Спасите меня, Кацураги-сан! (СИ)

— Х-хорошо, Кацураги-сан! Не беспокойтесь, они не могут так поступить! — воскликнула она.
А это мы ещё посмотрим.
Савада перестал выходить на связь, и в кабинет ко мне за время приёма не зашёл ни разу. Если он ещё и опоздает на работу, то спасти его точно будет сложно.
Как только между пациентами образовалось окно, я сразу же выдвинулся на четвёртый этаж — к кабинету заместителя главного врача по медико-экспертной работе.
— Входите! — протянула Уёхара Ёсико, когда я постучал в её кабинет.
— Доброе утро, Уёхара-сан. Я к вам за советом, — я поклонился в знак приветствия и перешёл сразу к делу.
— Кацураги-сан, понедельник ещё только начался, а вы уже решили почтить меня своим визитом, — усмехнулась Уёхара, как всегда, не отрываясь от экрана монитора. — Что стряслось?
— Уёхара-сан, мне известно, что руководство клиники собирается взять на ставку терапевта первого ранга нового сотрудника, — прямо сказал я. — И также известно, что это будет сделано ценой одного из нас с Савадой Дэйчи.
Уёхара отлипла от монитора и удивлённо посмотрела на меня. Однако за её взглядом не скрывалась агрессия или желание меня отчитать. Как раз наоборот — она, кажется, поняла, о чём идёт речь.
— Кацураги-сан, до меня такая информация не доходила, — сказала она. — Вы уверены, что это — не просто слухи.
— Абсолютно, Уёхара-сан, — кивнул я.
Женщина замолчала. По движению её глазных яблок и ускоренному сердечному ритму я понял, что описанная мной ситуация Уёхару встревожила.
— Между нами говоря, Кацураги-сан, вам ничего не угрожает, — сообщила она. — Даже если то, что вы говорите — правда, вы уже перешагнули на ступень следующего рейтинга. Система только что подсчитала очки. К концу дня вас переведут на второй десяток этажей. Кому стоит побеспокоиться — так это Саваде Дэйчи.
— Я не согласен, Уёхара-сан, — помотал головой я. — Савада-сан тоже не заслуживает такого отношения.
— Всё что могла, я вам сказала, Кацураги-сан, — заключила Уёхара Ёсико. — И прошу, впредь аккуратнее выражайтесь о действиях руководства клиники перед руководством клиники.
— Я не говорю, что это делаете лично вы, Уёхара-сан, — ответил я. — Но этим интригам нужно положить конец. Мы с Савадой-сан останемся работать в этой клинике!
— Вашему настрою можно только позавидовать, Кацураги-сан, — улыбнулась она. — Но я всё же советую вам не высовываться. Я бы хотела, чтобы такой терапевт, как вы, остался в нашем учреждении.
Ответить Уёхаре я не успел, поскольку мне начал названивать не кто иной, как заведующий терапевтами — Эитиро Кагами.
— Слушаю, Эитиро-сан, — я ответил начальнику, а сам, поклонившись Уёхаре, покинул её кабинет.
— Кацураги-сан, прошу вас заглянуть в мой кабинет, — сообщил Эитиро. — Мне нужно вас попросить кое о чём.
Голос Эитиро Кагами казался напряжённым. Похоже, разборки с устройством нового сотрудника уже начались. Интересно, зачем ему я? Чтобы сообщить мне о том, что этажи Савады Дэйчи переходят под мою опеку?
Я решил не откладывать этот разговор и сразу же прошёл к заведующему. Эитиро Кагами с кем-то ругался по телефону, когда я вошёл в кабинет. Хоть он и был весьма сдержанным мужчиной, на этот раз я заметил, что в его глазах пылала ярость.
Увидев меня, Эитиро быстро закончил разговор и положил трубку.
— Кацураги-сан, надолго не задержу, — начал он. — С сегодняшнего дня этажи Савады-сан принимаете вы. Приготовьтесь к большому наплыву пациентов. Я уже подготовил для вас заявление, осталось только подписать. Вам выплатят за переработку.
— Погодите, Эитиро-сан, — обратился я к заведующему. — Что будет с Савадой-сан? Я ничего не подпишу, пока не узнаю, какова его дальнейшая судьба.
Эитиро Кагами смотрел на меня, открыв рот.
— Очень мило с вашей стороны, что вы так беспокоитесь за своего коллегу, — ответил он после короткой паузы. — Но с ним всё будет в порядке. Савада-сан уже работал в стационаре, ему не привыкать.
— В стационаре? — совсем запутался я. — Так его не увольняют?
— Кацураги-сан, — Эитиро улыбнулся, — вижу, что вы в курсе некоторых событий, которые должны были остаться за кулисами. Но вы же не думаете, что я так просто позволю распоряжаться кому-то своими сотрудниками? Вы с Савадой Дэйчи можете спокойно продолжать свою работу. О дальнейших переменах я сообщу на сегодняшней планёрке.
 
От слов Эитиро Кагами у меня с плеч рухнул не просто камень, а целая гора Фудзи! Из-за последних событий я был уверен, что вся верхушка прогнила и семьи корпорации вертят ими, как хотят. В каком-то смысле так оно и есть…
Но теперь я ясно вижу, что Эитиро может найти обходные пути, чтобы защитить своих подчинённых.
Саваду Дэйчи временно перевели в терапевтическое отделение стационара. Таким образом, его ставка освободилась, и нового сотрудника от семьи Кондо смогут устроить к нам без каких-либо проблем.
Хорошо, что Дэйчи всё-таки не заболел. Наша подстраховка не пригодилась.
Дверь в кабинет Эитиро чуть не выбил влетевший в кабинет мужчина. Номура Даруми — мой бывший наставник. А он-то что здесь забыл⁈
— Вы что себе позволяете? — чуть повысив голос, потребовал ответа Эитиро.
— Прошу прощения, Эитиро-сан, вы — заведующий терапевтическим отделением поликлиники? — поспешно поклонившись, спросил Номура.
— Да, это я, — кивнул Эитиро. — А вы, разрешите поинтересоваться, кто такой?
— Я — Номура Даруми. Кацураги-сан был моим стажёром в клинике Камагасаки, — тяжело дыша, протараторил Номура. — Я хотел бы написать обращение к руководству клиники.
Только этого не хватало. Что он задумал?
Эитиро внимательно слушал Номуру.
— Кацураги-сан — единственный врач во всей Японии, который смог поставить правильный диагноз моему брату! — воскликнул Номура Даруми. — Уже сегодня мой брат был госпитализирован в отделение сосудистой хирургии. Его готовят к операции. Я требую, чтобы Кацураги-сан был достойно вознаграждён!
Такого от Номуры Даруми я никак не ожидал. После всех склок, что произошли между нами, после моего ухода из Камагасаки он решил наплевать на свою гордыню и прийти к заведующему с такой просьбой.
— Присядьте, можете зафиксировать свои пожелания на бумаге. Я обязательно рассмотрю ваше заявление, — сказал Номуре Эитиро, а затем обратился ко мне. — А вы можете идти на приём, Кацураги-сан.
Я покинул кабинет Эитиро Кагами с приподнятым настроением. Опасность миновала. Теперь остаётся только наблюдать за дальнейшими изменениями в штате клиники. Ещё неизвестно, как поведёт себя этот Кондо Кагари, когда выйдет на работу.
Вернувшись на приём, я жестом показал Огаве, что проблема решена, и спокойно приступил к своим рабочим обязанностям. Мне не терпелось переговорить с Савадой. Скорее всего, он прилично понервничал по пути на работу.
После приёма я направился в стационар. Заведующий терапевтическим отделением — Накадзима Хидеки вовсю отчитывал Саваду за какую-то провинность.
— Простите, Накадзима-сан, я буду внимательнее, — поклонился Савада.
— Очень на это рассчитываю, Савада-сан! — прокричал Накадзима, но, заметив меня, чуть поубавил тон. — О, Кацураги-сан! Лучше бы вас перевели ко мне в помощники. Прошу вас, объясните своему коллеге, что спать на работе можно только в ночные дежурства. И то — далеко не всегда! Всё, уважаемые коллеги, я ушёл на обход.
Ворчливый старикан покинул ординаторскую, а Савада Дэйчи шумно выдохнул.
— Кацураги-сан! — воскликнул он. — Представляете, как обернулось? Перевели в стационар, в самый последний момент. А я ведь уже совсем отчаялся!
Для соблюдения субординации Савада поменял суффиксы в обращении. Так делали все. За пределами клиники можно было общаться, как угодно. Но здесь — только уважительное обращение друг к другу.
— Поздравляю с новой должностью, Савада-сан, — улыбнулся я. — За что это вас Накадзима-сан так отчитывал? Попались под горячую руку?
— Я же все выходные толком не спал, Кацураги-сан. Боялся, что наш план не удастся. Вот и уснул прямо за этим столом…