Мрачный Жнец (ЛП)

Чёртовы ангелы. Как они оказались здесь? Как они могли оказаться здесь?
Ревенант.
Он единственной существо, кроме Сатаны, которое могло открыть запретную для ангелов область в Шеуле. Насколько отчаявшимися должны быть Небеса, чтобы верить, что Рев не передумает и не поймает их всех в ловушку.
Нынешний Король Ада шагнул к нему, окутанный тьмой.
— Расслабься, парень, — пророкотал Ревенант.
— Где, чёрт возьми, ты был?
— Долгая история, расскажу позже. — Ревенант остановился в нескольких метрах от него, и рядом с ним появился Ривер. — Успокойся.
— Вам придётся меня уничтожить, — сказал он, и, естественно, кучка придурков с ним согласилась. Пара даже зааплодировала. Он показал им средний палец, что стало настоящим шоком для некоторых изнеженных святош, которые, вероятно, никогда не занимались ничем, кроме сидячей работы.
— Мы не собираемся тебя убивать, придурок, — сказал Ревенант. — Но берём тебя под стражу. — Он указал на Ривера. — Ну, он-то точно. И кучка придурков, которых мы с собой привели. Но ты понял суть.
Да, он уловил суть. И они собирались поступить с ним так же, как он поступил с Дрейкином и его драконом-неудачником.
— Отец! — Хокин закричал. — Не делай этого!
Слишком поздно. Азагот исчезал в вихре адского пламени и крови. Прежде чем делегация ангелов успела моргнуть, он сбил Хокина с ног и обрушил на остальных бурю концентрированного зла. Кислота, огонь, электричество и целая куча призванных демонов обрушились на группу, разбросав их, как кегли для боулинга.
И тут он увидел самое прекрасное зрелище.
Гадес и его тысяча падших ангелов. Ч ёрт возьми, да.
Ангелы, всё ещё приходившие в себя после атаки Азагота, не заметили приближения падших ангелов. Две группы столкнулись, как гром среди ясного неба, и земля задрожала от далёких гор до самых небес.
Что-то ударило Азагота, что-то, что поставило его на колени и заставило закричать, когда его кожа загорелась, а кости превратились в порошок. Он услышал низкое рычание Ревенанта рядом с собой, хотя тот был в тридцати ярдах от него.
— Мой брат предупреждал тебя. Теперь мы сделаем это по-плохому. Это мой любимый способ, если тебе действительно интересно.
Азагот застыл, окружённый золотым светом, испускаемым миллионом нитей Небесного шнура, о котором ходят легенды. То, что требовало способностей сотен ангелов и не использовалось ни на ком со времён Сатаны. Азаготу было так больно, что он мог только стонать… и, в конце концов, потерял сознание. Его последней мыслью было то, что он надеялся не проснуться.
Не для чего просыпаться.
  
Глава 43
 
У Лиллианы не возникло проблем с тем, чтобы выбраться из замка. В доспехах Флейл и с лицом, скрытым капюшоном плаща, она могла пробежать по замку так, что никто бы её не остановил. Не то чтобы они вообще обратили на неё внимание, учитывая апокалиптическую битву, которая шла снаружи.
Звуки войны проникали сквозь толстые стены замка, которые рушились при каждом взрыве, при каждом землетрясении. Со всех сторон доносились крики, грохот, от которого Мэл вздрагивала, и лязг металла о металл.
Один раз Лиллиана даже остановилась, чтобы прислушаться к голосу, который, как ей показалось, принадлежал Азаготу. Как она этого хотела.
Малифисента стала невидимой, и её можно было увидеть только как мерцающую тень. Им удалось очистить и крепость, и ров, прежде чем битва загнала её в узкое пространство между двумя разрушающимися пристройками. Лиллиана вытащила меч из бочкообразной груди огра и была вынуждена использовать его несколько раз. Несмотря на то, что была ранена и бессильна без ангельских способностей, сверхпрочная броня Флейл не дала ей получить больше повреждений, и ей удалось убить трёх демонов.
Она потеряла счёт демонам, которых убила Мэл, а значит, что они больше не считались частью армии Сатаны. Ревенант вернулся. Когда она это осознала, ей захотелось пуститься в пляс. А потом пришло в голову, что демоны остаются демонами, независимо от того, за кого сражаются, и опасность никуда не делась.
  
— Ладно, Мэл, нам нужно добраться до Хэрроугейта. Ты можешь его почувствовать? Желательно, чтобы он был совсем рядом.
Мэл склонила голову набок, и Лиллиана повторила свой вопрос, но она не знала, поняла ли её собака. Малифесента тихонько заскулила и выскользнула за здание. Лиллиана последовала за ней, уворачиваясь от демонов и топоров, нацеленных в голову.
Казалось, они часами пробирались через поле боя, перелезая через трупы и продираясь сквозь кровавую бойню, которая местами достигала глубины в фут. Хуже всего было поле изрубленной плоти, которое простиралось, насколько хватало глаз. Она даже не хотела знать, что стало причиной этого.
Впереди стало жарче, и… чёрт, она надеялась, что Мэл ведёт её к Хэрроугейту, а не в местный паб.
— Мэл! — сказала она резким шёпотом. — Д умаю…
Она замолчала, почувствовав, как по коже пробежала дрожь. Она обернулась и ахнула при виде всадника в доспехах на огромном боевом коне. Всадник рубил головы, а жеребец сбивал демонов с ног своей мощной грудью и толстыми ногами.
И он летел прямо на неё.
— Танатос.
Она закричала, но он продолжал приближаться, занеся меч для удара.
Что-то налетело на неё, как поезд, и, вырвав руку, отбросило в сторону. Она почувствовала дыхание жеребца на своём лице за долю секунды до того, как увидела шерсть, зубы и темноту, а затем ослепительный свет, когда её ноги коснулись песка.
Мэл отпустила её, но, чёрт возьми, от хватки на броне останутся вмятины. Но оно того стоило, чтобы спасти её.
Она сделала несколько глубоких вдохов свежего воздуха, пахнущего океаном и цитрусовыми, но поняла, что пройдёт несколько недель, прежде чем она избавится от запаха Шеула в ноздрях.
Прикрыв глаза рукой и потирая вывихнутое плечо, она пыталась понять, куда её привела Мэл.
Это заняло около двух секунд.
Остров Ареса. Да! Всхлипнув от облегчения, она обняла Мэл.
— Почему ты не позвала меня из сада несколько часов назад, странное животное?
Мэл не ответила, и Лиллиана поняла, что не просила Мэл привести её сюда. Ей это даже в голову не пришло. Она не думала, что церберы могут телепортировать людей, но, наверное, в этом был смысл, раз они могли переносить свою живую добычу между мирами. Собака терпела её объятия пару мгновений, а потом вырвалась и шмыгнула в кусты. Это разбило сердце Лиллианы, как и тогда, когда она жила здесь и видела, как другие издеваются над животным. Она была маленькой для цербера, примерно в два раза меньше, чем должна быть, а церберы не славятся добродушием.
Убедившись, что с Мэл всё в порядке, она побежала по тропинке и лестнице во дворец. Один из стражников Рамрил преградил ей путь, когда она добралась до площадки, но, узнав её, улыбнулся.
Она впервые увидела, как кто-то улыбается, и это немного нервировало. Козлоподобные существа не должны так обнажать зубы.
— Лиллиана, — хрипло сказал он. — Мы думали, ты умерла.
Она пару раз подумала о том же самом.
— Сюрприз.
— Подожди здесь. — Он убежал, цокая копытами по каменной брусчатке.
Она ждала, подняв лицо к небу, наслаждаясь солнцем, которое, как она искренне верила, больше никогда не увидит. И, на самом деле, это могло быть в последний раз. Как только она вернётся в Шеул-Г ра с Азаготом, снова будет соблюдать условия своего соглашения с Небесами, и ей не позволят уйти. Особенно если Азагота накажут за освобождение душ.
— Лиллиана! — воскликнула Кара и бросилась к ней. — Ты жива. Я не могу в это поверить! — Они обнялись, смеялись, плакали, а когда, наконец, оторвались друг от друга, Кара оглядела Лиллиану с ног до головы. — Мне нравится твой новый образ. Круто.
Её сияющая улыбка немного померкла.
— О, милая. Ты в порядке? Как ты сбежала от Молоха? Где Азагот? — Прежде чем Лиллиана успела решить, на какой вопрос ответить в первую очередь, Кара слегка сжала её руку и повела к входной двери. — Прости, что засыпаю тебя вопросами. Давай зайдём внутрь.