просто боялся их применить!
— А на Открытом дне вы что показываете?
— Уж точно не эксперименты с Чернотой! Это только для вас. Особая, скажем так, программа. — Профессор снова вздрогнул. — Остальным я демонстрирую фокусы с иллюзиями. Знаете, очень любопытно получается…
Теперь мне стало понятно, почему, в отличие от остальных стендов, здесь не было очереди. Фокусами с иллюзиями в этом мире было непросто удивить даже ребёнка!
Это было мне только на руку. По всему выходило, что о своём открытии он никому не рассказывал. У меня были все основания считать, что свой секрет он будет хранить и дальше. А значит, убивать его не имело смысла.
— Как знаешь, маленький Оскурит… Вот увидишь — это большая ошибка! – прошептала Тьма.
Толпа вокруг нас пришла в движение. Я заметил проходящую мимо Морозову и Алину, наконец-то закончившую свою презентацию. Помахав им обеим, я повернулся к профессору.
— Благодарю вас за то, что поделились… Это выдающееся научное открытие!
— Которому суждено кануть в безвестность, — грустно закончил он за меня и протянул мне медальон, который достал из нагрудного кармана. — Хотите себе экземплярчик?
— Не откажусь. Спасибо! — поблагодарил я, пряча медальон в карман.
Пусть у меня и были свои собственные методы борьбы с Чернотой, отказываться от дополнительного оружия я не собирался. Никогда не знаешь, что пригодится…
Попрощавшись с профессором, мы с Анастасией поспешили прочь. Толпа вокруг бурлила, двигаясь в каком-то ей одном известном направлении. Мы последовали за остальными, и скоро оказались у деревянного помоста, на который как раз всходила улыбающаяся директор Академии, Амалия Людвиговна.
— Рада приветствовать на нашем ежегодном празднике столько замечательных и приятных лиц! — объявила она, обведя толпу взглядом. — Наш праздник труда и достижений близится к концу, и я хочу объявить финальное мероприятие, ради которого многие сюда и пришли. Ритуальный поединок!
Я не удержался и присвистнул. Ритуальный поединок, значит. А праздник набирает обороты!
Глава 17
Толпа вокруг зашумела, кто-то захлопал в ладоши. Царило всеобщее воодушевление. Сразу понятно, что ритуальные поединки здесь — вполне себе обыденная вещь…
— Только не говори, что ты и про поединок не знаешь, — прошипела мне на ухо Анастасия. — Я такого удивлённого лица у тебя ещё не видела!
— Ну а зачем мне говорить, когда ты уже сама всё знаешь, — хмыкнул я. — Может расскажешь вкратце, что это за зверь такой?
— Сам бы мог всё узнать, если бы захотел! — рыкнула она, но сразу сменила гнев на милость. — Ритуальным он называется просто так, для красного словца, чтобы привлечь больше внимания. Его задача очень простая — показать, что Академия славится не только учёными, но и отличными воинами.
— Понятно, очередной имиджевый ход. Удиви меня, скажи, что там сражаются насмерть!
— Ничего подобного! Академия никогда не будет рисковать жизнями своих учеников. Так что бой продолжается до первого серьёзного ранения или пока один из сражающихся не сдастся.
Теперь я всё окончательно понял. Это и в самом деле было не сражение, а обыкновенная профанация, направленная на то, чтобы влиятельные отцы семейств, насмотревшись на поединки с участием лучших бойцов, загорелись идеей вырастить из своих деточек таких же мастеров меча и бились за право отдать своё чадо на обучение в Академию.
— И как определяются сражающиеся?
— Марк, слишком много вопросов! Нам и в самом деле нужно заняться твоим образованием. — Она с притворной злостью покачала головой. — Жребием, конечно! Директор тянет бумажку из специального барабана, а те, чьи имена она вытащила, выбирают оружие и вступают в бой. Отказаться от поединка нельзя. Точнее, можно. Но тот, кто это сделает, навсегда покроет себя и свой Род несмываемым позором…
Желудок предательски ёкнул. Почему-то я даже не сомневаюсь, чьё имя Амалия вытащит из этого чёртового барабана! Я со своим везением просто не могу остаться в стороне! Нет, перспектива сойтись с кем-то из студентов меня не пугала. После того, через что я прошёл, меня сложно напугать! Но и драться я настроен не был. Хочется хотя бы один день провести в тишине и покое. В конце концов, имею на это право!
— Можешь не беспокоиться, тебе сражаться точно не придётся. — Анастасия словно прочитала мои мысли. — В обязательном порядке в поединке участвуют только старшекурсники. Наш курс может участвовать в сражениях только по собственному желанию. Если ты заранее не бросил своё имя в барабан, то тебе ничего не грозит!
Признаюсь, это звучало… расслабляюще. В кои-то веки отдохну и посмотрю, как сражаются другие!
Тем временем на помосте происходило движение. Туда как раз выкатили пухлый прозрачный бочонок на подставке. Дорохов, заместитель Амалии, выступал в качестве ассистента. Он ловко подхватил бочонок, пару раз встряхнул, и в руки Амалии выпали две бумажки.
— Пётр Хмуров и Елисей Петров! — объявила она.
На сцену поспешили два крепких старшекурсника.
Дорохов снова встряхнул бочонок.