Попаданец в Игру Престолов (СИ)

Мне нужно поскорее взять Юнкай, чтобы скорым маршем идти на Миэрин и не дать там врагам собрать новую армию, а аристократам нужно поскорее снять осаду или хотя бы морскую блокаду, чтобы в городе не случился голодный бунт.
— Едут. — выдернул меня из задумчивости хриплый голос Дарри.
И вправду, ворота города наконец окончательно открылись и из него выехала кавалькада из двенадцати всадников. Я на предстоящие переговоры взял лишь своего учителя и девять преторианцев. Под последнего, десятого, замаскировался Ляо Фэнь. Эдакая магическая поддержка на случай если переговоры примут более агрессивный характер.
  
Не минуло и десяти минут как высокие стороны встретились на равном удалении от стен города и лагеря моей армии.
Вперед, сидя на прекрасном коне с богатой сбруей, выдвинулся мужчина средних лет. У него была типичная для гискарца внешность. Тёмно-рыжие, буквально янтарные волосы, яркие изумрудные глаза, аккуратная короткая бородка и смуглая кожа. Одет переговорщик был в лёгкие шелковые одежды золотого оттенка, имел на себе множество украшений из благородного металла, но при этом на его поясе висел лишь короткий кинжал с рукоятью так обильно украшенной рубинами, что становилось понятно — это такое же украшение как и кольца с ожерельем, не имеющие ничего общего с боевым оружием.
Его спутник держащийся чуть позади отличался разве что более длинными волосами, отсутствием бородки и менее роскошной одеждой. За безопасность же послов, на моё удивление, отвечали не безупречные, а какие-то воины в богато позолоченных латах и с длинными копьями наперевес.
— Я слышал об одном очень богатом семействе из Юнкая, члены которого не пользуются безупречными, а сами растят себе гвардию из самых крепких мальчишек которых покупают на рынке рабов. — тихо произнес Уильям.
Заметив, что послы остановились, Дарри огласил мой титул громким, командным голосом:
— Пред вами Визерис Таргариен, первый сего имени, Император Валирийской Империи и глава благородного Дома Таргариен.
Я же тихо фыркнул, увидев недоумевающие лица послов. В Эссосе очень щепетильно относятся ко всяким титулам, прозвищам и прочему непотребству, так что гискарцы ожидали услышать монолог минимум на пять минут, а тут такой облом. Я же вообще не горел желанием затягивать переговоры дольше необходимого и больше всего на свете жаждал наконец оказаться в тени своего шатра, в компании верных военачальников и пары кувшинов вина, что сейчас остывали на дне реки, привязанные веревками за горлышко.
— Кхм. — кашлянул сопровождающий главного посла и справившись со своим недоумением, огласил заготовленную речь, явно сократив её насколько это возможно:
— Мы приветствуем Визериса Таргариена у стен великого вольного града Юнкая! Честь для нас видеть Вас, да продлятся годы жизни Вашей долго, а правление пусть будет мудрым и справедливым, приносящим лишь покой и богатство на земли Новой Валирии! Пред вами предстал Аллоззо мо Гориаз, наследник великого рода Гориаз. Уста его — уста Мудрых Господ, деяния его — воля владык Юнкая!
— Глава.
— Что? — немного растерялся сопровождающий.
— Глава рода Гориаз. Ваш старший брат не пережил минувшего сражения. — проигнорировал я глашатая, смотря прямо в изумрудные глаза посла.
Он ответил мне цепким, внимательным взглядом и что-то рассмотрев на моём лице, еле заметно улыбнулся и качнул головой.
— Мой брат не посрамил чести рода и умер сражаясь за свой город. С достоинством ли он был похоронен?
— Усопшему оказали все положенные почести. — ответил я и даже не соврал, ведь благородных и вправду похоронили отдельно ото всех прочих.
Всё-таки времена сейчас такие, меня бы не поняли собственные рыцари и вассалы, если бы аристократов закопали рядом с рабами и наемниками.
— Благодарю. — совершил короткий поклон посол и перешёл к делу: — Мудрые Господа Юнкая выбрали меня послом, что будет говорить с Вашим Величеством. Все мы желаем знать размер выкупа, что должен заплатить город за опрометчивый поступок некоторых Господ. Головы этих мерзавцев, которые поддержали бесчестных миэринцев также будут переданы Вам.
Я от такого пассажа лишь усмехнулся. Юнкайцы решили отделаться малой кровью и пустили пару родов под нож. Удобно. И козла отпущения нашли, и золото на контрибуцию. Уверен, часть богатств почивших Господ отошло в карман аристократов их же и вырезавших. Ну а то что армия была больно велика для Миэрина и парочки "мерзавцев" из Юнкая… да кого это волнует? Все всё прекрасно понимают. Так удастся сохранить лицо и юнкайцам которые в массе своей как бы не причем, и мне. Ведь выкуп я получил? Получил. Ну и все на этом. Правда "Мудрые" Господа не учли одного момента… я желаю получить весь город.
— К сожалению это невозможно. — горестно покачал я головой, — Мне нужен весь Юнкай целиком. Откройте ворота и сдайте город и даю слово — все Господа получат достойное место в Империи. Я не стану никого казнить и отправлять в изгнание, ведь всех виновников вы уже умертвили, — на этом моменте кривая улыбка сама-собой наползла на лицо.
— Это невозможно. — тихо, но отчётливо отчеканил посол.
— Почему же? — притворно удивился я, — Юнкай богатый город, не спорю. Но Господа могут ещё больше улучшить свое благосостояние. Внутри Империи много меньше налогов, а те что есть — малы и справедливы. Вы сможете торговать во внутренних землях государства не платя пошлины каждому городу, а лишь единую — в казну Валирии. Да, придется поступиться некоторыми правами и землями, но право слово — выгоды куда больше. Никаких религиозных гонений, пропадет нужда в постоянных стычках между Астапором, Юнкаем, Миэрином и Новым Гисом. Город вздохнет спокойно, ведь на страже земель Империи будут стоять легионы и драконы, угроза дотракийцев будет ликвидирована. А если отвадить кочевников от границ Империи, то можно будет задуматься об захвате Лхазара. Богатые и обширные земли, которые не были захвачены лишь из-за грязных дикарей, что совокупляются со своими любимыми конями. Лхазар принесёт много золота и продовольствия как Империи, так и аристократии которая поучаствует в завоевании.
Мои слова явно пришлись по душе новому главе рода Гориаз. Перспективы и вправду били очень неплохи, а учитывая то, что молодой мужчина был прекрасно осведомлен о неплохом положении бывших Господ Астапора и об реформах которые я провожу… он бы явно не отказался от делёжки "лхазарского пирога".
Глянув на лагерь моих войск, что своим количеством в несколько раз превышали защитников Юнкая, а также на Аверо который сейчас парил в небе, посол поклонился и ответил:
— Я передам Ваши слова, Ваше Величество всем заинтересованным лицам. До встречи.
— До встречи. — кивнул я в ответ и развернув коня, поскакал в сторону лагеря.
Когда я наконец добрался до своего шатра и смог пригубить прохладного вина, Уильям сидящий на соседнем кресле уточнил:
— Ты вправду рассчитываешь, что эти напыщенные гискарцы сдадут город?
— Не знаю. Может сдадут, а может и нет. — честно ответил я и развил свою мысль, — Предложение очень неплохое, а главное — оно вполне реально и я могу осуществить всё из того, что предложил. Другой вопрос — захотят ли Мудрые Господа склонить головы и присягнуть мне, поступившись своей самостоятельностью?
— Ну, я бы поступился. — задумчиво покачал кубок в руке Уильям, — У них же нет Короля, одни лорды считай. Постоянно между собой ссорятся, заключают и расторгают союзы. В общем — порядка нет. Это как Малый Совет, только большой и без Десницы с Королем. Оно-то звучит хорошо, воля, свобода и прочее. Да вот только подати они в свою общую казну платят, причем большие, а порядка среди них нет. Думаю часть точно решится перейти на твою сторону, хотя бы из-за денег и новых возможностей. Да и зря ты так принижаешь значимость своей армии и дракона. Эти гискарцы вообще-то не знают, насколько болезненно ты реагируешь на потери среди войска. Они бы на твоём месте точно бы бросили все легионы на штурм, наплевав на потери. Да и какие там потери? Самое большее — лишимся пятой части войска. Оставшегося с лихвой хватит на завоевание Миэрина и для контроля земель Империи. Ну а потом, со временем, восстановим и утраченное.