Дети природы. Возрождение (СИ)

Ромар опешил и отстранился от стражника. Лицо его потеряло цвет. Глаза забегали по залу, будто среди колонн, витражных окон и каменных лавок можно было отыскать решение. Он коснулся лба, громко вздохнул и отчеканил:
— Готовь людей. Мне нужны цифры. Сколько у нас конных, сколько пеших, сколько лучников. Ворота закрыть! Чтобы без ведома и мышь не проскочила!
Дарий кивал головой, получая приказы. Багрон поднялся с места и, чтобы обратить на себя внимание, слышно прочистил горло. Король обернулся. Багрон был доволен его всполошенностью и растерянностью.
— Прошу прощения, что вмешиваюсь, но у Калиссы есть возможность помочь Нивии. Госпожа сочтет это за честь! Вы же знаете: в водах Единого океана бывает неспокойно, поэтому судно Калиссы всегда сопровождают еще несколько кораблей. — Он говорил тихо и твердо, стараясь вселить уверенность и надежду в собеседника. Все эти бестолково потраченные часы, убитые хвалебными речами и пустыми разговорами, вот — вот должны были преподнести Багрону плоды. — Распорядитесь пропустить их в порт, и лучшие воины Калиссы помогут короне!
Когда на город опустилась ночь, Багрон явился в покои госпожи. Калисса заперла за ним дверь. Темному рыцарю хватило одного только взгляда на иргиду, чтобы понять: произошло что-то значительное.
— Ворон нашел их! — торжествующе произнесла Калисса. В ее глазах заплясали огни.
— Который? Где? Сколько их? — быстро спрашивал Багрон.
Калисса улыбнулась его нетерпению.
— Последний, которого мы отправили на север. За горами лежит большая низина. Они живут там, Багрон. Я видела зеленые шатры и сияющие поляны. Их много, целые семьи! Нагиры поймали птицу и знают, что я здесь. Но бежать им некуда. Я хочу забрать их всех!
— пылко закончила иргида.
— Я тоже принес неплохие вести, — Багрон ухмыльнулся и, довольно приподняв голову, отчитался перед госпожой: — Король откроет порт для всех наших кораблей. Я уже отправил за ними лодку с людьми.
Калисса не сводила с рыцаря изумленных глаз:
— Как? Как тебе это удалось?
— Общины объединились против короля. Скоро они будут здесь… Самые сильные жители острова, — в голосе Багрона смешалось ликование и злорадство, — я предложил короне помощь.
Калисса провела рукой по щеке рыцаря, с обожанием смотря на него:
— Я не ошиблась в тебе, Багрон!
— Лучших условий и не придумаешь! — продолжал темный рыцарь. Ледяная нежность госпожи раззадоривала его. — Вы останетесь в теле Калиссы! Сможете забрать себе и этот остров!
  
Глава 41
 
Солнце едва показалось из — за горизонта. Над рекой зависла легкая дымка. Воздух был прохладным и свежим. Раннее утро только-только пробудило природу. Мост, ведущий к общине мастеров, был собран. Как только небо озарилось первыми лучами, Ясмина дошла до его середины и стала беспокойно всматриваться вдаль.
Вскоре на берегу стало шумно. Из высоких ворот группами выходили люди. Рыбаки и пахари уже прибыли в общину. Мастера по возможности снабдили их оружием и снаряжением, а они обеспечили всех провизией. Последняя телега с припасами ночью въехала в ворота мастеров.
Все главы облачились в кольчужные рубашки. Левое предплечье их доспехов украшал железный цветок камелии. Мужчины растянулись вдоль берега и ждали, пока люди выстроятся перед ними.
Часть жителей была одета в кольчуги, редкие головы покрывали шлемы. Перед Валентием собирались рыбаки. Вместе с ними около ста женщин, взявшись за оружие, непоколебимо становились перед главой. Толаний ждал, пока мастера займут ряды посередине. Следующими выстраивались пахари. За пешими колоннами располагались сто пятьдесят всадников на лошадях. Здесь жители разных общин были вместе. Командовал конной группой Лорий. Последними из ворот показались буйволы. На первом, самом мощном, восседал сын Ранаса. Еще восемь пахарей сидели верхом на быках. Они действовали слажено и умело направляли животных.
Ясмина зажмурила уставшие от напряжения глаза. Она тревожилась: охотники уже должны были явиться. Ей на плечо легла чья — то рука. Девушка вздрогнула и открыла глаза.
 
— Не хотел тебя напугать, — виновато сказал Артемис.
— Ничего, — улыбнулась ему Ясмина.
— Задерживаются… — хмуро протянул рыбак.
Девушка кивнула и вновь стала всматриваться в стену из высоких деревьев, где начинался лес.
— Что камень? — тихо спросил Артемис.
— Краснее прежнего, — глухо отозвалась Ясмина.
Рыбак и девушка переглянулись. Ясмина предчувствовала беду. Другую, не связанную с королем и городом. Что-то иное, всеобъемлющее, более опасное и жуткое. При мысли об этом, кожа девушки покрывалась ледяными мурашками, а страх легко читался в ее глазах.
— Ты ведь не за Гратия так переживаешь? — мрачно предположил Артемис.
Ясмина опустила голову и ответила:
— Нет. — Она молчала пару секунд, а потом заглянула рыбаку в глаза. — Ничего определенного, Артемис… Только я задыхаюсь от ужаса… Словно знаю, что ждет нас горе сильнее пережитого. Словно знаю, что камень предостерегает не о Ромаре и его стражниках.
— Как я хочу, чтобы ты ошибалась, — произнес рыбак. Затем взгляд его прояснился. Вытянув шею, он сощурил глаза и сказал: — Идут.
Из-за деревьев стали появляться охотники: мужчины и женщины в коричневых одеждах, украшенных вставками из меха и кожи, с гладкими, туго собранными волосами, подвязанными черной плетеной тесьмой. На их поясах покачивались ножи, через плечо были перекинуты колчаны и луки. Правее от них появился Гратий. Он вел за поводья Гризэуса. Ясмина увидела рыбака и поспешила сойти с моста.
Гратий остался в стороне и остановился. Ясмина перешла на бег. Очутившись в объятьях юноши, крепко прижалась к нему. Гратий провел рукой по ее голове и жадно поцеловал.
На мосту Артемис, скрестив перед собой руки, смотрел на молодых людей, улыбался и покачивал головой. Он перевел взгляд и заметил Смелую Амиру. Она грациозно держалась на неоседланном высоком черном жеребце. Артемис поймал взгляд Амиры, уважительно поклонился ей и направился встречать главу звероловов.
Гратий и Ясмина не торопились к остальным. Охотники тянулись мимо них из леса на берег реки, переходили мост и строились рядом с группами общин. Ясмина высвободилась из объятий и провела рукой по волосам Гратия. Они были убраны по обычаю охотников, но непослушные соломенные кудряшки уже выбились у лица юноши. Девушка потянулась рукой и развязала тесьму.
— Так лучше? — улыбнулся Г ратий.
Ясмина кивнула и прильнула к губам рыбака.
— Я скучала, — сказала, отстранившись.
— Как тут дела? — спросил Г ратий, посерьезнев.
— Здесь почти тысяча человек, — отвечала Ясмина. — Каждый из глав поведет людей своей общины. А всадники на лошадях, все вместе, идут за Лорием. Сын Ранаса, Данис… Помнишь его?
Гратий вздернул вверх брови и пробурчал:
— Златовласый пахарь… Как не помнить.
— Он ведет группу на буйволах. Каждый всадник контролирует пять животных. Я пойду с ними, — закончила Ясмина и, притихла, ожидая реакции.
Как и думала, рыбак возмущенно спросил:
— С ними?
— Я хорошо управляюсь с быками, — объяснила девушка. — Идем.
Она увлекла Г ратия к реке. Г ризэус послушно шагал за хозяином.
Ясмина слегка наклонилась к воде и протянула руку. Сосредоточившись, смотрела на спотыкающуюся о камень, бурлящую стихию. Что — то невидимое коснулось реки и медленно увело воду в сторону. Черный камень полностью оказался на поверхности. Ясмина удерживала воду, пока его острая верхушка не просохла. Ясмина убрала руку, и река вернулась на место.
 
Гратий переводил удивленный взгляд от реки к девушке. Ясмина положила ладонь ему на грудь, и их глаза встретились.
— И так со всем, Гратий, — сбивчиво объясняла девушка. — Вода, воздух, деревья, трава, цветы… Я могу взаимодействовать с ними…
— Ясмина, твои волосы, — прошептал Гратий. — Если ты хочешь сохранить тайну, лучше бы тебе покрыть голову.