Холодное солнце Валиана (СИ)

— Да, отец погиб, и Сатер, и многие другие… — ответил Демиан. Он чувствовал, как боль комом застряла в горле, и накатили такие ненужные сейчас слёзы.
— Почему ты покинул армию и не продолжил сражаться? — резким голосом спросила мать, казалось, новость о смерти мужа совершенно не выбила её из колеи.
— Потому что война больше не имеет значения, нужно спасти наш вид, — с жаром в голосе произнёс Демиан.
— Это имело значение для твоего отца, — возразила Амалия. — Какой смысл в существовании чёрных драконов, если нам придётся стать рабами? Мы поставили на эту войну всё и потерпели поражение. Ты должен был умереть в бою, а не бежать, как последний трус!
— Нет времени пререкаться, мы должны уходить, — спокойным голосом проговорил Демиан. Слова матери больно ранили его сердце, но дракон решил не заострять на них внимание.
— Это мой дом, я никуда отсюда не уйду! — Амалия гордо вздёрнула подбородок. — Что это за жизнь в вечных скитаниях и без использования дара. Это не жизнь, а жалкое никчёмное существование. Не лучше ли уйти в ласковые объятия нашей богини?
На лице драконицы появилась грустная улыбка. Ярко-бирюзовые глаза подёрнулись темнотой, вокруг рук змеились чёрные щупальца тумана. Амалия призвала свой дар.
— Мама не надо! — Демиан бросился к драконице, хотя и понимал, что уже поздно. Тело её стало высыхать, съёживаться. Чем больше дара она выпускала в мир, тем быстрее смерть забирала её жизненные силы.
Демиан подхватил мёртвое мумифицированное тело, не позволил ему рухнуть на каменный пол смотровой башни. Дракон аккуратно опустил мать вниз. Ему хотелось плакать, грудь пронзали холодные иглы боли, шею сдавила стальная перчатка одиночества, сделать вдох стало мучительно трудно. Слёзы упорно не желали изливаться из глаз, заставляя душу биться в агонии. Хотелось неистово кричать, но слова тишиной застревали в горле. В голове появилась навязчивая и капризная мысль: призвать дар и уйти вместе с родными, но тихий, еле различимый шёпот раздался прямо над ухом принца: «ты должен быть сильным, сын мой!»
Демиан застыл, чувствуя, как превращается в безжизненную маску его лицо. Внутри бушевал пожар, душа горела, купаясь в океане боли. Но бирюзовые глаза оставались сухими, красивое лицо спокойным. Дракон смотрел на останки матери, пытаясь разглядеть в уродливой иссохшей мумии черты красивой и властной женщины.
Тихие шаги прошуршали за спиной. Катарина опустилась на колени и обняла Демиана за плечи, прижимаясь к нему. От вампирши исходило странное инородное тепло. Она не произнесла ни слова, но от её присутствия становилось легче, боль притуплялась, делалась не такой острой и нестерпимой. Демиан сжал руку Катарины. Так, они простояли на коленях какое-то время, дракон, склонившийся над трупом матери, и вампирша, обнимающая его за плечи.
— Люди короля захватят замок, нужно собрать как можно больше ценных вещей, и унести их отсюда. Вы говорили, что где-то рядом спрятан экипаж, — Демиан первым нарушил молчание. Голос его на удивление прозвучал спокойно. Катарина разомкнула объятия и встала на ноги.
Взгляд дракона остановился на ожерелье, надетом на шее у его метровой матери. Фамильная реликвия их семьи инородно смотрелась на увядшем иссохшем трупе. Демиан аккуратно коснулся гладкой и холодной поверхности камней душ, а затем, одним быстрым движением сорвал ожерелье с тела и сжал украшение в руке. Тонкая шея мумии переломилась, и голова, отделившись от туловища, покатилась по полу. Принц до скрежета сжал зубы, чтобы не закричать, но маска надёжно укрыла его лицо.
— Мне очень жаль, — тихо проговорил Люциан, опуская глаза.
— Мне тоже, — ответил Демиан, поднимаясь на ноги. — Друг, ты сможешь спрятать деньги и ценности у себя, пока я не решу, что мне делать?
— Конечно, я могу приютить и тебя, спрячу так, что ни один маг не найдёт, — быстро проговорил вампир.
— Нет, я не могу подвергать вашу семью опасности. Если ты спрячешь ценности, то уже окажешь огромную помощь, — ответил Демиан.
Втроём они быстро заполнили три массивных сундука. В ход шло всё, что могло представлять ценность: монеты, украшения, золотые кубки, оружие. Демиан прихватил несколько книг о магии и ритуалах, что хранились в семейной библиотеке. Отец всегда повторял: «Мы не умеем пользоваться магией, но должны знать о ней как можно больше!». Дракон чувствовал, что книги ему ещё пригодятся.
 
Сундуки оказались тяжёлыми, обычный человек их точно бы не унёс, благо дракон и вампиры обладали достаточной физической силой.
Ильберт ждал их у подножья лестницы. Белые длинные волосы он завязал в низкий хвост, отчего его лицо стало выглядеть ещё более грубым и угловатым. Одежду вампира с ног до головы покрывала кровь.
— Я разделался с охотниками, большое преимущество быть вампиром в том, что обычные людишки тебя боятся. Мы отстояли замок, но они вернутся с подкреплением. Я в этом уверен! — доложил Ильберт.
— Оставшиеся в живых слуги короля видели твоё лицо? — спросил Люциан, в голосе его прозвучало волнение.
— Обижаешь! — Ильберт усмехнулся. — Мы сейчас все вместе отдыхаем в загородном доме Габриеля. Собираем местные сплетни и играем в Скаб.*
— А он там развлекается один, — тихо проговорила Катарина.
— Кто-то из нас должен был остаться в доме, тем более брать с собой сына торговца, было бы плохой идеей, — отозвался Люциан. А затем обратился к Демиану. — Куда ты теперь, брат?
— Мне нужно узнать, что с Сабриной, — ответил чёрный дракон.
— Мы пойдём с тобой, тебе может понадобиться помощь, — проговорил Люциан. — А Катарина увезёт сундуки.
— Это сделает Ильберт! — огрызнулась вампирша и впилась в Люциана пристальным взглядом.
— Ладно, — вампир не стал спорить.
Ильберт забрал тяжёлый сундук у принца, и они отправились к потайному выходу из замка. Демиан мысленно прощался со своим домом, местом, где прошло детство дракона и молодость. С этими стенами, что хранили дух множества поколений их семьи. Сердце обливалось кровью, Демиан понимал, что больше никогда сюда не вернётся.
  
Глава 11. История Демиана. Последний из рода чёрных драконов
 
Они благополучно покинули стены замка, не встретив никого на своём пути. На улице между тем наступила ночь. Бархатная темнота разлилась у каменных стен, окутала всё вокруг, размыла границы, делая окружающий мир зыбким, лишила его чёткости. Небо уже пестрело яркими бусинами звёзд, редкие рваные облака медленно ползли на запад, периодически заслоняя собой их сияние. Полумесяц растущей луны, смотрел на путников холодным немигающим взглядом, внимательно следил за каждым их шагом.
Они отнесли сундуки к спрятанному в зарослях закрытому экипажу. Кучер — нейтрани поприветствовал господ низким поклоном. Он не задавал лишних вопросов, облачённый во всё чёрное, практически сливался с окружающей картиной.
Ильберт не стал спорить с Катариной и согласился доставить сундуки в указанное Люцианом надёжное место. И пусть Демиану было мучительно больно, он не мог не заметить, как в сложной ситуации разительно переменился его вампир — приятель. От легкомысленного повесы и ловеласа не осталось и следа, сейчас Люциан превратился в воина благородного и бесстрашного.
Друзья отыскали лошадей, благо в конюшне замка их оказалось предостаточно. Очарованный слуга, низко поклонился, увидев своего господина. В присутствии вампиров он чувствовал себя крайне неуютно, но не смел сбежать, таким поступком он мог нанести оскорбление хозяину.
— Что нам делать, господин Демиан? — наконец обратился к дракону мужчина, помогая седлать лошадей.
— Берите ценности из замка, всё, что сможете унести и уезжайте как можно дальше спрячетесь понадёжнее, старайтесь не попадаться магам на глаза, — проговорил Демин.
— Но господин… Мы не можем… — дрожащим голосом ответил слуга.
— Можете, это моё распоряжение. Я оставляю вам всё ценное, что есть в замке. Чем меньше нашего добра достанется королю, тем лучше, — перебил его принц.