Как песок сквозь пальцы (СИ)

— Почему? С моей кровью что-то не так?
— Как вам сказать, — омега отвел глаза в сторону. — Такая проблема бывает у всех шур-шур зависимых. Мы предупреждаем людей, чтобы они не баловались этим зельем. Все-таки красота и молодость это еще не все, но кто же нас слушает?
— Но шур-шур это просто специя! Возможно, несколько специфическая, но все-таки специя, а вы говорите о ней, как о наркотике! — удивился Ясмин.
— Идите к гематологу, он вам все объяснит, — пожилой омега казался расстроенным.
Ясмин уже не на шутку струхнул и хотел броситься на розыски того альфы. Но его поймали за руку и, усадив в кресло, заботливо укутали ноги пледом, и только после этого Азиз покатил коляску, счастливо рассуждая, как обрадуется господин Салах, и какая это радостная новость для гарема Амина и Хани! Они ведь опять станут дедушками, теперь уже благодаря молодому наследнику! Ясмин рассмеялся бы, он теперь невольно заполучил друга — свекра! Но только последние слова терапевта не давали расслабиться.
Ясмина с Азизом проводили к гематологу. Он оказался достаточно пожилым альфой и был одним из тех, кого Ясмин с криками выгнал из смотровой. Увидев, кто появился перед ним, альфа недовольно нахмурился и поправил очки на носу. После недолгих реверансов доктор сказал страшные слова.
— Шур-шур является, по сути, самым сильным антиоксидантом, работающим на клеточном уровне. Он восстанавливает потерянное и защищает то, что есть. Именно поэтому у него такой сильный омолаживающий эффект, так что граф Калиостро и Макропулос со своими средствами нервно курят в сторонке. Но у него есть очень неприятный побочный эффект — стоит только прекратить его принимать, как организм начинает разрушаться. Причем, чем дольше человек употреблял шур-шур и чем сильнее помолодел, тем сильнее будет «откат». В организме человека есть своя защитная система, которая блокирует свободные радикалы. Под действием шур-шура она просто «выключается», так как он полностью берет на себя восстановление и защиту клеток от воздействия свободных радикалов. И когда человек перестает принимать шур-шур, его организм начинает разрушаться, потому что естественной защиты уже нет.
— То есть вы хотите сказать, что я начну стремительно стариться? — Ясмин испугался. Он представил себя дряхлым старцем возле молодого альфы. Беременным стариком! — Какой кошмар! И когда это начнется?
— У каждого по-разному, — альфа нахмурился. — Все зависит от дозы, которую вы принимали, но обычно на второй или третий день. У меня есть ваша фотография из отдела кадров и несколько снимков с камер наблюдения. Вы стали значительно моложе. Я взял изучать ваше дело по настоянию военных. Они уверили, что вы вернетесь на Землю через два с половиной года. Жаль, что я не смог снять ваши биологические показатели до отбытия на Сабах, и поэтому стал собирать все, что мог. И я, признаться, совсем не ожидал вас увидеть так рано. Сколько дней вы без шур-шура?
— Четыре, сегодня пятый день, столько времени занял перелет с Сабаха.
— Во время полета вы принимали шур-шур или, может, ели еду, взятую с собой с Сабаха?
— Нет, — Ясмин посмотрел на Азиза, но бледный до синевы бета отрицательно покачал головой. – Нет, мы ели то, что давали на корабле. Так когда я начну стариться?
В ответ повисла напряженная тишина. Альфа о чем-то глубоко задумался, постукивая ручкой по столу. Он пересматривал какие-то снимки. Молчание было таким душным, что Ясмину стало казаться, что он задыхается. Наконец, альфа поднял глаза и честно сказал:
— Не знаю, — альфа выглядел растерянным. — У вас в крови, присутствуют очень странные кристаллические образования. Я раньше такого не видел. Они, похоже, совсем не мешают правильному функционированию кровеносной системы. Вы разрешите взять образец крови у вашего компаньона? Возможно, у него мы найдем такие же…
— Берите! — Азиз закатил рукав. — Возьмите хоть всю мою кровь, только спасите господина Ясмина!
— Мне не надо всю! — улыбнулся альфа. –Только пару кубиков.
Мужчина ловко перевязал вену и взял у Азиза кровь вакуумным шприцом. Бета даже не успел испугаться. Потом альфа подошел к странной конструкции и поставил шприц в маленькую открытую дверку. Дверка закрылась, внутри что-то пожужжало, пошелестело, и машина выдала стопку бумаг и несколько фотографий. Альфа, похоже, совсем забыл, что его ответа терпеливо дожидаются. Он внимательно вчитывался в строчки и разглядывал фото. А потом будто очнулся и посмотрел виновато на Ясмина и Азиза.
 
— Простите, задумался. Нет, у молодого человека самая обычная кровь, как у всех бет с Сабаха, — перехватив удивленный взгляд Ясмина, он пояснил. — Ну, конечно, мы уже давно присматриваем за эмигрантами с Сабаха. Оттуда, бывает, приезжают люди, всегда беты и всегда отменно здоровы, хотя и бывают несколько истощены. Но, тем не менее, без всяких патологий и отклонений. Просто здоровые люди. Вот, к примеру, как этот молодой человек, — альфа улыбнулся Азизу и продолжил:
— С тех пор как к нам приехали на учебу наследники эмиров, мы под разными предлогами взяли образцы крови и у них. Но никаких открытий не последовало. Все, как у всех, ну разве лишь только генетически более здоровы. Практически нет наследственных болезней и патологий. Прямо идеальные гены альфа-самцов! Но вот образцов крови омег у нас не было. Омеги никогда не покидали Сабах. Раз попав туда, они оставались там до конца. Трупы погибших власти никогда не отдавали и всегда кремировали. А делать анализ крови из пепла мы, знаете ли, до сих пор не научились.
— Я ничего не понял, — Ясмин потер лицо и попытался собраться с мыслями. — Когда я начну стариться? И если я вернусь на Сабах, это можно будет остановить или повернуть вспять? Я, знаете ли, беременный, и мне очень бы хотелось выносить этого малыша!
— Я не знаю, — альфа выглядел обреченно, как будто это ему вынесли смертный приговор. — У меня единственный образец крови, который ничего не объясняет, а наоборот, все запутывает! У омег с Земли восстановления не наблюдалось. Они сидели на гормонах и различных медикаментах до конца дней. И даже в случае, если они возобновляли принимать шур-шур, повторного чуда не случалось. Так сказать, одноразовое чудо.
— Что мне делать? — Ясмин подумал о ребенке. Сможет ли он его выносить? — Может, мне стоит начать принимать медикаменты до того, как мой организм начнет рассыпаться, как карточный домик?
— Я не знаю, что вам сказать, — альфа задумался. — С одной стороны это разумно, но с другой стороны уже прошло больше времени, чем у остальных омег, а ваша формула крови достаточно стабильна, и регресса не наблюдается. Как бы не навредить и не спровоцировать начало распада. Давайте, вы ко мне придете, как только увидите первые признаки увядания. Тогда можно будет сделать прогноз и принять меры. А пока давайте будем держать кулаки на удачу!
— Подождать и посмотреть, — Ясмин смотрел на альфу с подозрением. — Ну да, конечно, вам-то что, я для вас разновидность подопытной мыши. Подумаешь сдохнет! Можно будет препарировать трупик и более тщательно поковыряться в потрохах!
— Зачем вы так говорите? — альфа в возмущении прошелся по кабинету. — Не по моей вине вы оказались в подобной ситуации! И в данном случае я должен не забывать главный постулат врача: «Не навреди!»
— Простите, — Ясмин стушевался, — я всегда так — вначале ляпну, не подумав, а потом извиняюсь. Простите меня.
— Да ладно, — махнул рукой альфа. — Я вас понимаю, только вот сделать ничего не могу! И вы меня простите! Но я все равно настаиваю, что надо дождаться первых изменений. Прошу прийти ко мне на анализ крови через пару дней.
***
Машина довезла Ясмина и Азиза почти до порога дома, где жили Салах с Роном вместе с теми молодыми соотечественниками, которые прилетели с Сабаха на учебу. Омега огляделся по сторонам. Хм, а дом и правда находился напротив колледжа Рона!
Ясмин тяжело поднялся по ступенькам. Такой ужасный день! Быстрей бы прижаться к мужу, уткнуться ему носом в шею. Чтобы он погладил по спине и сказал, что все будет хорошо. Азиз постучал в дверь, и она сразу открылась. Похоже, их уже ждали.