Как песок сквозь пальцы (СИ)
Весь их разговор в грохоте бури был похож скорее на ссору, чем на разговор двух влюбленных. Айюб почувствовав пальцы Сашши на своем лице, стал целовать их. Пальчик за пальчиком, посасывая и облизывая, как медовые конфетки. Дыхание у омеги сбилось окончательно, вскоре Сашши вообще перестал понимать, где они и что делают. Все стало незначительным, кроме этого запаха, этого языка. Сашши потянулся всем телом и подставил свои губы вместо пальцев. Альфа обрадовался замене и начал с упоением целовать лицо омеги. Брови в разлет, глаза с трепещущими ресницами, прямую линию носа, скулу и острый подбородок. Сашши извивался, стараясь заполучить губы альфы, но Айюб старательно обходил их стороной, наслаждаясь недовольным омежьим сопением.
— Буря заканчивается, — альфа отстранился и прислушался, — это хорошо. Можно будет выбраться!
Айюб отжался на руках, поднимая своей спиной халат и небольшой бархан песка, насыпавшийся на него. Сразу стало светлее, хоть в лицо и сыпануло песком. Альфа встал на ноги, открывая обзор растерянному Сашши. Омега сел и стал по привычке поправлять платок на волосах. От летящего ветра было неприятно, но туча уже ушла за пределы города. Сашши взволнованно огляделся. Все деревья были на месте. Тряпки свисали с них, как флаги. Вместо листьев были только черенки, но все веточки были на месте. Деревья хоть и были присыпаны на четверть высоты, но выглядели совсем неплохо.
Вместо парников стояли голые остовы, а теплицы были хоть и целыми, но абсолютно матовыми на просвет! Вместо амаранта стояли голые стебли, как погорельцы на пепелище. Сашши посмотрел на росток возле себя. Он был хоть и немного примят, но весел и зелен! Сашши довольно улыбнулся Айюбу. Тот в ответ жестом показал, чтобы омега прикрыл лицо и пронзительно свистнул. Из песка, как медведи из сугробов, стали выбираться охранники-альфы. Как оказалось, каждый из охранников своим телом прикрыл по росточку молодой посадки. Сашши расплакался от увиденного.
Из города выбегали люди. Молодой альфа бежал к ним, ведя под уздцы коня Айюба. Айюб завернул Сашши в халат и усадил на переднюю луку седла, взлетев следом в седло. Конь присел, приспосабливаясь к двойному весу, и бодро поскакал в сторону города в ожидании теплой конюшни, свежей воды и ароматного сена.
Завернув в собственный халат, Айюб провез Сашши по городу на своем седле, как привозили в город долгожданную лисичку или дыхание жизни эмира. Все жители, радостно улыбаясь, громко желали им долгих лет жизни и крепких наследников. Сашши, когда понял, что именно кричат им в след, совсем засмущался и спрятался с головой в халате.
Комментарий к Песчаная буря
* ас-сайиид - уважаемый господин
https://vk.com/album265570678_217111091 песчаная буря
https://vk.com/photo265570678_381645755 Рисунок присланный в подарок от Казимира Белева.
========== Амин ==========
Весь гарем стоял на ушах! Сашши оказался дыханием жизни Айюба! Эмир внес Сашши в гарем, завернув в халат, как лисичку!
И вторая новость потрясла всех обитателей. Айюб выгнал из спальни Амина. Когда тот привычно зашел в спальню, чтобы присоединиться к действию на кровати, он услышал возмущенный рев альфы, который рычал на него, как на чужого! Как на постороннего, перепутавшего двери! Амин в слезах и истерике выскочил наружу. Отказать так грубо родному мужу? Папе двух его наследников? Тому, кто был с ним столько лет?
Амин бился в истерике, пока жада не напоил его своими настойками и не уложил спать. Айдан вообще очень спокойно отреагировал на неожиданные изменения в поведении альфы. Остальные наложники сделали из этого свои выводы. Они решили, что хитрый жада знал об этом раньше, поэтому остался таким спокойным, когда в гареме случилась практически революция! Фавориты тоже всю ночь метались по своим комнатам, терзаясь сомнениями. Альфа отказал только Амину или теперь не подпустит к себе никого, кроме своего дыхания?
В итоге, измученные неизвестностью, они друг за другом приходили поговорить с жада, который всю ночь читал Коран. Они спрашивали у него, как у оракула, чего им ожидать в будущем, а в ответ получали цитату из Корана и пиалку настойки «сладких снов».
— Все в руках Аллаха, — восклицал жада. — Зачем беспокоиться о том, что не в силах изменить? Время все расставит по своим местам! Какой смысл нервничать перед лицом неизбежного? Если проблема имеет решение — то волноваться незачем, если решения нет — то волноваться бессмысленно! Лучше спите сладко, хоть сохраните приятный цвет лица на будущее!
В итоге, и вечером, и ночью в гареме было непривычно тихо. Никто не смотрел сериалы, никто не играл на музыкальных инструментах. В тишине ночи были отчетливо слышны только порыкивание альфы и слабые стоны Сашши. В самом начале ночи Дэйчи тоже не выдержал этой напряженной тишины. Он даже и не подозревал, насколько привык слышать по вечерам то смех, то пение, которое наполняло тишину внутреннего двора. Это было сродни птичьему чириканью в лесу. Сейчас тишина напрягала и нервировала сильнее грохота пролетевшей бури.
Ясмин зашел в комнату жада. Тот с удивлением приподнял бровь, но промолчал. Дэйчи уселся на подушку напротив мудрого старика с молодым лицом. Жада водил пальцем по странице, слегка шевеля губами. Дэйчи сидел и непонятно чего ждал. Перевернув в очередной раз страницу, Айдан с удивлением посмотрел на Ясмина, будто только сейчас его заметил. Дэйчи поджал губы и прерывисто вздохнул. Жада улыбнулся ему одними губами и пожал плечами. В глазах у него плескалась печаль. Кивнув головой на знакомый графинчик и увидев, как Ясмин отрицательно покачал головой, пожал плечами в очередной раз и опять углубился в книгу. Ясмин, вздохнув еще раз, вышел из комнаты. Что тут сказать? Все уже сказано—пересказано, думано—передумано.
Даже слуги этим вечером передвигались совершенно бесшумно, скользя, как тени. Вилен несколько раз порывался что-то сказать, но наткнувшись на напряженный взгляд Ясмина, замолкал, едва открыв рот. Азиз молчал, как и остальные слуги. Казалось, весь дворец прислушивался к тому, что творилось в спальне Айюба. Дэйчи проворочался полночи, но, привыкнув жить по расписанию, все равно забылся тяжелым сном.
Проснувшись на рассвете, он по привычке пошел в купальню. А когда возвращался обратно, то увидел на плитке внутреннего двора влажные следы, окрашенные кровью. Дэйчи это показалось странным, и он, присев, потрогал следы пальцем, убедившись в своих предположениях: это была кровь, смешанная со спермой. Омегу вдруг обдало жаром. Сашши! Следы вели от порога гостиной Амина до боковой двери, ведущей в комнату Сашши. Дэйчи рванул по розовым следам.
Сашши лежал на полу сразу за дверью. Простынь, в которую он кутался, сползла с его тела, открывая бледное, истерзанное тело. Бедный Сашши был весь в синяках и укусах, на нем просто не было живого места. Дэйчи бросился на помощь. С трудом он приподнял его и дотащил до кровати. Сашши слабо стонал. Было похоже, что каждое движение отдавалось в нем болью. Азиз, который заглянул в комнату, был сразу послан за врачом. На шее у друга в ореоле синюшного кровоподтёка стояла ужасная метка. Дэйчи постарался аккуратно освободить друга от простыни, чтобы обработать синяки и укусы.
Пришел пожилой врач-бета. Азиза сразу послали за теплой водой и полотенцами. Дэйчи вместе с доктором стали протирать мокрым полотенцами, а заодно сразу обрабатывать все, что попадало на глаза. В дверь стали заглядывать любопытные наложники. В их глазах плохо скрытая зависть смешивалась с торжеством. Дэйчи все это надоело и он, подойдя к дверям, ведущим во двор, демонстративно захлопнул их перед любопытными носами, и не просто захлопнул, а вдобавок к этому закрыл на щеколду. Вилен, заглянувший в боковую дверь, получил наказ закрыть все двери, ведущие на внутренний двор, чтобы в комнату к Сашши можно было попасть только через гостиную!
Доктор молча, без комментариев, нанес мазь на все синяки и следы зубов. Он старался успокоить дрожащего от злости Ясмина, и еле передвигающегося Сашши. Он давно жил во дворце и навидался всякого, хотя и не в таком количестве на одном теле. А вот когда он дошел до надорванного ануса, то бета замер с приоткрытым ртом. Он не ожидал увидеть такое. Он хотел было что-то спросить у Ясмина, но быстро закрыл рот и, пряча глаза, стал рыться в своем саквояже в поиске нитки и иголки.