Ошибка Белой Королевы или Кто обидел попаданку? (СИ)
Этот неизвестный маг сильно раздражал. Сам ли он приложил руку, дабы заблокировать девочке магические каналы и тем обречь её на страдания или даже гибель, или просто содействовал — не суть важно. Орудие исполнения далеко не всегда бывает невиновно в нанесённом зле. Пособник убийцы, прикрывающийся, как щитом, оправданием: «Я всего лишь выполнял приказ!» — остаётся преступником. И заслуживает наказания.
Конечно, не всё так однозначно. Под маской нищего бродяги может скрываться спаситель человечества или пророк, а Зло порой рядится в личины безобиднейших существ: например, детей. Или маленьких девочек… При изучении исторических хроник Хью попадались примеры. Поэтому, как ни негодовал он, представляя муки ребёнка с перекрытыми энергопотоками, осуждать, не зная, что это за ребёнок и отчего подвергся такому испытанию, он не мог. Не имел права. По крайней мере, до получения исчерпывающей информации.
Жертва ли неизвестная девочка или потенциально опасная ведьма, чьё развитие кто-то пытается предотвратить? Подобное, кстати, часто практиковалось в прошлом, когда Инквизиция, признав костры «бесчеловечными», перешла на браслеты-блокираторы. Фанатики этого варварского метода оставались и ныне, даже в Ковене. Гуманисты… Если бы не помощь Конноров, Хью вряд ли выжил бы под гнётом таких блокираторов.
И теперь ему очень хотелось, чтобы подруга младшего брата оказалась обычной невинной девчушкой. Тогда он с чистой совестью выследит её преследователя и… Он знает, что делать. Было время подумать.
За долгих семь лет он учился и учился, в том числе и терпению. Пришла пора применять полученные навыки. Поэтому Хью не торопился. И учил тому же братца. Объяснил, что, в случае тревоги, амулет лишь подаст сигнал, а сам Хью, будучи на побережье, ответить не сможет, чтобы не нарушить магомаскировку и не привлечь к патрулю внимание хищной мелочи. Сигнал он непременно ощутит, но сам тотчас и немедленно прибыть не сможет. Границу не бросишь, хоть что там случись в доме. Дикки ведь хорошо это понимает? Его задача — включить оставленный Хью прибор, отследить и записать всё, что возможно. И ни в коем случае не вмешиваться, даже если донесутся отголоски тревожных событий: нельзя себя обнаруживать. Да, вынужденное бездействие — штука нелёгкая. Но если наблюдатели засекут со стороны их дома магофон куда больший, чем требуется для создания разрешённых простеньких амулетов, Лоутерам могут увеличить срок высылки.
…В Грот он завернул уже после дежурства. Уставший, продрогший — впрочем, как всегда, а потому не так тяготившийся этим состоянием, как в первые полгода службы в Патруле. Его попросила заглянуть в пещеры Джуд Фармер, очаровательная девушка-маг, отличавшаяся не только уникальным владением боевыми навыками, но и высокой чувствительностью к магополям разного рода. Она-то и шепнула Хью, что, дескать, вчера в Гроте опять чувствовалось возмущение фона, но природа явления непонятна… вдруг это чревато? И город под боком, и морские твари вчера как раз очень оживлённо себя вели… может, от них фонит?
Один эксперт хорошо, а два лучше.
Грот представлял собой местную достопримечательность, в летний сезон так и приманивающую в Маргитт отдыхающих аристократов. Впрочем, публика попроще тоже любила посетить этот комплекс пещер, закольцованных двумя изогнутыми дугами тоннелей. Стены и своды здесь светились и переливались множеством вмурованных перламутровых раковин, образующих сложные орнаменты и фигуры. Первые упоминания об этом месте встречались в летописях тысячелетней давности; но и тогда происхождение и назначение Грота представлялось смутным. То ли капище, то ли Храм Древних Богов… но ни жертвенника, ни чего-то похожего на алтарь здесь не сохранилось даже в виде разрушенных останков. Представители искусства дружно восклицали, что Грот — суть проявление вечного стремленья человека к прекрасному, и назначение его сугубо эстетическое. Но вот лично Хью эту концепцию отвергал. Это у себя в мастерской скульптор или художник в одиночку может творить эстетику… хоть всю жизнь, если здоровья и вдохновения хватит. Один. А в здешних пещерах, скорее всего, трудилось множество людей, и не одно десятилетие: выравнивая и полируя гранитные поверхности, нанося основу-цемент, различную по составу на разных участках, что говорило о смене технологий, равно как и поколений мастеров… В общем, Грот представлял собой кладезь бездонный загадок для историков и исследователей.
А для магов — не особо мощное Место силы, с оздоравливающим побочным эффектом. Таковые — Места! — непременно встречаются на курортах и среди лечебных источников и чем-то уникальным не являются. Зато четверти часа достаточно, чтобы любой лекарственный эликсир, побывавший в такой зоне, усилил свои свойства, и даже простая вода стала бодрящим напитком.
Хью ещё успел привычно усмехнуться, бросив взгляд на лёгкую конструкцию-стеллаж у входа в Грот. Почти пусто, разве что стоят одиноко три флакона радикулитной настойки тётушки Доротеи, хозяйки ближайшей гостинички. А больше в это время года сюда приходит некому.
Он завернул в один из боковых ходов, прошёл в дальнюю пещеру, прикрывая веки, не глядя, впитывая на ходу ощущения обострившимся чутьём, магозрением…
Да, что-то здесь явно было. Остаточные явления, следы, не более, но…
Стоя по центру, прямо в световом пятне, образованном лучами, проникающими в округлую прореху высокого купола, он крутанулся несколько раз на пятках, раскинув руки, как танцующий дервиш.
Очень интересно. Кончики пальцев улавливают какое-то неизвестное ранее излучение. Оно словно чужеродно, однако пахнет не агрессивно, хоть и похоже на…
Нет, не то. Концентрация мала, трудно идентифицировать. Хотя… стоп!
И в тот момент, когда озарение уже почти прорвалось, на груди рассерженным шмелём завибрировал тревожный амулет. «Червоточина», наконец, дала о себе знать.
А вслед за первым сигналом почти сразу поступил второй, звуковой.
Нехорошо. Незнакомый маг торопился и пробуравил выход в нужное ему измерение почти сразу, одномоментно, вложив уйму энергии. Сильный… Успел ли прибор засечь траекторию?
— Только никуда не суйся, Дикки! — вслух озвучил Хью. А у самого ёкнуло сердце в предвкушении охоты. – Я скоро буду!
Грот подождёт.
… Очередной сигнал перехватил бегущего Хью на полпути к дому. В этот раз амулет молчал, но сильно разогрелся, почти обжигая через одежду. Это было уже послание от прибора-анализатора. Многого он на расстоянии передать не мог, только самое существенное.
— Ничего себе — пробормотал Лоутер, на ходу подзывая кэб. — Похоже, кто-то прорвался в иномирье!
Глава 9
Курапики, наш мир.
Ксюша Ковальская
Ксюша любила Курапики.
Ведь здесь были кошки… причём, в свободном доступе, честное слово, потому что не надо было тщательно проглядывать шёрстку каждой на предмет лишая или ещё какой болячки, прежде чем погладить. Здешних зверей не нужно было предварительно сканировать, вот! Это словечко она подхватила у Дикки. Он-то, кстати, и научил её особому взгляду для сканирования, магическому. Ксюша не придумывала определение наугад, просто давно поняла, что новый друг — из магического мира. Какими же ещё могут быть приёмы, которым он учит?
Об иных мирах — параллельных, альтернативных, существующих в соседнем измерении, придуманных и воплощённых в реальности могучими магами или демиургами — рассказывалось со всех сторон в книгах, фильмах, играх, даже статьях, вполне серьёзных… Конечно, Ксюша любила читать сказки для тех, кто постарше… нет, не 18+, хоть любопытства ради несколько раз заглянула в такие романы, но ничего интересного для себя в описаниях «про это» не нашла. И в дальнейшем, если уж натыкалась на сцены с приевшимися ей мурашками и плавлениями тела (вот ещё глупости-то!), непонятными «глубокими» поцелуями, во время которых героиню непременно фиксировали хватом за затылок — должно быть, чтобы не сбежала — такие страницы девочка наскоро перелистывала. Или перещёлкивала на экране, в зависимости от вида книги. Ей больше нравились моменты первого знакомства с новым миром, поведение героини, умение приспосабливаться и находить выход из безнадёжных ситуаций. Интересно же! Но самой фишкой оказалось коллекционирование способов попаданства.