Спасите меня, Кацураги-сан! (СИ)
Нагата Джиро достал телефон и набрал номер постовой медсестры терапевтического отделения.
— Да, Нагата-сан? — из телефона послышался приятный женский голос.
— Асэми-сан, вызови к Фурухате Кадзуи онколога из торакального отделения. Я скоро подойду.
Нагата положил трубку и рухнул на стул рядом с СонозакиМамору.
— Нагата-сан, не убивайтесь вы так, — попытался успокоить терапевта рентгенолог. — Опухоль действительно сложно было обнаружить. Но она совсем не большая и лимфатические узлы ещё не поражены. Фурухату прооперируют — и будет, как новенький.
— Я переживаю не из-за Фурухаты, — ответил Нагата.
— Тогда из-за чего? — не понял Мамору.
— Я допустил большую ошибку. И мне нужно её исправить.
* * *Я допил кофе и тут же мысленно себя отругал.
Так тщательно слежу за здоровым питанием, но каждый раз проигрываю схватку чашке кофе. У каждого должна быть своя слабость, даже у лучшего целителя России.
Хотя о чём это я? Я ведь теперь коренной японец, и пока что всего лишь молодой терапевт в поисках работы. Но это пока. Путь к вершине я научился находить уже очень давно. И далеко не благодаря своей силе. Просто не привык мириться с низким положением. Не уймусь, пока не дорвусь до комфортной жизни.
Комфортные условия и здоровые пациенты, вот он — мой личный кайф от жизни. Ну и чашечка двойного эспрессо, будь оно неладно.
Телефон в моём кармане завибрировал.
«Нагата Джиро».
Ему-то что ещё от меня нужно?
— Слушаю вас, Нагата-сан, — ответил я. — Мне казалось, наш с вами разговор уже окончен.
— Кацураги-сан, я прошу вас вернуться в клинику. Прямо сейчас, — произнёс он.
Чего это он вдруг? Честно говоря, не горю я желанием выслушивать эти команды от своего несостоявшегося шефа.
— С какой стати? — спросил я. — Вы меня попёрли из клиники чуть ли не с позором, а теперь просите вернуться? Не прошло и двух часов. Что вдруг изменилось?
— Кацураги-сан, я прошу вас вернуться, потому что не смогу выразить своего сожаления по телефону, — заявил Нагата. — И потому что вы были правы. У Фурухаты Кадзуи рак лёгкого.
Ого! Быстро же он среагировал!
Всё-таки первое впечатление меня не обмануло. Нагата Джиро далеко не дурак. Иначе бы он не работал в этой клинике. Он не поверил мне, но решил перестраховаться. Разумно, хоть и рискнул, подвергнув пациента большему облучению. Наверняка они сделали повторную компьютерную томографию.
— Вы правда рассчитываете, что я вернусь после этого собеседования? — начал напирать я. — Давайте не будем юлить, Нагата-сан. Я поставил три правильных диагноза практически вслепую. А вы прогадали с одним из них, имея на руках все результаты обследований. Я уже начал искать другую клинику.
— Подождите, Кацураги-сан… — затараторил Нагата.
— Кроме того, — перебил его я. — Нагата-сан, я прекрасно понял в чём главная проблема. Вы — высококвалифицированный специалист и я уважаю таких, как вы. Однако кто-то давит на вас сверху. Вы приняли решение пожертвовать потенциально полезным сотрудником ради личной выгоды или чьей-то прихоти. Я прав?
Нагата Джиро замолчал. Я не стал класть трубку. Решил дать ему шанс. Мне было интересно, что он ответит на моё заявление.
— Кацураги-сан, — заговорил, наконец, он. — Единственное, о чём я могу вас просить — зайдите хотя бы на десять минут в мой кабинет. Десять минут. Я не отниму у вас больше времени. Лучше нам с вами поговорить лично. С глазу на глаз.
Я не хотел давать ему понять, что готов принять приглашение. Работа в клинике «Ямамото-Фарм» меня интересовала больше, чем в любой другой клинике Токио. Однако слабины давать нельзя. Нагата Джиро должен понять, чего действительно стоит Кацураги Тендо, как специалист.
— Простите, Нагата-сан, — сказал я. — Меня ждут на собеседование в другой клинике.
— Умоляю вас, Кацураги-сан, я впервые в жизни вижу, чтобы кто-то определил столь сложную локализацию рака на слух! — воскликнул Нагата. — Я поговорю с заведующим. С главным врачом, если потребуется. Вы будете получать достойную зарплату даже будучи стажёром. А когда перейдёте на полную ставку терапевта…
— Достаточно, Нагата-сан.
— Кацураги-сан, я не могу отпустить такого специалиста. Я хочу, чтобы вы стали моим коллегой, — предпринял последнюю попытку Нагата.
И она была успешной. Этого я и добивался.
Я хотел, чтобы он произнёс это прямым текстом. Нужно было сразу расставить все точки над «и». И так понятно, что первое время мне придётся побыть стажёром. Иначе не позволит мой стаж работы. Но отношение ко мне должно быть, как к высококвалифицированному специалисту.
Плевать, кем там был Кацураги Тендо до моего появления. Я спас целую страну от пандемии. Сохранил миллионы жизней. Пусть, никому здесь об этом неизвестно, но мои навыки должны быть оценены по достоинству.
— Я зайду к вам в течение часа, Нагата-сан, — сказал я после короткой паузы. — Посмотрим, к чему мы сможем прийти в ходе этой беседы.
— Спасибо, Кацураги-сан, — обрадовался Нагата Джиро. — Я буду вас ждать.
Я услышал вздох облегчения, а затем положил трубку.
Испытав глубокое удовлетворение, я откинулся на спинку кресла. Улыбнувшись, я взглянул на подошедшую ко мне официантку. Что ж, в честь маленькой победы… Гулять так гулять!
— Мне, пожалуйста, ещё чашку капучино, — попросил я. — Без сахара.
С первой же зарплаты куплю себе хорошую кофемашину и мешок зёрен.
Я выждал час и направился на повторное собеседование в клинику «Ямамото-Фарм».
Сразу гнать туда сломя голову было нельзя. Пусть Нагата ещё немного подождёт, понервничает. В любой организации нужно уметь правильно себя поставить. И хорошо бы это сделать ещё до трудоустройства. Коллеги и заведующие — это всегда потенциальные противники. В первую очередь нужно быть готовым к войне. Если я хочу достичь вершины, конкуренции не избежать. А союзников стоит отбирать крайне тщательно.
Если Нагата Джиро не мстительный человек, вряд ли он захочет подгадить мне в дальнейшем за наш не самый приятный телефонный разговор. Я показал ему на примере, как умею осматривать людей. Его восхищение можно использовать, чтобы привлечь врача в дальнейшем, как своего союзника.
Нужно выяснить у него, кто из вышестоящих пытался помешать моему трудоустройству, но сомневаюсь, что он так просто скажет мне имена. Это влиятельные люди. Если уж они решили пойти против решения семьи Акита…
Хм. Я ведь никому не мог перейти дорогу. В этом теле я нахожусь чуть больше двух недель. У меня банально не было возможность насолить кому-то из важных людей. А прежний Кацураги и подавно на такое бы не отважился.
Я вновь поднялся на третий этаж и вошёл в кабинет Нагаты Джиро, на этот раз без стука. Терапевт тут же вскочил со своего стула и быстрым шагом подошёл ко мне. Он уже давно меня ждал. Скорее всего — с окончания нашего телефонного разговора.
Я думал, что Нагата в первую очередь примется балаболить о том, как он сожалеет о содеянном, но он зашёл ещё дальше.
Нагата Джиро исполнил Сайкэйрэй — самый низкий из современных японских поклонов. Его спина согнулась под углом в сорок пять градусов. Это был самый уважительный поклон, и он предназначался для крайне серьёзных извинений.
— Примите мои извинения, Кацураги-сан, — дрожащим голосом произнёс он. — Благодаря вам Фурухата-сан теперь получит своё лечение вовремя. Его отец — один из главных людей в отделе доклинических исследований Ямамото-Фарм. Если бы не вы…
— Достаточно, Нагата-сан, — попросил я. — Давайте присядем и поговорим.
Нагата Джиро выпрямился и присел за свой стол, я уселся напротив него. Вот теперь началось настоящее собеседование. Цирк, который подготовили для моей персоны, наконец, окончился.
— Буду честен, я хотел бы работать в вашей клинике, — сказал я. — Я не против начать свою профессиональную деятельность со стажировки под вашим началом Нагата-сан. Но меня крайне смущает тот факт, что кто-то из вышестоящих людей настроен против меня. Вы не могли бы поделиться со мной причиной столь агрессивного поведения, Нагата-сан?