Спасите меня, Кацураги-сан! (СИ)
— Сакамото-сан, — позвал я высокую, стройную женщину, которая сидела за личным столом позади остальных девушек-регистраторов. — Можно вас на минуту?
— Да, конечно, Кацураги-сан, — кивнула она и подошла ко мне. — Чем могу вам помочь?
Я пробежался глазами по сотрудницам регистратуры и нашёл ту, на бейдже которой было имя «Аоки Хинами». Именно ей моя медсестра давала пароль от моего аккаунта.
— Сакамото-сан, у меня к вам личная просьба, — начал я. — Дело в том, что кто-то на выходных пользовался моим кабинетом. От него есть всего два ключа. Свой я всегда ношу при себе. Запасной хранится здесь — в регистратуре. Вы не могли бы сказать мне, кто вернёт ключ?
— Вот как, Кацураги-сан? — удивилась Сакамото Фумико. — Я ещё утром заметила, что двух ключей не хватает. От задних дверей поликлиники и от вашего кабинета. Их так и не вернули. Может, имеет смысл обратиться в службу безопасности?
— Это я и собираюсь сделать, но пока что не спешите, — попросил её я. — Всё же, если ключи вернут, то обязательно мне об этом сообщите.
Вот только их не вернут. Если бы злоумышленник себя не сдал, скорее всего, ключи бы отдали рано утром. Поскольку их до сих пор не принесли, ждать дальше уже не стоит. Скорее всего, тот парень от них избавился.
Однако кое-чем Сакамото Фумико мне всё же помочь могла. Из-за всего, что происходило в клинике, я уже начал терять надежду, что здесь хоть кому-то можно доверять.
Но рискнуть всё же стоит. Не может ведь быть такого, что против меня настроены вообще все?
— Сакамото-сан, ещё одна просьба, — начал я.
— Всё что угодно, Кацураги-сан, — кивнула женщина и, будто прочитав мои мысли, добавила. — Вы очень помогаете регистратуре, через вас быстро проходит большое количество пациентов. Можете быть уверены, что я всегда готова помочь вам в любом деле.
Отлично, будем надеяться, что так оно и есть.
— Дело вот в чём. У меня есть подозрения, что логин и пароль от моего аккаунта был передан сторонним лицам. Так вышло, что эти данные незадолго до происшествия спрашивала одна из ваших сотрудниц.
— Назовите имя, Кацураги-сан, и я проведу внутреннее расследование, — незамедлительно ответила Фумико.
— Аоки Хинами, — сказал я. — Только прошу вас, Сакамото-сан, не спешите ни в чём обвинять девушку. Велика вероятность, что Аоки-сан спрашивала логин и пароль далеко не в корыстных целях.
— Я вас поняла, Кацураги-сан, — кивнула Сакамото Фумико. — Если что-то выясню — сразу же вам сообщу.
— Благодарю, — слегка поклонился я и покинул регистратуру.
Я остановился между лестничными пролётами, где поток пациентов был минимальным, а после набрал номер Тошибы Гото.
— Да, Кацураги-сан, доброе утро. Что-то случилось? — устало спросил Тошиба.
Голос у него был сонный. Наверняка он, как и большая часть Ямамото-Фарм, провёл несколько бессонных ночей за подготовкой квартального отчёта.
— Тошиба-сан, нужно ускорить поиски моих врагов внутри корпорации, — начал объяснять я. — На выходных кто-то пытался подставить меня. Молодой мужчина — сотрудник Ямамото-Фарм — проник в мой кабинет и испортил документацию.
— Что… — заикнулся Тошиба. — Вы в этом уверены, Кацураги-сан?
— Я его видел. Лично, — ответил я. — У меня уже есть имена двух подозреваемых. Они из числа моих пациентов. В корпорации я больше никому, кроме вас, пока доверять не могу, Тошиба-сан. Поэтому и обращаюсь к вам. Скажите, у вас есть знакомые люди в службе безопасности клиники? Нужен надёжный человек, которого бы точно не смогли подкупить.
— Есть один, — ответил Тошиба Гото. — Не то чтобы прям хороший знакомый, но… Скажем так, через другого знакомого я смогу на него выйти. Что нужно узнать?
— Я скину вам в мессенджере имена. Мне нужно знать, во сколько эти сотрудники покидали здание Ямамото-Фарм на выходных. А также хотелось бы выяснить, не засекли ли камеры видеонаблюдения человека внутри поликлиники в полночь с пятницы на субботу.
— Ух, — вздохнул Тошиба. — Кацураги-сан, боюсь всей информации достать не получится. Насчёт камер видеонаблюдения узнаю, но время выхода сотрудников мне вряд ли сообщат. Такую информацию могут запрашивать только заведующие клиникой. Если начать официальное расследование…
— Нет, — перебил Тошибу я. — Не надо. Сами понимаете, кто-то точит на меня зуб. И расследование вряд ли чего-то даст. Скорее заставит злоумышленников ещё активнее заметать следы.
Мне не хотелось поднимать шумиху, чтобы не усугубить ситуацию.
Когда расследование ведёт один человек — это легко можно скрыть. А когда о нём знает вся служба безопасности, то кто-то из её членов легко может повлиять: стереть записи с камер или заранее обеспечить алиби виновнику проникновения в кабинет.
— Да, если начать расследование, об этом узнает вся служба безопасности, а там тоже работают разные люди. Хорошо, Кацураги-сан, сбрасывайте имена, я постараюсь что-то нарыть, — ответил Тошиба. — А касаемо семьи, которая на вас взъелась… Кажется, мне удалось узнать фамилию.
Последнюю фразу Тошиба произнёс шёпотом.
— Готовы мне её сказать? — спросил я.
— Пока я ещё не до конца уверен, что это именно они. Сегодня — завтра смогу сказать вам точно, — ответил Тошиба. — Вы очень помогли моему другу с больничным. Кимура-сан хорошо отзывался о вас. Сказал, что вы контролируете его состояние по мессенджеру даже на выходных. Я добрых дел не забываю, Кацураги-сан. Можете быть уверены.
— Благодарю, Тошиба-сан. Тогда до связи.
Когда я вернулся в кабинет, передо мной предстала совсем неожиданная картина. На моём месте сидел другой врач. В лицо я его не знал, но имя на бейдже говорило о многом.
Савада Дэйчи. Терапевт второго ранга, отвечающий за этажи с одиннадцатого по двадцатый. Врач, которого я очень скоро смещу в таблице рейтинга.
Огава Хана смотрела на меня встревоженно, но не могла ничего сказать. Видимо, Савада запретил ей ко мне обращаться.
— Савада-сан, как это понимать? — спросил я.
— А, Кацураги-сан? Пришли, наконец? — спросил он, не отводя взгляда от компьютера. — Не поймите превратно. Я здесь по указанию заведующего. Эитиро-сан ждёт вас у себя в кабинете. Я проведу первую половину приёма за вас.
— Эитиро-сан мне ничего не говорил, — с недоверием подметил я.
Огава аккуратно кивнула из-за монитора, стараясь, чтобы Савада не заметил её жеста. По лицу медсестры я понял, что заведующий терапевтическим отделением поликлиники действительно меня искал.
— Кацураги-сан, как я понял, у Эитиро-сана к вам серьёзные вопросы. Я бы посоветовал, не заставлять его ждать, — промямлил Савада.
В голосе Савады Дэйчи не было агрессии. Казалось, он просто следовал указаниям. Просто сама манера общения врача была весьма специфичной. Его тихий гнусавый голос буквально усыплял. Теперь понятно, почему пациенты с таким нежеланием ходят к нему на приём.
— Хорошо, Савада-сан, благодарю за информацию, — сказал я. — Скоро вернусь.
Я поднялся на четвёртый этаж, где располагался административный отдел поликлиники. Там находился кабинет Эитиро Кагами. Мне говорили, что заведующий редко появляется на своём месте из-за параллельной нагрузки в фармацевтическом отделе корпорации. Однако сегодня он был здесь и ждал меня.
— Вызывали, Эитиро-сан? — войдя в кабинет, спросил я, а затем поклонился.
— Да, Кацураги-сан, доброе утро, — сухо ответил Эитиро Кагами. — Закройте, пожалуйста, дверь.
Очередной разговор с заведующим «один на один». О чём же мы будем общаться на этот раз? О проникновении в мой кабинет? Или же о новых проблемах, которые подкинули мне мои враги?
А может быть, Сакамото Фумико доложила Эитиро о моём маленьком расследовании?
Я быстро перебрал огромное количество вариантов, но ни один из них не оказался верным.
Эитиро Кагами сурово осмотрел меня с ног до головы, а затем спросил:
— Кацураги-сан, вам разве не говорили, что романтические отношения между сотрудниками в нашей клинике, мягко говоря, не приветствуются?