Как песок сквозь пальцы (СИ)

- Ну, для начала. Мышонок только перед вами тихоня, я помню, как он спорил с Виленом и сопротивлялся Амину. А что касается зверюг, Хани, то наши мужья тоже не пушистые котятки и как-то ничего. Мурлыкают и когти подбирают. И любят, чтобы пузико почесали. Так что, идея с жада хороша! Жада посмотрит на обоих претендентов и поверьте, он опытный омега, его лестью не купишь и на мякине не проведешь! Я сегодня же напишу письмо и жада, и Лу и подробно всё объясню!
- Так! - Ясмин забрал карты у Хани. - Полно дел! Хватит баловаться в картишки! И так почти день потеряли на глупости! Детям через два дня в колледж, а они учебники не открывали! Хани, ты хотел успеть до отлета в родной институт мелиорации зайти с новым заместителем директора познакомиться! Салах уже уговорил Мансура не наломать дров сгоряча. Айюб так тяжело вздыхает там в комнате, что просто сердце разрывается! Алан, а мы с тобой ещё наиграемся, когда будем водить за нос переговорщиков! Столько дел!
- Слышите? - Алан поднял палец вверх и напряженно прислушался. - Слышите?
Хани и Ясмин напряженно прислушались. Азиз перестал шуршать бумажками от съеденных конфет, Айюб, который невольно всё слышал, стоя у окна комнаты, тоже прислушался, как на охоте. ДОМ жил своей жизнью. Где-то плакали, где-то смеялись дети. Через стены слышался разудалый мотивчик популярного шлягера. Кто-то визгливо ругался, послышался звук бьющейся посуды, и опять голоса, шарканье ногами, хлопанье дверью. Все как было раньше.
- Колесо нашей жизни завершило свой поворот, - вздохнув, Алан провел перед собой большой круг в воздухе и стукнул пальцем по столу. – Вроде, мы вернулись в ту же точку, где все началось, но мы уже другие, и место уже не то. Здесь появились новые отважные омежки, которые, утерев сопли, идут вперед. И другие альфы борются за их доверие и любовь. И вместо Лу уже другой знайка учит молодую поросль. И растут другие дети. И нам пора в путь дальше…
- Алан, оказывается, ты такой романтик! - Ясмин подвинулся и потрепал друга по голове как ребенка. - Я думал, ты хотел, чтобы мы услышали, как шуршат шоколадные конфеты в твоем кармане. Ты всю игру трогал карман, но так и не выложил их на стол! Не жмотярься, дай конфетку!
- Фигушки! - Алан встал и быстренько отбежал в сторону. - Эти конфеты надо было выиграть, а ты вдруг резко решил бросить игру! Лузер! Да вы с Хани практически проиграли всю свою карамель, с какой это радости вам шоколадные конфеты?
- Алан, лучше беги! - посоветовал Айюб. - Я помню, в прошлый раз тебя жестоко избили подушкой, а потом еще и посидели на тебе, пока не доели последнюю конфету и не облизали последний фантик! Лучше беги!
Алан посмотрел, как Хани и Ясмин выбираются из-за кухонного стола и хищно улыбаются. Алан сглотнул и побежал…
Вместо эпилога
Свой мотив у каждой птицы, свой мотив у каждой песни
Свой мотив у неба и земли
Пусть стирает время лица, нас простая мысль утешит
Мы услышать музыку смогли
Замыкая круг, ты назад посмотришь вдруг
Там увидишь в окнах свет, сияющий нам вслед
Пусть идут дожди, прошлых бед о них не жди
Камни пройденных дорог сумел пробить росток!
Комментарий к Замыкая круг
послушать песню -
https://www.youtube.com/watch?v=0eytQVPAsUE
будет еще экстра про Хатима, но сама история законченна…
========== Экстра Хатим ==========
Первый год обучения дался Хатиму тяжелее всего. Ему было непросто не столько из-за учебы, сколько из-за присутствия в медицинском институте множества студентов и преподавателей. Альфы улыбались, пытались познакомиться. Омеги ходили полуголыми, сверкали коленками, открытыми шеями и оголенными ключицами. И если у свободного омежки вдруг на шее видели засос, то это не было поводом для паники или позора, а вызывало хихиканье и жеманное манерничанье. Альфы и омеги, не стесняясь, заигрывали друг с другом, тискаясь по углам и бурно выясняя отношения, образовывая пары и почти сразу же разрывая отношения.
И только рядом со спокойными и целеустремленными бетами он чувствовал себя более-менее спокойно. Каждое утро Аббас на машине привозил его в институт, а вечером забирал домой. Хатим всего один раз проехался в общественном транспорте вместе с Аббасом после того, как мяукнул, что будет ездить на занятия вместе с остальными студентами. Но когда Аббас подсадил его в автобус, Хатим растерялся. Много альф, омег и бет ехали бок о бок друг с другом, равнодушно не обращая внимание, когда посторонние люди, проходя по салону автобуса, задевали их тела, почти касаясь открытой кожи друг друга. Аббас добавил, что сейчас транспорт еще пустой, а в час пик, когда все торопятся на работу и учебу, все люди стоят рядом, практически прижавшись друг к другу, не разбирая и не обращая внимание альфа это или омега.
 
Вскоре в институте отстали от тихого ботаника в дорогом костюме и со странным золотым браслетом на руке. Этому еще способствовали и рассказы бет с Сабаха, которые поступили в институт вместе с ним. Они сообщили всем любопытным, что Хатим замужем за очень серьезным альфой, приближенным самого эмира, и вообще, к нему лучше не лезть во избежание неприятностей от посольства Сабаха! Поэтому одногрупники смотрели на него издалека, как на фрика, и не лезли в друзья. Хатим был этим доволен, он мог спокойно заниматься, не отвлекаясь на непонятные взаимоотношения с посторонними людьми.
Тоже было и с одеждой. Вначале Хатим ходил в костюмах и шейле, строгий и отстраненный. Ему нравилось, что преподаватели не делают ему поблажек, как омеге, а наоборот, пытаются подловить на ограниченности знаний. Хатим каждый раз внутренне торжествовал, когда один за другим преподаватели начали относиться к нему с заслуженным, если не уважением, то хотя бы с пониманием.
А когда пришли холода, Ясмин подарил Хатиму большой пушистый свитер-тунику и громадную теплую шаль, которая была больше похожа на небольшой плед. Хатим влюбился в эту мягкую и удобную одежду. И теперь на лекциях преподаватели с улыбкой наблюдали, как теплолюбивый омега, закутанный в шаль, как в кокон, старательно строчит конспекты, умудряясь при этом задавать толковые вопросы, которые говорили о том, что новая тема уже прочитана ранее, и студент действительно старательно и досконально разобраться в ней. Поэтому все экзамены и зачеты Хатим получал практически автоматом, а его конспекты копировались и ходили по студенческой массовке, как улучшенный вариант учебника и практически готовые «шпоры» на экзамены.
Ясмин весь учебный год провел на собраниях, совещаниях, заседаниях. Он опять надел национальную одежду Сабаха и только менял платья и абая с золотыми вышивками. Усталый, он шутил по вечерам, что он ходит, позванивая золотом, как конь - сбруей. Амин был бы очень доволен его внешним видом, если бы увидел в каких нарядах он ходит с Аланом на переговоры. Ясмина все считали самодуром и взбалмошным омегой, у которого семь пятниц на неделе. Растущий животик позволял ему останавливать переговоры в любой момент, вне зависимости от того, насколько необходимо было их закончить или продлить. Альфы только скрипели зубами, но в глаза улыбались и понимающе вздыхали, когда Ясмин в очередной раз заявлял, что у него спина затекла, ноги замерзли, хочется пить, душно в комнате. Алан в очередной раз замолкал на половине фразы, так и не сказав то, ради чего все собрались, и начинал хлопотать над капризным беременным омегой. Когда казалось победа уже близка, все срывалось, и приходилось начинать с самого начала, но в тот самый момент конкуренты делали следующий шаг, и приходилось менять правила игры.
Одни Алана жалели, что ему приходилось потакать любым капризам хозяина, а другие считали его тонким интриганом, который плетет собственную сеть за спиной Ясмина. Но Алана было невозможно застать одного, он ходил рядом с Ясмином, как привязанный, и договориться с ним без омеги не получалось! Сам же альфа Салах, новый эмир, категорически не хотел говорить о делах, связанных со строительством, он говорил, что должен сосредоточиться на учёбе. И, вообще, он пообещал любимому супругу отдать «эту стройку в качестве игрушки, чтобы любимый не скучал, пока он учится! Учеба для него на первом месте!» И когда к Салаху пытались приставить «друзей», чтобы выяснить его планы, то в ответ получали только пустой трёп и планы сдачи контрольных работ и семинаров. Поэтому все опять сосредотачивались на окучивании капризного омеги!