Мрачный Жнец (ЛП)

Внезапно мир вокруг них исчез. Они с Блэсфим потеряли контроль над собой в странном вихре, который растягивался и кружился. Их окружила туманная пелена, за которой он различил разрушенные здания. Неужели это… дворец Азагота?
Чёрт. Им нужно выбраться отсюда, пока их не затянуло в какое-нибудь неизвестное пространство, откуда нет выхода.
Поразмыслив немного, он перенёс их на остров Ареса. Там тоже царил хаос, и людей было больше, чем он когда-либо видел. Церберы, Рамрилы и Мемитимы?
Что за кабздец?
Блэсфим пошатнулась, когда её ноги коснулись песка.
— О, боже мой, Ревенант, — выдохнула она. — Что это было за место?
— Я почти уверен, что это то, что осталось от Шеул-Г ра. — Он заметил Лимос, готовую к битве в доспехах самурая, и помахал ей.
— Где ты был? — Лимос подошла к нему, вся в ярости, с распущенными чёрными волосами. У него даже не было возможности защититься, прежде чем она схватила его и ударила так сильно, что он врезался в дерево. — И это за Фантома.
Блэсфим не растерялась, несмотря на то, что любви всей её жизни только что хорошенько врезали
— Что случилось с Фантомом?
Лимос упёрла кулаки в бока и сердито посмотрела на него.
— Ты ей скажешь, придурок?
— У нас нет на это времени. — Он снова вскочил на ноги. — Шеул-Г ра уничтожен.
— Мы… что? — гневный огонёк в фиолетовых глазах Лимос погас. — Ты сказал «уничтожен»?
Когда она это сказала, это прозвучало ещё хуже. Это действительно катастрофа библейских масштабов.
— Он разрушен. Души, сотни миллионов… миллиарды душ, вырвались на свободу и заполонили Шеул.
— Не может быть. — В згляд Лимос стал отстранённым, пока она пыталась осознать всю серьёзность ситуации. — О боже, вот почему он всех сюда эвакуировал, — выдохнула она. — Даже животных. Чёрт возьми.
— Мы почувствовали битву. Что-то масштабное в плане зла, — сказала Блэсфим. — Должно быть, это разрушило сдерживающее заклинание ловушки. Молох, должно быть, мёртв.
— Я не знаю, — сказала Лимос. — Но Арес и Танатос были здесь всего пару часов назад, а потом их вызвали.
Ареса, как бога войны, привлекали сражения, в которых он был вынужден участвовать. Неважно, на чьей стороне, лишь бы убивать. Танатоса, как бога смерти, привлекали масштабные смерти. Он мог сражаться, если хотел, но в основном он скрывался и был кошмаром. И, чёрт возьми, если уж говорить о кошмарах…
— Скажи, что Сатана не свободен.
Рев вздохнул с облегчением, когда Лимос покачала головой.
— Азагот отказался его освободить. Битва должна быть его. Сатана не свободен. Азагот свободен.
— Я предполагаю, что он отправился за Молохом.
— Молох похитил Лиллиану, — сказала Лимос. — Так что… да.
Этот ублюдок забрал Лиллиану, одну из немногих ангелов, которые действительно нравились Ревенанту? Что ж, хорошо, что Азагот сошёл с ума и отправился за Молохом. Жаль, что за это заплатят все в мире демонов и людей.
— Как он это сделал? Как, чёрт возьми, он уничтожил Шеул-Г ра и выбрался оттуда с миллиардами демонов?
Лимос пожала плечами.
— Я даже не знала, что он вышел, пока ты мне не сказал. — Она скрестила руки на груди и обожгла его ненавидящим взглядом. — Теперь ты расскажешь своей паре, что сделал с Фантомом?
Блэсфим выжидающе посмотрела на него. Как будто ожидала, что он разозлится по-настоящему. Он приготовился к словесной взбучке и нескольким ночам на диване.
— Молох сказал, что убьёт тебя, если я не сниму заклинание непобедимости Фантома, — сказал он ей. — Это был единственный способ сообщить мне, где ты. — Он взглянул на Лимос. — Насколько серьёзно ранен Фантом?
— Смертельно.
Блэсфим прикрыла рот рукой.
— О нет.
— Всё в порядке, — заверил их Ревенант. — Я привязал его душу к телу, чтобы вернуть. — По крайней мере, он надеялся, что сможет. Он никогда не пробовал.
— Его тело было в Шеул-Г ра, — сказала Лимос. — Все думали, что Азагот, возможно, достаточно силён, чтобы освободить его душу. Оказалось, это не так.
Тогда почему Азагот достаточно силён, чтобы вырваться из Шеул-Г ра? Как он получил такую силу, которая была ему нужна, чтобы…
  
Внезапно истощение сил Ревенанта обрело смысл. Испытывал ли его близнец то же самое?
— Где Ривер?
Лимос смотрела на символ лошади на её руке и гадала, не хочет ли её адский жеребец вырваться на свободу.
— Мы не видели его пару дней, — сказала она. — Не думаю, что он вообще знает о ребёнке.
— Какой ребёнок?
— Лиллианы. Какой-то падший ангел вывез её из Шеула. Арес и Кара поклялись вырастить её как родную, если с Лиллианой что-нибудь случится. — Она посмотрела в сторону дворца. — Не думаю, что Азагот собирается возвращаться.
Сукин сын. Всё хуже, чем он думал.
Блэсфим посмотрела вверх по тропинке, следуя за взглядом Лимос.
— Я пойду, проверю Кару и детей. — Она оглянулась на Ревенанта. — А ты иди, делай, что нужно. Похоже, придётся много дерьма разгребать.
Это было преуменьшением. Многовековые соглашения пошли прахом, целый мир был уничтожен, а Шеул вот-вот должен был стать ещё более адским, чем был.
Ему нужно увидеть Метатрона. А значит, ему придётся сделать то, чего он поклялся больше никогда не делать.
Он должен попасть на Небеса.
  
Глава 41
 
Риверу чертовски надоело стоять на коленях. По крайней мере, Хокину разрешили ходить по комнате, в которой их заперли, но у Мемитима не было сил выбраться.
Дверь открылась, и Ривер чуть не упал, когда Ревенант и Метатрон вошли внутрь. Каждый шаг Ревенанта оставлял на полу почерневшие следы, а когда он остановился, от того места, где он стоял, разошлись чёрные прожилки. Потребовалось бы много усилий, чтобы исправить ущерб, который он нанёс миру одним своим присутствием, так что тот факт, что он здесь, означал, что ситуация критическая.
Он склонил голову набок и посмотрел на Ривера.
— Чувак. Не повезло тебе.
— Почему ты здесь? Что происходит?
— И где ты был? — спросил Хокин, пересекая комнату.
Метатрон расстегнул ремни Ривера, и тот вскочил на ноги, расправляя крылья, чтобы расправить изгибы.
— Мы отправляемся в путешествие в ад, — сказал он. — Не ты, Хокин. Тебе нужно присоединиться к другим М емитимам на острове Ареса.
— Другие Мемитимы? — Ривер застыл. — Остров Ареса? О чём ты говоришь?
Повисла долгая мрачная тишина, как будто ни один не хотел первым поделиться тем, что они пришли рассказать. Наконец, Метатрон заговорил.
— Шеул-Г ра уничтожен, — сказал он таким серьёзным голосом, какого Ривер никогда не слышал. Он ошеломлённо слушал, пока мужчина продолжал. — Все мемитимы и непавшие эвакуировались на остров Ареса. Гадес и падшие ангелы, охранявшие Шеул-Г ра, вырвались на свободу, а миллиарды душ, которые когда-то хранились в Чистилище, превратились в демонов в плоти, и некоторые из них нашли путь в мир людей.
— Другими словами, — сказал Ревенант, — весь ад вырвался на свободу.
Ривер молча смотрел на него, пытаясь осознать значение того, что только что узнал.
— Это ещё не всё, — сказал Метатрон. Потому что, конечно, это не всё. — Из-за разрушения Шеул-Г ра в барьерах между всеми мирами образовалась дыра. Они все смешиваются и образуют… мы не знаем, что именно, но взрыв уничтожил Долину Евы здесь, на Небесах. Тысячи жизней потеряны. В человеческом мире дела обстоят лучше, но только потому, что разрыв барьера произошёл в Австралии. Весь континент охвачен огнём, но потери среди людей и животных минимальны.
Что ж, это относительно хорошая новость. Несколько лет назад, во время почти апокалипсиса, вызванного разрушением одной из Печатей Всадников, Австралия была объявлена демонической территорией Шеула. После изгнания демонов Австралия снова стала человеческой территорией, но её ещё не заселили.
— Что с моим отцом? — прохрипел Хокин. — Где он?
— Мы думаем, что он со своей армией в регионе Молоха, — ответил Метатрон, прежде чем повернуться к Риверу. — Все доступные ангелы обращаются к демонам в человеческом мире. Остальные собираются в Мегиддо, чтобы разобраться с Азаготом.