Спасите меня, Кацураги-сан! (СИ)

— Я так и собирался поступить, Фурухата-сан. Благодарю вас за то, что сообщили о намечающихся проблемах, но большей помощи от вас я и не жду.
— Я правда хотел бы сделать для вас больше, Кацураги-сан, но при всём желании — у меня и моей семьи ничего не выйдет. Я могу лишь посоветовать вам — хорошо выложиться, чтобы набрать дополнительные очки рейтинга. Правда времени у вас совсем нет. Пятница уже подошла к концу, а рейтинг за понедельник вряд ли будут учитывать на совещании.
Наша встреча с членом семьи Фурухата подошла к концу. Кадзуя покинул мой кабинет, а я углубился в свои мысли.
И Фурухата Кадзуя и Тошиба Гота с Акита Аей твердят об одном.
«Столкни Саваду Дэйчи — и спасись».
Но я на такое не согласен. Одно дело — столкнуть конкурента на другой ранг. Это как раз абсолютно нормальная практика, именно так и поступают в подобных условиях. Но стать причиной увольнения врача? Нет… Так не пойдёт.
Я направился к кабинету Савады, но столкнулся в коридоре с Огавой Ханой.
— Ой, Кацураги-сан, вы куда так бежите? — спросила она.
— К доктору Саваде. Вы можете идти домой, Огава-сан.
— Стойте-стойте, Кацураги-сан! Савада-сан только что ушёл домой, вам лучше поторопиться, если хотите его нагнать.
Проклятье!
— Спасибо, Огава-сан! — кивнул я и быстро вернулся в свой кабинет.
Скинул халат, подобрал свою сумку и рванул к выходу из клиники.
Однако, как выяснилось, торопился я зря. Нерасторопный Савада Дэйчи тащился, как черепаха. Боюсь даже представить, сколько он добирается до дома, если всё время ходит в таком темпе.
— Савада-сан! — позвал я его.
— О, Кацураги-сан? — протянул Савада. — В чём дело? Вы выглядите так, будто за вами погоня!
— Практически так оно и есть, — заявил я. — У вас есть час свободного времени? Этот вопрос касается нашей с вами дальнейшей работы. Очень советую вам меня выслушать.
— Конечно-конечно, Кацураги-сан, — закивал Савада. — Я никуда не спешу.
Я уже понял, что Савада никогда никуда не спешит. Но в понедельник ему запросто могут придать ускорения пинком…
Мы с коллегой остановились в раменной и заказали по большой тарелке пшеничной лапши. Я уже начал привыкать к японской кухне. Единственное, что не устраивало — чрезмерная острота некоторых блюд. Всё-таки рак желудка никто не отменял — особенно в Японии!
— Так о чём вы хотели со мной поговорить, Кацураги-сан? — спросил Савада.
— Можно просто Тендо-кун, — сказал я. — Мы не на работе. А в ходе нашей с вами беседы вы поймёте, что нам предстоит хорошо постараться, чтобы удержаться на своих местах. Придётся стать не просто коллегами, а соратниками.
— Х-хорошо, Тендо-кун, — кивнул Савада. — Ты меня заинтриговал.
Я понимал, что в этом разговоре есть определенная доля риска. Я не слишком хорошо знаю Саваду. У него может не быть таких принципов, как у меня. Есть вероятность, что он, наоборот, захочет оставить меня на первом ранге, чтобы сохранить своё рабочее место.
Но после прошедшей недели мы с Савадой Дэйчи немного сблизились. Я решил довериться коллеге и рассказал о предстоящих планах семьи Кондо.
— Я надеюсь, что моя история не слишком шокировала тебя, Дэйчи-кун, — в заключение сказал я. — Для эмоций у нас сейчас нет времени. В понедельник нам придётся действовать рука об руку, чтобы справиться с грозящим нам увольнением.
Савада Дэйчи, удивлённо выпучив глаза, шумно выдохнул.
— От твоей истории, Тендо-кун, мне что-то совсем нехорошо, — признался он. — Поверить не могу, что кто-то хочет пойти на такое… Как думаешь, они что-то нарыли на одного из нас?
— Возможно. Хотя, «нарыли» — не совсем правильная формулировка, — ответил я. — Судя по их тактике, они сначала закопали что-то в наших дворах, чтобы потом это «нарыть». Если до этого мне удавалось раскрывать их козни, теперь я понятия не имею, чего ожидать в начале следующей недели.
— Слушай, Тендо-кун… — задумался Савада Дэйчи. — А зачем ты мне это рассказал?
— Чего? — удивился я. — Как это «зачем»? Ты так и не понял, в какой мы с тобой ситуации?
 
— Нет, я всё прекрасно понял, но ведь… Ты же просто мог обогнать меня по рейтингу и спокойно оставить позади — на растерзание семье Кондо и остальным недоброжелателям, — поправляя сползшие очки, подметил Савада.
— Помнишь, я недавно сказал тебе, что хотел бы создать здоровые взаимовыгодные отношения с коллегами? — спросил я. — Так вот, Дэйчи-кун, я этого хочу до сих пор. Мне не нравится, что наши коллеги и члены корпорации играют против правил. И я хочу помешать им. Но, если о ситуации будет знать только один из нас — всё может накрыться медным тазом.
— Ого-о-о! — протянул Савада и улыбнулся во весь рот. — Ты — первый человек, который мыслит таким образом, Тендо-кун. Всё-таки ты невероятный человек. Тебя и как специалиста очень хвалят, но сейчас я вижу, что ты — не просто хороший врач. Ты ещё и хороший человек. Спасибо, что рассказал, Тендо-кун, но я думаю, что всё же откажусь от твоего предложения.
— Не понял, — нахмурился я. — Дэйчи-кун, это ты к чему?
Неужели он решил в открытую сказать, что продолжит конкурировать со мной за единственное доступное место?
— Я — не такой человек, как ты, Тендо-кун, — понуро признался Савада. — Я не выдерживаю конкуренции. Во мне нет такого стержня, как во всех остальных терапевтах клиники Ямамото-Фарм. Мне проще принять судьбу. Ты и так для меня много сделал за эту неделю. Если тебе суждено меня обогнать — пусть так оно и будет. Буду искать новую клинику.
Я ошибся. Савада Дэйчи не собирался меня подставлять. Ещё хуже — он собрался пустить всё на самотёк!
— Дэйчи-кун, ты уж прости меня за прямоту, — прошептал я. — Но ты спятил, что ли?
— А? Ты это чего? — вскинул брови Савада.
— Ты работаешь в самой продвинутой клинике, в центре Токио! — напомнил ему я. — Как ты можешь так просто расстаться с этим рабочим местом? Нет… Погоди, Дэйчи-кун, как ты вообще сюда попал с такими амбициями?
— Когда я выпускался из университета, Ямамото-Фарм проводила конкурс среди медицинских. Они отбирали самых преуспевающих студентов, — грустно улыбнулся Савада. — Я никогда не питал иллюзий, что буду работать в такой клинике. Просто прилежно учился и совершенно случайно набрал на выпускных экзаменах больше всех баллов. Поэтому меня сюда и позвали.
— Дэйчи-кун, послушай меня внимательно, — настоял я. — Такой шанс упускать нельзя. Мало ли, какие у тебя были амбиции в университете? Сейчас ты на голову выше большей части специалистов Японии. В этой клинике у тебя огромные перспективы. Не смей так просто сдаваться!
Я бы не стал уговаривать Саваду Дэйчи, если бы не знал таких людей, как он. Глубоко внутри он хочет работать в клинике Ямамото-Фарм, но боится открыто конкурировать с коллегами. Такие, как Мурата Сатоши на завтрак едят сотрудников вроде Савады.
С одной стороны, возможно ему действительно будет проще работать в обычной клинике. Но правда ли он этого хочет?
— Давай так, Дэйчи-кун, — решил подытожить я. — Я не хочу навязывать тебе своё мнение. Хочешь покинуть нашу клинику — увольняйся. Тебе никто не запретит. Но будь добр, сделай это сам и только тогда, когда сам того захочешь. Не позволяй кому-то решать за тебя.
Савада долго молчал, пытаясь принять правильное для себя решение.
— Ты прав, Тендо-кун, — сказал он и стукнул кулаком по столу. — Я всю жизнь позволяю кому-то решать за себя. Нужно положить этому конец. Давай попробуем. Будем обороняться бок о бок. Пойдём против семьи Кондо! А потом — подумаю об увольнении.
Кажется, я даже чересчур зажёг в Саваде огонь сопротивления. За минуту мой коллега превратился из стеснительного парня в настоящего самурая.
— Хороший настрой, Дэйчи-кун. Только против семьи Кондо мы не пойдём. Мы ведь с тобой — не самоубийцы, правда? — усмехнулся я.
— Тогда что ты предлагаешь, Тендо-кун? — недоумевал Савада.
— Есть способ, как дать одному из нас иммунитет к увольнению, — сказал я. — План, конечно, спорный. Даже глупый, на первый взгляд. Но так может только показаться. На деле — это должно нас спасти.