Попаданец в Игру Престолов (СИ)

- Кто пришёл под очи правителя богов Арракса? – зычным голосом проревел жрец, перебирая в руках бусы из чёрного камня.
- Визерис Таргарииен! – я ответил не менее громко.
- Почему достоин ты, дитя славного рода? – испытующе спросил служитель главного бога Валирийского пантеона.
- Я вернул драконов в этот мир. Возродил погребенную под пеплом и огнем Валирию. Кто как не первожрец и посланник богов достоин принести первый дар?
  
- Так делай же. – морщинистые руки старика протянули мне широкий изогнутый нож, переливающийся темной валирийской сталью.
Пять жрецов помладше, всего лет так шестидесяти, подвели к каменной чаше одурманенного быка. Уверенный взмах и острейшая сталь жертвенного клинка взрезает шею животного. Густая горячая кровь потекла бурным ручьём в ёмкость и вскоре умирающего бычка добили, возложив тело у алтаря.
- Арракс правит богами на небе, так правь же ты людьми на земле, Визерис из дома Таргариен. – жрец возложил мне на плечи свои руки и внимательно вгляделся в глаза, - Бог закона, порядка, справедливости и силы поможет тебе в том.
Служитель Арракса отошел на шаг назад и преклонил колено.
Дальше все слилось в красочный калейдоскоп смен жрецов и богов, что окутал меня запахом вина и крови.
Жрецы говорили от имен своих богов, благословляли и давали наставленья, всё по древним традициям, которым не одна тысяча лет. Мой поход сопровождали возобновившиеся молитвенные песнопения.
Эгар, создатель первого дракона, «даровал» мне право повелевать всеми его творениями за подвиг возрождения правителей небес. Балерион сулил славную жизнь после смерти в своих чертогах, как и каждому человеку, что идет за мной. Жрец Каракса омыл мне ноги морской водой, ибо править «лучшему из валирийцев» суждено не только сушей. Луна, звезды, солнце и сам огонь поведут меня по жизненному пути, «таково слово Гаэлитокса». Богиня любви и плодородия Мелеис благословляла всех моих потомков до четырнадцатого колена. Меракс, олицетворение неба будет сопровождать все мои полёты. Богиня начал и концов Шрыкос отдалит конец Валирийской Империи на тысячи лет, Сиракс завещал вечный праздник в чертогах смерти. Тессарион пророчила ещё не одно славное завоевание, обещав вложить мне в голову тайные знания и великие пророчества. Мудрость и в мире, и в войне даровала Тиракс. Вермакс ниспошлет великое благоденствие в торговле, Вермитор – во всяком мастерстве талант.
- Мой бог, Вхагар, давно сказал своё слово. – изрек последний жрец Четырнадцати, Рейгар Пейминион, - Своими свершениями ты восхваляешь его, ибо истинный алтарь ему – поле брани, молитва это вопли врагов твоих, дары же ты приносишь мечом и огнём. Завоюй же Кварт Визерис Таргариен! Да будут боги благосклонны к твоей прекрасной сестре и прочим полководцам. – крепкие руки старика сжали мои плечи, а его губы еле слышно прошептали: - Ты благословлен вернуть то, что по праву твоё. Вестерос будет завоеван валирийцем вновь. Так сказал мой бог, так я говорю тебе.
Я и мои спутники из ближнего круга и семьи с достоинством поклонились и последовали к следующему алтарю. В Храме Всех Богов ждали своего часа ещё десятки жрецов, что представляли всех богов Эссоса и Вестероса, за исключением нескольких, признанных демонами.
  
Глава 84. Инквизиция.
 
Год 298 от Завоевания Эйгона 
Эссос. Валирийская Империя. Астапор. 
Дом правителя – одно из олицетворений его власти. Жилище, внутри которого вершится судьба государства должно воплощать в себе могущество и богатство как самого государя, так и страны которой он правит. Дабы каждый гражданин, каждый заезжий гость мог с первого взгляда на это строение ощутить всю ту пропасть, что лежит между ним и господином окрестных земель. Пирамида Таргариенов прекрасно справлялась со своей задачей, внушая одним своим видом почтение и благоговейный трепет верным гражданам империи, в то же время подавляя возможных врагов. Как и драконы, частенько кружащие над «гнездом» своих хозяев.
За прошедшие годы лучшие архитекторы и строители, которых только можно найти в этой части света отлично потрудились, исполнив мои пожелания. Ради перестройки даже пришлось на некоторое время съезжать со всеми своими придворными, дабы строители могли внести значительные изменения в конструкцию.
Благодаря магам из Академии удалось восстановить ранее утерянный способ обработки камня используемый валирийцами. Чёрный камень, плод труда драконьего пламени и пиромантов. Крайне крепкий, буквально монолитный строительный материал, из которого были построены древние дороги Валирии, существующие сотнями лет, а также внутренняя стена Волантиса, простоявшая не меньше. Лишь благодаря черному камню, который заменял железобетон, стала возможна моя амбициозная фантазия, которую воплотили в жизнь шестеро архитекторов, получившие за свою работу немало золота.
Теперь мою резиденцию даже сложно было назвать пирамидой в привычном смысле этого слова. Казалось, будто титан своим остро заточенным мечом аккуратно срезал верхнюю половину пирамиды. Из образовавшийся четырёхугольной ровной крыши вырастали пять массивных башен, каждая из которых, и сама тянула на резиденцию очень состоятельного лорда. Четыре из них были расположены по углам, заключая самую высокую, центральную, в квадрат. Белоснежная облицовка, поперек которой тянулись широкие полосы, блестящие на солнце золоченой бронзой, реющие на ветру черные полотна с красным трёхглавым драконом, зелень садов у основания резиденции, сотни преторианцев в сверкающей броне и слухи о неимоверных богатствах, что таили в себе недра сокровищниц – пирамида Дома Таргариен по праву считалась сердцем новой Валирии.
Пирамиду населяли сотни слуг, внутри располагалось целое крыло, отведенное под казармы преторианцам, на первом уровне можно было встретить целые полчища помощников членов Малого Совета, чиновников, офицеров и прочих граждан, являющихся очередным винтиком в государственном аппарате.
Но всё это справедливо лишь для «старой» части резиденции, обстановка в башнях разительно отличалась. Сюда могли попасть лишь избранные из избранных, ближайшие помощники членов Малого Совета, преторианцы, мой ближний круг, да первые лица государства. Ну и вдоль и поперек проверенные слуги. Безопасность тут была на высоте, ибо тут же проживала большая часть Малого Совета и вся моя немногочисленная семья.
Учитывая всё выше сказанное, нет ничего удивительного в том, что коридоры центральной башни были безлюдны. Посты преторианцев, в своей недвижимости и невозмутимости похожих на статуи, тонкие ковры на полу, картины времен Валирийского Фригольда и Гискарской Империи, да кадки с живыми цветами в нишах.
Мы с моим спутником шли медленно, степенно. Такая походка для меня была вначале той ещё пыткой, как и общая неторопливость местных, которую по ошибке можно было принять за «тормознутость». Но со временем привык.
- Начальник порта во всем сознался. Общий ущерб ещё подсчитывается, но уже сейчас понятно, что речь идет о суммах крайне приличных. Около семидесяти тысяч только на взятках, ещё двадцать три было украдено прямым путем из выделенных средств на расширение порта, пока не ясно сколько этот казнокрад получил в качестве благодарности от артели строителей, «честно» выигравших тендер. – последнее слово мой собеседник произнес с едва заметной запинкой.
Я же лишь внутренне улыбнулся на небольшую заминку своего визави. За время моего правления пришлось ввести в речевой оборот граждан империи немало новых слов, что звучали для местных весьма специфично, учитывая разницу в языках. Тот же тендер. Соревновательная система, когда есть клиент и несколько претендентов, борющихся за «жирный» заказ, была известна на Земле ещё в седой древности, по крайней мере часто встречалось нечто крайне похожее. Эссос с таким явлением также был знаком, как-никак тут столетиями, если не тысячелетиями процветал самый различный бизнес, а сливки общества являлись по факту крайне влиятельными кланами олигархов. Но вот ёмкого и точного термина не было, так что пришлось вводить его самостоятельно.