Системный Творец II (СИ)

Он повёл меня в свою мастерскую. Сегодня был последний день подготовки перед официальным открытием, и старик хотел устроить генеральную репетицию.
— Вот, смотри. — он с гордостью провёл рукой по верстакам, что были старательно вычищены и приведены в порядок. — Этот — для грубой обработки, снятия коры, придания основной формы. На нём же можно и прессовать, видишь, тиски мощные. Этот — для тонкой работы, резьбы, шлифовки. Тут свет лучше падает. А вот этот, угловой, — для сборки, склейки, нанесения лаков. К каждому свой подход нужен.
  
Он говорил увлечённо, показывая мне все уголки своего возвращённого царства, объясняя назначение каждого приспособления, каждой полки. Это был не просто осмотр, продолжение моего обучения. Орн вкладывал в меня душу, передавая крупицы своего мастерства: какую породу дерева лучше выбрать для рукояти топора, а какую — для тонкой инкрустации, как чувствовать напряжение в волокнах, чтобы заготовка не треснула при сушке, как подобрать смолу, чтобы она не теряла эластичность на морозе.
Я слушал, кивал, старался впитывать каждое слово. Это было бесценно. Но сквозь голос старика пробивался другой, навязчивый и тревожный. Шёпот из-под земли. Я снова видел тёмный зал, пульсирующее зловещим светом дерево, извивающиеся щупальца ветвей. А вдруг прямо сейчас оно начнет извергать из себя тварей? А вдруг тоннель уже кишит монстрами, которые выползают на поверхность и вскоре обрушатся на ничего не подозревающий город? Мысль о том, что я оставил там смертельную угрозу, грызла меня изнутри, не давая сосредоточиться.
Орн, обладавший поразительной чуткостью, заметил мою рассеянность.
— Что-то ты сегодня витаешь в облаках, мальчишка. — сказал он, перестав возиться с набором резцов. — Мысли где-то далеко. Беспокоишься о чём-то?
— Да так. — смущённо потупился я. — Воспоминания одолевают.
Старик внимательно посмотрел на меня, но делать вид, что верит, не стал. Однако не полез в душу.
— Ладно. — вздохнул он. — На сегодня, пожалуй, хватит. Всё готово, я доволен. Осталось пару демонстрационных безделушек на скорую руку смастерить, чтобы было что народу на открытии показать. Иди отдыхай. Ты и так сегодня много работы проделал.
Я кивнул, поблагодарил его и вышел, чувствуя себя немного виноватым за свою ложь. Но другого выхода не было.
Дойдя до дома, я не стал отдыхать. Адреналин снова застучал в висках. Я быстро собрал всё необходимое: факелы, кресало, флягу с водой. Мысль о дереве не давала мне покоя. Я должен был вернуться. Должен был что-то предпринять.
Спуск в подвал заброшенного дома показался ещё более мрачным и зловещим, чем в прошлый раз. Воздух был спёртым и тяжёлым, пахнущим не просто сыростью, а той самой, сладковатой гнилью. Я зажёг факел и, стиснув зубы, шагнул в тоннель.
Дорога до зала промелькнула как одно мгновение, и вот я замер на его пороге.
На первый взгляд всё было так же, как и прежде. Дерево стояло в центре, его ветви-щупальца медленно и лениво извивались в полумраке. Но кое-что изменилось. Вокруг него, на потревоженной земле, копошились крысы. Заражённые твари. Они поедали «Гнилые побеги», которые не успел уничтожить Мимио, и… своих мёртвых сородичей. Тела крыс, которых я убил в прошлый раз, уже начали разлагаться, наполняя воздух тошнотворным, трупным запахом. Картина была отвратительной и жуткой.
По всей видимости в прошлый раз я перебил не всех тварей. Часть из них разбежалась, или изначально была где-то в другом месте, а теперь вернулась на свою «кормовую базу». Да и эту вонь от трупов никак нельзя было здесь оставлять, она могла привлечь внимание с поверхности.
Подойдя поближе, в зону действия ауры дерева, она активировалась, а я вернулся назад, в узкую горловину тоннеля. Старая тактика сработала как часы. Крысы, защищая свою пищу и хозяина, ринулись в атаку и наткнулись на мой топор. На этот раз я был собран и хладнокровен. «Боевое Чутьё» и «Боевой Размах» работали в идеальной связке. Я не допускал их до себя, методично выкашивая одну за другой. Через несколько минут последняя тварь затрепыхалась у моих ног.
Теперь мне предстояло разобраться с последствиями. Вонь от разбросанных повсюду туш была невыносимой. Их нужно было убрать. Но куда? Выносить на поверхность — слишком долго и рискованно. Немного подумав, мне пришла в голову мысль. Эти крысы… они же были отмечены Системой! Они были «предметами» в её понимании! А значит…
С затаённой надеждой я дотронулся до ближайшего трупа и мысленно скомандовал: «В инвентарь!».
И — о чудо! — туша бесследно исчезла, а в уголке моего системного зрения появилась новая иконка: «Тушка заражённой крысы ×1». Эврика! Я принялся лихорадочно бегать по залу, трогая все трупы. «В инвентарь! В инвентарь! В инвентарь!». Через пару минут зал был идеально чист. Ни трупов, ни новой вони. Только тёмные пятна на земле да пульсирующее в центре дерево.
Я с облегчением выдохнул. Одна проблема была решена. Но главная — оставалась.
Я снова подошёл к дереву, вызывающе ступив в зону досягаемости его щупалец. Они ожили, зашевелились, потянулись ко мне. Я принял боевую стойку, готовясь повторить вчерашнюю попытку пробиться к стволу. Но на этот раз всё пошло не так.
Дерево словно училось. Его атаки стали быстрее, точнее, более скоординированными. Ветви работали не поодиночке, а настоящим частоколом, атакуя с разных сторон, заставляя меня отбиваться одновременно от трёх-четырёх ударов. Я едва успевал парировать, отскакивать, уворачиваться. Пробиться вперёд не удавалось. Сделав два шага, я был вынужден отступить под градом яростных ударов, едва избежав того, чтобы меня схватили и разорвали.
Я откатился на безопасное расстояние, тяжело дыша. Чёртово дерево! Оно адаптировалось! Или просто в прошлый раз не воспринимало меня всерьёз. Что же делать? Как до него добраться?
Я не мог его одолеть. Не мог даже приблизиться. Скорее всего в этом городе это было под силу лишь группе «Коготь». Но идти к ним… Нет, только не это.
Я отступил еще на несколько шагов, зайдя в тоннель. Ветви дерева тут же успокоились, снова начав медленно и лениво извиваться в полумраке, словно гигантские отравленные черви.
Я прислонился спиной к прохладной, шершавой каменной стене, пытаясь перевести дух и унять дрожь в натруженных руках. Глаза сами собой закрылись. В голове проносились обрывки мыслей, обломки идей, все они разбивались о непробиваемую стену реальности: дерево было слишком сильным, а я все еще слишком слабым.
«Меткий бросок…» — прошептал я сам себе, почти не осознавая.
Мой взгляд упал на несколько мелких, острых обломков камня, валявшихся у моих ног. Я наклонился и подобрал с пола самый крупный и тяжелый обломок, размером с кулак. Его шершавые грани впились в ладонь.
Что если?.. Нет, я был почти уверен, что будет. Когда я впервые нанес удар по Молодой Живой Древесине то получил награду от системы — свою первую Одухотворенную Щепу, и открыл «Природную Настройку». Если следовать этой логике, то сейчас я тоже должен был получить нечто похожее. А награда за Зрелую Живую Древесину должна была быть соответствующей! Это был шанс. Призрачный, но шанс.
Я сделал глубокий вдох, наполняя легкие спертым воздухом подземелья, и снова шагнул в зал. На этот раз не для боя, а для охоты.
Мое движение снова привело дерево в ярость. Ветви-щупальца взметнулись, нацеливаясь на меня. Но я не стал ждать их атаки. Я сконцентрировался на камне в своей руке, на цели перед глазами, на том самом ощущении, что рождалось где-то в глубине сознания перед точным броском.
  
— Меткий бросок! — мысленно скомандовал я, и моя рука сама совершила короткое, хлесткое движение.
Камень просвистел в воздухе, оставляя за собой едва заметный след. Он не просто летел — он был воплощением самой идеи точности и силы. Он врезался в черный, сочащийся смолой ствол чуть левее центра с глухим, сочным звуком. Древесина под местом удара на мгновение сжалась, затем лопнула, выбросив наружу струю липкой, черной жижи.