Как песок сквозь пальцы (СИ)

Уже на следующий день Алан притащил две красивые переноски для новорожденных — голубого цвета для Ясмина и розового — для Хани. А еще он натащил кучу всяких нарядных боди для малышей с рюшками и умильными рисунками и множество маленьких носочков. Ясмин никогда не был тряпичником, но сейчас с удовольствием наряжал Котенка, как куклу, получая от этого много удовольствия. Теперь Ясмин постоянно носил с собой переноску с ребенком, куда бы он ни шел: в хамам, в библиотеку, и когда работал в кабинете, переноска стояла рядом с его столом. В один из дней Салах выпросил у омеги разрешение и вынес переноску в казарму, похвастаться сыном.
Когда закончились праздники, и гости разъехались, Салах собрал молодых альф и, прихватив с собой Рона, повез всех в пустыню на несколько дней. Он устроил им школу выживания в пустыне. Взрослые альфы присматривали за ними издали, но не вмешивались без условного сигнала со стороны Салаха. На седьмой день подростки вернулись запыленные, уставшие и очень голодные. Рон примчался к папе с обветренными и растрескавшимися губами, но с сияющими глазами! Он захлебывался от избытка впечатлений, пока рассказывал все что произошло. Салах возил их в Северный город. Они спали в руинах и искали воду. А еще они охотились, правда, ничего не поймали, но зато они нашли в городе тайник с едой! Салах, чтобы не рассмеяться, незаметно прикусил губу, когда разговор зашел о тайнике и его поиске.
Сам альфа качал на руках Котенка, который по его словам ОЧЕНЬ вырос! Ясмин не заметил пока бурного роста у ребенка, но с мужем не спорил. Котенок, как все новорожденные, пока только ел и спал, он уже узнавал людей вокруг, гукал и радостно улыбался. Ему очень нравилось засыпать на руках, но Ясмин боялся сделать из него ручного ребенка, и поэтому старался уложить каждый раз после еды в кроватку, хотя хотелось поносить его подольше. После окончания праздников жада повез оставшихся омежек в новые места их обитания, и поэтому вскоре в гареме опять стало тихо и пусто. Из пустых комнат выносили вещи и закрывали их на ключ.
Мышонка забрали в блок раньше срока, чтобы он не волновался, и чтобы врачам не пришлось бегать за ним, как за Ясмином. Все приходили к нему в гости, но Мышонок продолжал рисовать и всем улыбаться, уверяя, что он не боится ни капельки. Поскольку Мышонку рожать надо было через неделю, не раньше, Айюб собрал старших альф и уехал с ними на охоту, чтобы можно было развеяться на свежем воздухе. Благо Салах в городе и присмотрит за эмиратом в отсутствии отца.
Заодно альфы провели инспекцию оазисов, впереди был сбор урожая фиников. Обычно это были самые тревожные дни для всех эмиров, разбойники Северного города нападали на оазисы, убивали стражу и увозили урожай, порой обрекая город на голод. Но в этом году разбойников не было. А следовательно, оазисы можно было и не охранять. Но именно в таких схватках оттачивалось боевое мастерство альф! Перед эмирами возникла не проблема, а скорее интересный вопрос: как же отрабатывать боевые приемы у альф?
Когда все соседи приехали на праздник рождения наследника, Салаху пришла в голову идея устроить что-то вроде командного соревнования. Возле каждого эмирата были как большие оазисы, так и маленькие, на две — три плодоносящие пальмы. Он предложил создать команды молодых альф от каждого эмирата, которые будут охранять по одному такому оазису, и в то же время нападать на такие же специально выделенные оазисы соседей. И победителем будет тот, кто сбережет свои финики на пальме и умудрится стрясти финики у соседей.
Такие игры быстрее научат молодых и командному бою, и стратегии. Все эмиры согласились, с одной единственной оговоркой, что бои будут, как ритуальные, до первой крови и без смертельных исходов. У одного эмира подрастал наследник, который еще не достиг возраста, когда нарекают именем, но уже носящий оружие. Командные соревнования молодых были просто замечательной идеей, то что надо для взросления молодого наследника, но непременно надо было как-то договориться о взрослых арбитрах и безопасности!
 
Поэтому Айюб и взрослые альфы поехали выбирать оазис для своих бойцов, заодно еще раз обсудить правила игры. Стоило альфам только уехать, как у Мышонка начались схватки и, когда Айюб вернулся, ему сообщили, что Мышонок родил чудную здоровую девочку-бету! Альфа порадовался пополнению в семействе. Он зашел к Мышонку, поздравил омегу и преподнес подарок за рождение ребенка. Мышонку пришлось перебраться на половину Амина, и омежка страдал от этого, он привык к комнате на половине Ясмина и соседству Вилена, а еще он хотел, чтобы ребенок был с ним, как дети Ясмина и Хани. Айюб разрешил ему оставить девочку у себя и не отдавать в питомник, но вот жить ему придется на половине Хани и Амина, все-таки он его наложник, а не Салаха.
Праздник в честь рождения беты был не таким пышным, как при рождении альфы-наследника, но Айюб сделал все, что требовал обычай: объявил в мечети о пополнении в семье, прочел все необходимые молитвы, и совершил жертвоприношение у ворот, и раздал угощение между горожанами. Мышонок получал поздравления от всех оставшихся омег и слуг, но больше всего его порадовала лимонно-желтого цвета переноска для младенца и кипа боди с оборочками и рюшами. Амин только поджимал губы, но оспаривать решение мужа не решался.
Да и времени на интриги у Амина в последнее время совсем не было. К нему по протекции Матышковского приехали долгожданные работники — два беты, брат и сестра. Они были литературными работниками. Брат был непосредственно писателем и редактром, а сестра виртуозно набирала тексты. Они были похожи на двух серых мышей, такие же мелкие, невыразительные и совершенно неприметные. Они юлили перед Амином и с улыбками заглядывали ему в глаза, добиваясь похвалы. Открыв рот, слушали любую лабуду, которую тот говорил им, всегда восхищались им, что бы он ни сделал и не сказал. Амин рядом с ними чувствовал себя великим и очень значимым человеком. Поэтому достаточно скоро они стали просто «не разлей вода». Они, как две серые тени, скользили за ним и всегда с большим удовольствием слушали все, что он им говорил. А говорил Амин много и с удовольствием.
Жада вначале пытался присутствовать при этих разговорах, а потом махнул рукой, ну какие тайны у Амина? Вскоре к брату и сестре привыкли и даже дали им прозвища Мыш и Мыша. Когда об этом стало известно Мышонку, он только развеселился и сказал, что у него теперь родня появилась. Вскоре Мыш даже начал делать наметки для серии романов, которые называли между собой «Гаремные тайны». Когда Мыш начал надиктовывать сестрице текст книги, Амин с очень умным выражением на лице слушал, время от времени тяжело вздыхая и поднимая палец в особо трогательных местах рассказа.
История была о молодом омежке, который отправился в большое путешествие по пескам в сопровождении охраны навстречу своей любви. О первой трогательной встрече молодого и невинного омеги и красавца альфы, в чей гарем он попал. Мыш действительно был опытным и талантливым писателем. У него получился очень красивый омежий роман, в меру ванильный и в меру сопливый. Жада принес Ясмину копию черновика, чтобы тот высказал свое мнение, Ясмин отложил монографию и прочитал. Роман получился достаточно стильным, оригинальным, и он посоветовал обратиться к Вилену, как литературному агенту, чтобы тот помог напечатать его в приличной типографии.
Вилен прочел черновик и полностью согласился с мнением Ясмина. Роман обещал быть успешным. Он сразу предложил Амину услуги типографии и рекламы при продаже книги. После такой лестной похвалы Амин чуть не лопнул от гордости. Наконец-то, его признали! Он, казалось, не ходил, а парил над землей. Он целиком и полностью присваивал себе литературное совершенство работы, и гордился им, как своим собственным. Какой он оказывается гениальный омега! Жада пытливо смотрел на все происходящее, ожидая реакции Ясмина. Но Ясмин не ревновал, а только улыбался, глядя на Амина. Его честолюбие было совершенно в другой плоскости, и завидовать Амину он не собирался.