Элоиза, королева магов (СИ)
Глава 8
- Вот здесь, в стороне от города, - говорила я, оглядывая местность, выбранную для будущей железной дороги. - Проставьте знаки, ничего не копать, и не высаживать. Объяснить всем в городе, что эта земля для моего особого проекта. Думаю, никто возмущаться не будет: вокруг города теперь нет болот. И подземных тоже. И вся земля пригодна для пахотной работы.
Была уже середина весны и скоро начнётся посевная. Люди выйдут на поля и будут пропадать на них от рассвета и до заката.
Я ещё раз задумчиво оглядела подобранное место, оно мне нравилось: близко к городу и основным путям, добраться до станции можно будет без проблем. От мысли построить железнодорожную станцию в самом Уолсолле я пока отказалась - не хотелось забирать под это дело слишком много хорошей земли. Ничего, доберутся пешочком или на конях. Было бы желание, а возможности, как говорится, найдутся.
- Ваше Высочество, - позвал меня сэр Локвуд и я обернулась в его сторону, вопросительно приподняв брови. - К нам движется всадник, - ткнул он пальцем за спину.
Я прищурилась и вгляделась вдаль. И правда, со стороны города в нашу сторону мчался одинокий всадник.
- Кто бы это мог быть? - спросила я вслух.
- Кажется, это мистер Роббинсон, Ваше Высочество, - ответил Муамм, приложив ладонь козырьком, чтобы прикрыть глаза от яркого солнца.
- Интересно, - пробормотала я, - неужели что-то случилось? - мне стало тревожно, и я приказала готовить карету к отбытию.
Йен добрался до нас очень быстро, спрыгнул с тяжело дышащего коня и поклонился:
- Ваше Высочество, лорд Райт отправил меня к вам со срочным донесением: поймали злоумышленников, пытавшихся поджечь церковь. Есть подозрение, что это те же люди, которые спалили жилой квартал в прошлом году.
Я молча кивнула и стремительно направилась к карете.
- Поглядим в глаза этим гадам, - зло бросила я. Если эти люди действительно замешаны в поджоге и смерти стольких людей, то им не поздоровится, - мистер Роббинсон, будьте готовы применить ваши способности по полной!
Мужчина, почувствовав в моём голосе неприсущие ему нотки, склонил голову ниже обычного:
- Да, Ваше Высочество, сделаю всё, что в моих силах.
Я молча прошла мимо и с помощью Муамма забралась в карету.
Пленников держали в городской тюрьме. При моём появлении на крыльцо вышел начальник тюрьмы и его подчинённые. Все встали на одно колено и склонили голову.
- Встаньте, - приказала я, - ведите!
Вопросов мистер Марлин не задавал, молча сопроводил нашу группу к одной из камер, сейчас заполненной лежащими в ряд людьми.
- Вот, Ваше Высочество, - спокойно сказал он, указывая на связанных злоумышленников, - благодаря внимательности епископа Бризе и его предусмотрительности смогли повязать этих красавчиков.
Внимательно осматривая лица пятерых мужчин, мой взгляд остановился на последнем из них и зацепился за него. Было в его чертах что-то знакомое, несмотря на кляп во рту, заросшее густой бородой лицо и длинные, давно не мытые волосы.
- Мистер Йен, - сказала я не оборачиваясь, - приступайте. Буду ждать вас во дворце с отчётом.
Добравшись до Уолло и устроившись в своём кресле, я так и не смогла спокойно выдохнуть и сосредоточиться: что-то не складывалось во всём только что увиденном. Что-то зудело в голове, не давая мне заняться другими делами.
Я встала и, привычно заложив руки за спину, принялась мерить шагами помещение. Лёва внимательно наблюдал за моим маршем из дальнего угла комнаты. Через пять минут ему это надоело, он пересёк кабинет и с удовольствием растянулся на коврике перед камином, положил морду на скрещенные лапы и прикрыл веки.
Засмотревшись, я вдруг вспомнила, где видела этого человека!
Это ведь помощник епископа Керье! Но ведь он утоп в болоте! Как он остался жив?
Меня на мгновение охватила паника, я бросилась к двери, но потом резко притормозила. Стоп. Оставить метания. Я могу ошибаться, видела этого человека мельком и то он всегда прятался за чьими-то спинами и не отсвечивал. Пусть мистер Йен всё выяснит и расскажет. Никуда правда от меня теперь не денется.
Но к выходу я всё же подошла, отворила дверную створку, встретилась взглядом с сэром Джейми, а потом ко мне подхватилась леди Маргарет.
- Ваше Высочество! Что-то случилась? - встревоженно спросила меня, ощупывая взглядом мою фигуру, словно ища следы происшествия.
А вообще у меня был шнурок, висевший неподалёку от рабочего места, стоило за него дёрнуть, и помощница тут же получала сигнал, что её вызывают.
- Нет, Маргарет, всё в порядке. Я хотела тебя попросить организовать для меня перекус и горячий взвар с мёдом.
- Сейчас всё сделаю, Ваше Высочество! - было заметно, как напряжение покидает тело старшей фрейлины и на губах расцветает улыбка.
Я просто кивнула и вернулась к себе.
***
Интерлюдия
Йен Роббинсон закончил копаться в мыслях разбойников только к вечеру.
Изрядно уставший, он направился в замок. Предстоял разговор с принцессой. И то, что он собирался рассказать, Её Высочеству наверняка не понравится.
Улицы окутала вечерняя дымка, на небе уже была видна луна и первые звёзды, хотя последние солнечные лучи всё ещё освещали землю.
Люди спешили по домам, кто-то и вовсе сбился в компании и слышался беззаботный смех, разговоры.
Йену нравилось в этом городе.
Он здесь пожил уже достаточно, чтобы понять: Уолсолл отличается от всех городов, где ему приходилось бывать по долгу службы. И не только новыми законами, но и поведением людей. Их спокойствием и уверенным взглядом в будущее.
На улицах не было бездомных. Хотя нет, неправильно. Бездомные были в небольшом количестве, но только потому, что это меньшинство не хотело работать.
При желании они могли пойти на рудник, на сбор торфа, в качестве разнорабочих при прокладке дорог. И тогда таким людям выдавалась койка в общинном доме, еда, приемлемые условия для жизни. И им платили зарплату. Слово то какое придумали.
Первое время мысль о том, что им ещё что-то платят никак не могла уложиться в голове у менталиста. Ведь можно было просто приказать и насильно заставить делать то, что нужно сильным мира сего. Ан, нет. Всё по доброй воле, да за монеты.
И ещё. Принцессу Элоизу любили. Искренне.
Скорее всего были и те, кто ненавидел. Но всё же большинство было благодарно Её Высочеству за сытую жизнь, за возможность растить детей и не боятся что завтра они будут мучиться от голода и холода.
За этими мыслями путь до дворца показался коротким, и вот он уже спешивается во внутреннем дворе замка.
- Её Высочество ждёт вас, - к нему подошёл Кристофер.
Йен подметил, что молодой человек выглядел уставшим и каким-то помятым.
Словно прочитав его мысли, юноша признался:
- Тумэнбаши Батуй очень, ну просто невероятно сильный воин. И гоняет нас так, словно нам завтра на войну, а не Её Высочество охранять, - кривая улыбка, появившаяся на лице подростка, сказала Роббинсону о многом. Поэтому менталист счёл нужным сказать, хотя особой болтливостью никогда не отличался.
- Это и есть война.
Кристоф удивлённо посмотрел на всегда молчаливого мужчину, но уточнять не стал. Он потом спросит у Муамма и тот, возможно, сможет объяснить загадочную фразу мистера Роббинсона.
Принцесса ждала Йена в своём кабинете. Она, как обычно, что-то быстро писала на бумаге. Когда Йен впервые увидел листы тончайшей бумаги, то восхитился её совершенством и лёгкостью.
Маг низко склонил голову.
- Присаживайтесь, - не поднимая головы, сказала Элоиза и менталист сел в кресло напротив её рабочего стола.
Роббинсон смотрел на девушку-подростка с неограниченной властью и думал, что этой земле повезло с правительницей. Пусть она всё ещё ребёнок. Зато какой! Йен с каждым днём всё больше убеждался в гениальности Элоизы. В доброте и великодушии. Он не замечал в ней чего-то плохого. Она была приветлива абсолютно со всеми: начиная от простых горничных, заканчивая лордами. Они все для неё в первую очередь были живыми людьми, а не скотом или грязью под ногами.