Как песок сквозь пальцы (СИ)

Из дверей банка вышел Алан, следом за ним вышли альфы, которые тащили сундук. Стоявшие в дверях охранники метнулись внутрь и вскоре появились со вторым сундуком. К Алану бросились те самые мужчины, которые пытались прорваться в банк. Они что-то затараторили, обращаясь к Алану и размахивая пачкой листов. Алан отмахнулся от них, как от мух. По дороге Алану пришлось пройти мимо кафе, в котором сидел Ясмин. Друг по привычке, выработанной за полгода жизни на Сабахе, привычно склонился перед омегой, приложив руки к груди и бормоча скороговоркой пожелания счастья на арабском. Он хотел пройти мимо, но у Дэйчи были другие планы. Он обратился к Алану на арабском языке, друг успел за полгода уже достаточно хорошо выучить местный язык.
— Кто это? — Ясмин показал глазами на мужчин, которые прищурившись, наблюдали за происходящим.
— Конкуренты, — Алан скосил глаза на мужчин и вздохнул, - ну, не нам, а «Стилл». Они пытаются уговорить меня переметнуться к ним. Обещают низкие цены, золотые горы, ну все как обычно…
— А ты? — Ясмин с удивлением смотрел, как друг поежился.
‒ Не хочу, ‒ Алан пожал плечами. ‒ «Стилл» первые рискнули вложить в нас деньги и еще ни разу не подвели. А эти боятся даже высадиться на планету, потому что опасаются страшных и диких туземцев. ‒ Алан посмотрел, как охрана за спиной Ясмин негодующе уставилась на мужчин. ‒ Зачем связываться с трусами? А как же забытый всеми дух авантюризма и приключений? Тоже мне альфы!
— Ну, Алан, — Ясмин рассмеялся. — Здесь ты любому альфе еще можешь дать фору. Твоего авантюризма хватит на десяток, таких как они.
‒ Прости, нам надо бежать, ‒ Алан привычно склонил голову, все же жизнь на Сабахе тоже изменила его привычки. ‒ Корабль скоро стартует с орбиты. Они и так уже ждут, когда мы, наконец, их покинем. ‒ Алан кивнул головой на стоящих рядом людей в униформе с логотипом корабля. Друг опять скороговоркой пробормотал пожелания и устремился вместе со своими людьми следом за пилотом. Остальные придержали мужчин, чтобы они не мешали пройти Алану.
Мужчины вырывались и пытались поскандалить с охраной корабля. Но оставшись без всякой надежды пообщаться с Аланом, уставились горящими глазами на Ясмина. Они о чем-то посовещались между собой, и вскоре один из них подошел ближе к кафе. Один из охранников вышел вперед, жестом показав, чтобы тот не приближался. Ясмин допил остывший кофе и вздохнул. По его ощущениям, Салах на кого-то злился.
— Разрешите представиться, — набрался храбрости молодой альфа, остановившись в трех шагах от омеги. — Меня зовут Айвен Румио, я торговый представитель фирмы «Орано», я хотел бы задать вам пару вопросов.
— صباح الخير* — Ясмин посмотрел на молодого альфу со всем равнодушием.
— Э-э… — Альфа замялся. — Вы говорите на всеобщем?
Ясмин перевел взгляд на свои руки и поправил на них перстни. На одной руке был перстень с большим сапфиром, на другой кольцо из розового золота на всю фалангу. Оно было искусно вырезано и покрыто россыпью мелких бриллиантов под стать брачному браслету.
— Вы ведь с Сабаха? — альфа попытался продолжить разговор.
‒ Оставь его в покое, ‒ старший альфа одернул молодого. ‒ Не видишь, он из гарема. На этой отсталой планетке они могут и не знать общепланетарный. Напрасно нас генеральный сюда послал, они же все агрессивные дикари. Смотри, как охранники глазами сверкают, еще немного и бросятся.
— Да, действительно, зачем вам с нами, дикарями, связываться? — из-за их спин показался Салах.
Альфы отпрыгнули в разные стороны. За спиной мужа стоял пожилой альфа. Дэйчи с удивлением узнал профессора Матышковского. Это был известный востоковед, его научные труды по восточной литературе были всем известны, он читал лекции в институте, где учился, а потом подрабатывал Дэйчи. Кроме этого, он написал несколько учебников, по которым учились современные студенты.
‒ Дорогой, посмотри, кого я встретил у нашего номера, – Салах подошел и положил руку на плечо Ясмин. Дэйчи хотел встать, но муж удержал его за плечо, чтобы он оставался сидеть на стуле.
 
‒ Э-э, – профессор недоуменно переводил взгляд с Салаха на Ясмин. – Дэйчи Сталински? Это и в правду вы?
‒ Ну, это теперь, скорее, мой литературный псевдоним. ‒ Ясмин улыбнулся. – Теперь меня зовут Ясмин ай Салах ад Дин. Вы меня не узнали? Я ассистировал вам, когда вы приезжали с последними лекциями в институт.
‒ Простите старика, ‒ профессор смущенно улыбнулся. – Я не запоминаю временных ассистентов, мне приходится очень много путешествовать, но вас, уверен, я бы запомнил. Но, позвольте, вам должно быть лет тридцать, да и на фотографиях вы выглядите значительно старше.
‒ На фотографиях? – удивился Ясмин и посмотрел на Салаха.
Вместо ответа Салах положил на стол два последних номера литературного журнала. На их обложках были фотографии Ясмина. Глаза у мужа были просто ледяные от еле сдерживаемого бешенства.
Комментарий к О костлявой рыбке
сейфинг - услуга аренды банковской ячейки для хранения вещей, драгоценностей или документов, представляющих для их владельцев большую ценность.
- صباح الخير* - доброе утро
========== Преступление и наказание ==========
На столе лежали те самые два журнала, которые «взял почитать» Вилен. На первом фото Ясмин был запечатлен в библиотеке на фоне книжных стеллажей. Он был в домашней тунике, на голове у него была шейла, а в руках ‒ мелок. По всей видимости, его сфотографировали во время занятий с детьми. А вот вторая фотография была форменной катастрофой. На ней Ясмин сидел в своем кабинете, сосредоточенно набирая текст на ноутбуке. Мало того, что его сняли во внутренних покоях гарема, так он еще сидел на подушке за маленьким столиком в домашней одежде и с непокрытой головой! По законам Сабаха муж был просто обязан его наказать! Вплоть до развода!
Ясмин быстро перевернул журнал, и, тяжело сглотнув вязкую слюну, поднял взгляд на Салаха. Похоже, муж сдерживался из последних сил, чтобы выглядеть спокойным.
— Пап, правда, красивые фото? — Рон улыбался, пока не увидел, как побледнел родитель. – Пап, а что случилось?
— Я думаю, нам лучше вернуться в свой номер, — почти прошептал Ясмин.
Салах придержал его за локоть, помогая подняться.
— Вы сможете меня найти в гостиной «Мазарини»! — крикнул профессор вслед быстро удаляющейся группе.
Все молча шли в номер, только Азиз шепотом объяснял Рону, что именно произошло. У Ясмина ноги подгибались от страха. Салах ведь с ним не разведется после такого скандала? Или может он теперь решит, что не стоит иметь в мужьях такого опозоренного омегу? Разжалует его до простого наложника и наберет гарем? И ему придется сражаться за внимание альфы наравне с другими омегами? Сердце заходилось от неизвестности.
Все вошли в номер. Азиз по привычке уселся на колени возле двери. Ясмин упал на диван, ноги его уже совсем не держали. Альфы замерли в двух шагах от дивана, лица у них были суровы, а в глазах была, как ни странно, печаль. Как будто на их глазах сейчас будут наказывать несмышлёного ребенка, а они должны смотреть и не вмешиваться. Рон немедленно встал перед Салахом, загородив собой папу.
‒ Отец, папа ничего не знал! Меня Вилен попросил дать ему несколько папиных фотографий!
‒ Он сказал, зачем они ему? ‒ Салах смотрел сурово, Ясмин почувствовал, как у альфы пронеслась волна облегчения.
‒ Я не спрашивал, ‒ Рон смотрел в глаза честно. — Я не подумал, что от фотографий может быть вред. Папа не виноват, накажи меня.
‒ Разумеется, я тебя накажу. Из-за твоей неосторожности папа оказался неодетым перед посторонними людьми. Это позор в первую очередь для меня. Могут подумать, что мой супруг не дорожит семейными ценностями и не уважает меня как альфу.
‒ Но он ведь ничего не знал! ‒ заплакал Рон. ‒ Это я один виноват! Мне надо было спросить у Вилена, для чего ему нужны фото или спросить разрешения у папы. А я просто выбрал самые удачные и дал! Лучше меня накажи!
‒ Твое наказание будет соответствовать твоему возрасту, ‒ Салах подумал и хмыкнул. ‒ Когда приедем домой, я удалю из компьютера все твои игрушки и все твои аватары из игровых сетей. И заберу все игровые гаджеты и приставки. До каникул никаких игролендов, Луна-парков и прочих развлечений! Только учеба и серьезные книги!