Земляки.коп (СИ)
— Лех, подержи-ка жареху. — Обратился он к одному из компании и передал тому решетку с уже слегка подрумянившимися колбасками.
— Чего задумал, Вадим?
— Углей маловато, до утра жарить будем. Думаю из костра угольков набрать, и туда подсыпать.
— Правильно мыслишь! А то народу полно, все голодные, вторую партию надо уже жарить, а ты с первой все никак не управишься! — влез в разговор неугомонный Пашка.
— Че, умный самый? Взял бы да помог!
— А вот и помогу! Серега, наливай! Поможем Вадику — он жарит, мы пьем!
— Вот вы ироды! Из-за вашей синьки, конкретно из-за Серегиной мы чуть не погибли, и Георгича потеряли!
— Тьфу-тьфу-тьфу! Сплюнь, не каркай!
— Я не каркаю, а говорю как есть! Как Георгича назад вытаскивать будем? А парней как домой в их время возвращать будем?
— Зато смотри какой хабар подняли!
— Серег, чья бы корова мычала! И чего ты с этим хабаром делать будешь? На стену повесишь? Или на девятое Мая салют устроишь? Надо думать, как кореша нашего спасать, и парней домой переправлять! А то думается мне, дождемся мы на свою голову «эффекта бабочки»!
— Слышь, Вадюх! — влез в разговор молчавший до сих пор Миха. — Мне кажется, что насчет «эффекта бабочки» ты прав, мы его дождались, и он уже начал проявляться.
— С чего такие мысли? — заинтересовался Леха.
— Да вот гоняю в голове мыслишки всякие, и выходят одни нестыковки.
— Например?
— Что там Костян в архивах вычитал? Немцы взяли проводника, он повел их через болота, но успел сообщить нашим. Наши устроили засаду, покрошили всех, кто то из гансов выжил — вызвал авиацию. Так?
— Ну, допустим.
— А где проводник был? Его кто- нибудь видел?
— Хрен знает, может он в кузове сидел с солдатами?
— Ага, и оттуда дорогу показывал? Каким образом, интересно? Проводник по уму должен сидеть в машине, желательно в голове колонны, что бы дорогу показывать, типа — «лево-право, право-лево!
— Так первым же танк шел, может он в нем сидел?
— Хрен знает. Все это как то очень за уши притянуто. Замнем пока для ясности. Далее. Мне кажется, бойцы не были предупреждены о приближающихся врагах, они просто дежурили. Иначе, мне кажется, они заранее бы подготовили засаду по всем правилам — типа как мы сделали — отсечь хвост и голову и уничтожить середину.
— Так это легко проверить! Парни! — обратился Пашка к бойцам, которые несмотря на теплый вечер, упорно не желали расставаться со своими ватниками, и сбившись в кучку, жались поближе к костру. — Вам сержант ваш какую задачу ставил, когда на дежурство отправлял?
— Да ничего особенного. — за всех ответил Юрка Бондарь. Он уже немного освоился в непривычном поначалу для него мире, и сейчас, греясь у пламени костра, блаженно потягивал из банки пиво, ностальгируя по полузабытым мирным довоенным денькам. — Отправил в секрет, велел сидеть тихо, не курить — типа табачный дух в лесу на много верст разносится. Следить за обстановкой, ежели что- не медля ему докладывать.
— Ни о какой засаде речи не было. — выступил со своим словом рядовой Коновалов. — Все как всегда: лежать, наблюдать, своего присутствия не выдавать, если что — докладывать.
— И третье. — задумчиво проговорил Миха, механически принимая из рук Пашки протянутую им стопку с коньяком. — Меня очень интересует, кто вызвал самолеты и почему они прилетели так быстро? По архивной информации было, что кто-то из недобитков уцелел, пришел в себя, вызвал пикировщиков. Кто выжил, где прятался, как вызвал? Техника была вся побита — рации в те времена по размеру на много отличались от наших — в карман не положишь и в лес с ней не убежишь. Сигнальные ракеты? Не было их, я — во всяком случае, не видел. Были ракеты?
— Нет.
— Не было.
— Не видал.
— И кстати, о Костяне, верней о его собеседнике по форуму.
— А что с ним не так?
— Давайте выпьем тогда уж, что ли.
— За Победу!
— Парни, не только за Победу — это само собой святое, но и за возвращение вас домой и нашего Георгича к нам. За то, что бы получилось!
— Точняк, давай!
— Парни! — выдохнув и поморщившись от выпитого (в отличии от Михи, Вадим коньяк не жаловал и всегда предпочитал беленькую). — Если вдруг поссать кто пойдет или просто за дровами — ходите мимо портала да поглядывайте, вдруг он снова включится!
— А как мы поймем? Нырять в него вниз головой, как Серега наш?
— Нахрена? Мимо идешь — ветку кинь, назад ползешь — шишку!
— А все таки интересно, почему он вдруг ни с того ни с сего схлопнулся?
— Заболел, хуле! — попытался спьяну неудачно пошутить Серега, но увидев, что его перл не нашел отклика среди окружающих, с целью отвлечения внимания от своей скромной персоны изобразил руками некие пассы, «а-ля отгоняю комаров от центра вселенной в сторону околицы», но увидев удвоенное непонимание в лицах окружающих, окончательно стушевался и потянулся к бутылке.
— Короче, уважаемые! Что мы имеем на данный момент? — Вадим заметил движение Сереги, оценил его стремления и, мгновенно сориентировавшись в ситуации, протянул последнему свою опустевшую стопку для обновления. — А мы имеем следующее: некий портал в прошлое, благодаря которому мы попали в эпицентр боевых действий, в отголосках которых мы планировали поковыряться, используя современные электронные средства поиска.
— Эко тебя нахлобучило, Вадим! — усмехнулся высокопарным фразам Леха.
— Хорош ржать, я еще не закончил! Подозрительно то, что мы попали именно туда, куда мы собирались и где планировали покопать. Странное совпадение, не находите ли?
— Что есть, то есть. — буркнул Миха.
— Вторая странность в том, что некий внук некоего ганса узнал точное место, и передал нам его через Костяна, грубо говоря — прямо в клювик вложил.
— Вадюх, я что-то не вкурил. Ты что, на Костяна гонишь? — взвился Пашка.
— Остынь, пиздострадалец. Никто ни на кого не гонит!
— А чего ты тогда жути нагоняешь?
— Успокойся! Я пока просто размышляю. И поверь, если я захочу жути нагнать — ты первый эту жуть почувствуешь! Мишань, а ты что думаешь?
— Я думаю, что надо поужинать, допить бухлишко, и лечь баиньки. Сегодня день очень тяжелым выдался, не дай бог завтра такая же шляпа навалится. И нам еще парней надо на ночлег разместить, и о раненых позаботиться. Обезбола вколоть, анальгина там, или что у нас в аптечках найдется, повязки заменить. Дел хренова туча, а вы собачитесь! А завтра на свежую голову. Хорошо, на свежеопохмеленную голову. — поправился он, заметив ехидные ухмылки Пашки и Сереги. — Завтра встанем, и на свежую башку порешаем. У нас по плану еще три дня похода — предлагаю их провести с пользой. Мы же на коп приехали? Вот давайте и покопаем завтра с утречка! А там, глядишь, или портал откроется и Георгича вызволим, или хрен его знает! Утро вечера мудреней! Наливай, Серега!
— Поддерживаю! — присоединился к товарищу Леха.
Ночь выдалась весьма и весьма тяжкая — постоянно в дальних зарослях от стоянки копарей что-то ухало, пыхтело и раз за разом пыталось пересечь некую запретную черту, но, похоже в последний момент одумывалось- либо, оценив своим куцым потусторонним умишком численное превосходство и огневой бой (нет- нет, не заряженные серебряными пулями оружие, а общее количество заряженных обычным свинцом винтовок), позорно ретировалось назад в непроглядную мглу, оглашая окрестности жутким воем, умудряясь в удивительной пропорции смешивать ненависть к всему живому и разочарование от своего бессилия. На ближних подступах к поляне, которая была огорожена импровизированной изгородью из автомобилей, некие сущности тоже исполняли свой неорганизованный концерт, пытаясь нагнать жути на мирно похрапывающих людей — представителей двух последующих по отношению друг к другу эпох: хрустели сухими ветками, злобно пыхтели и отражали искорки затухающего костра своими оловянными глазами — плошками.
Миха, сладко потянувшись на импровизированной кровати, представляющей собой разложенные передние сиденья внедорожника, своими плавными изгибами переходящими в задний диван изаботливо застеленные надувным матрасом, а поверх него старым пледом, открыл глаза, непонимающе уставившись в темноту салона автомобиля.